Светлана Людвиг – Блики Артефактов (СИ) (страница 21)

— Я не уверена, что это такое уж везение, — продолжила Леся. — Василий Петрович, вне зависимости от того, кто напакостил и чем, не заинтересован в том, чтобы его станция связи подверглась нападкам. Он специально попросил Лилию. Да и. мне кажется, старшее поколение тоже предупредил отнестись ко всему лояльно и максимально небрежно.

— Очень хорошо! — вновь порадовалась я, бестолково разглядывая надписи.

Свинина под сырной корочкой, говядина с брусникой в горшочках, говядина в горчичном соусе, пельмени по-домашнему, жаркое со свининой. И что делать, если я не хочу ничего мясного? Чего-нибудь попроще, огурчиков с помидорками бы.

— Геля? — осторожно поинтересовался Марк, озабоченный моим выражением лица.

— А, да-да! — мигом отвлеклась я, и тут же нужная мысли пришла в голову. Я перелистнула страничку, чтобы увидеть ассортимент салатов и закусок. Да, сильно же сегодня меня вымотали. Даже не знаю, можно ли на такую голову строить коварные планы. — Как они вообще на Влада вышли? Что-то серьёзное?

— То ли отпечаток на каком-то особо крупном артефакте, то ли видели, как он его несёт, — начал отчитываться Николай. — Ничего существенного, даже у Влада хватило мозгов начать орать, что просто нёс. Конечно, пока без комментариев и подробностей, лишнее-то сказать страшно, но Владу сойдёт. Глядишь, они ему ещё и сами подходящие варианты предложат. Он их выматывает как они нас всех вместе взятых.

— И это тоже весьма отрадно. И весьма злорадно, — покивала я.

— Самое неудачное с Владом, что при нём всё-таки оказался кристалл.

— А здесь какого гениального слова он придерживается? — скептически уточнила я. — «Нёс» уже занято, хотя тоже можно. Подкинули? Подарили?

— Купил кристалл, хотел себе домой установить.

— Памятуя о том, что рассказывала Леся, можно даже добавить, что устанавливал, барахлит, зараза. Найду продавца — убью, — фантазировала я, потом обратила внимание на меню ещё раз и выбрала один из четырёх салатов со свежими овощами.

На какое-то время пришлось прерваться и снять звуколов, потому что иначе я не могла сообразить, с какой громкостью звать официантку. Моих и Лесиных воплей не хватило, зато на шёпот Марка тут же явилась уже знакомая вила. Сегодня волосы её аккуратно расположились двумя косами на плечах, но накрахмаленная белая рубашка по-прежнему оставалась цветастой, а фенечки соперничали с рукавами. От расстройства я взяла двойную порцию салата, а так же три нарезки на всю нашу компанию. В следующий раз, я могла не докричаться. Днём здесь намного хуже, чем утром.

— А с тобой что? — обратилась я к Николаю, восстанавливая звуколов.

— Я просто как близкий друг Влада прохожу. Я даже с вами в приюте не жил, так что мне предъявить нечего. Я, конечно, с Владом с детства знаком, но столько времени прошло, а шпаны в Тайшасте побывало немерено.

— И то верно, — согласилась я, невольно отвлекаясь на размышления о своём муже. А вот в моём случае с приютскими проделками страшнее всего.

— Марк?

— Ну у меня они нашли аппаратуру, но я сказал, что это для личных нужд, поиграть.

— Что? — удивилась я, не понимая, о чём речь. Аппарата-то я вживую и не видела.

— Он на него стрелялки установил и в свободное время развлекался, — сдал друга Николай, неодобрительно покачивая головой

— Вы мне ещё спасибо сказать должны, что я на него игры поставил! На свои, между прочим, кровно заработанные…

— Нахально сворованные, — для верности поправила я.

— …деньги их покупал, ставил!

— Отмазка, мягко говоря, слабоватая. До спасибо не дотягивает, — покачала я головой, в то время как нам принесли заказ. Глянув на огромные тарелки с мясом и фруктами, я заволновалась, что переборщила. — Но всё лучше, чем ничего. Кстати, никто тебя не спросил, где ты проливал кровь, чтоб на такой артефакт заработать?

— Везде, где мог, и дальние родственники помогали. У них проснулось чувство вины. Всё-таки пять лет они обо мне и не вспоминали, только в двенадцать нашли. А как полгода назад переехал, так обязательно шлют мне монеточку. Да и без них я так-то действительно мог бы его приобрести, у меня подработок как грязи. Просто с кровью нынче дефицит, за неё тоже платить приходится. До чего же вы люди жадные!

Я посмотрела на вилку, которая скользнула по гжелевой тарелке, мимо помидора. Про себя отметила, что у нас дома острее, да и тарелки аккуратнее — ни одного отбитого края не найти. Потом вернулась к монологу Марка, который жаловался на кровь, людей и жадность. Как раз успела обдумать информацию к моменту, где вампир собирался пустить слезу, и оторвала его от этого занятия:

— То есть в принципе на нас ничего, кроме косвенных подозрений? И Дмитрий.

— У Дмитрия плачевное положение. Его поймали за руку, уж не знаю, как вышли. К тому же вскрыли ещё несколько его махинаций, хорошо, все без нашего участия, — рассказала Леся и, я поняла, что у нас оказались одинаковые причины знакомства с Дмитрием для смотрящих. — Может, конечно, парочку обвинений он с себя и сбросит…

— Это каких? — заинтересовалась я.

— Скорее всего, Тайшасту. Там не только он работал, кураторов множество, караванов на всех хватало.

— Хоть это утешает, — вздохнула я, снова вспоминая о том, что мне надо домой возвращаться.

Я тоскливо взглянула на часы над входом в подсобные помещения. Сегодня я, кажется, приду позже мужа с пасынками, так что проскочить и лечь спать, чтобы избежать расспросов, у меня не получится.

— Гель, но это-то мелочи. От них нам даже проще отговориться, чем от краж, — удивился Марк, а я только недовольно на него посмотрела.

— Кому как. У меня в доме, например, уличить меня в артефакторной образованности куда проще. Я уже который день под дурочку кошу. «Ой, какой красивый камушек! А можно его схватить? Нет?» — передразнила я саму себя. — Толя каждый день мне разные штуки в комнату подкидывает, камни под нос сует. Так и Глеб к забаве подключился. Бывало, устану я под вечер, отвлекусь, а он как меня о чём-то таком спросит. Каждый раз аж испарина пробегает. Столько идиоткой я не притворялась никогда.

— А что случится, если они узнают, что ты разбираешься в камнях? Пусть даже замешана в кражах, это же такие мелочи, — пожала плечами Леся.

— Не знаю и знать не хочу. Это для нас мелочёвка, как семечки погрызть. А для них мы вообще-то воры. Их добра.

— Но Костя ведь тебя действительно любит! — попытался поддержать тролль. Но я этот вариант уже рассматривала, поэтому только больше расстроилась.

— А вот Толя действительно нет. И даже если Костя мне такое спустит, и смотрящие не придерутся, то все друзья-соседи узнают, кто я такая. А мне с ними и так не сладко. Одна дамочка как-то попыталась заявить, что, таким как я, в их кругу не место.

— А ты что? — распереживался Марк, даже забыв, что он хотел вытереться салфеткой. Вампир сидел, замерев с белым куском ткани, зажатым в кулачках, и ждал продолжения.

— А я помнила голос этой стервы, поэтому предложила рассказать обо всех её любовных похождениях, чтобы остальные дамы «её круга» погордились. После сошла за свою. Почти за любимую и дорогую подругу, — вздохнула я, подцепила последний огурец и ещё раз взглянула на часы. — Ладно, всё равно никаких планов придумывать не надо. Пора мне.

Вот только убирать звуколов и возвращаться домой совсем не хотелось. Наверное, первый раз после свадьбы.

13. Все тайное может остаться тайным

Ни Кости, ни Глеба, ни даже Толи к моему приходу в доме не оказалось. Я порадовалась немного, взглянув через огромные окна на сумерки. Самое время завалиться спать, чтобы никто ничего не спросил, и никто ничему не позлорадствовал, впрочем, последнее относилось только к Толе.

Я уже поднялась на второй этаж, как обеспокоенный дворецкий, окликнул меня:

— Госпожа, прошу прощения, но сейчас никого из господ, кроме вас больше нет, а на кухне дымит. Не изволите ли посмотреть?

Я только тяжело вздохнула, потому что, похоже, в игру «а не разбираешься ли ты в артефактах» вступили даже слуги. Может это и непреднамеренно, им действительно в такой ситуации не к кому обратиться.

Несмотря на свои опасения, я быстро спускалась вниз по лестнице, чуть придерживая край платья. На кухню — в самый конец длинного светлого коридора — я неслась чуть ли не бегом, потому что дым дошел даже до столовой.

Дымила плитка, с которой всё уже сняли и выключили, да только не помогло. Плитка была намного больше, чем у меня в своё время, на несколько конфорок, поэтому задача усложнялась. Но, тем не менее, я прекрасно помнила, что при любом раскладе в ней используется всего три камня, из которых выйти из строя может только терес, при условии, что он где-то надломлен.

Я оглядела всех слуг, собравшихся на кухне и с ужасом и надеждой наблюдавших за мной. Одна даже догадалась притащить грудного ребёнка, и он постоянно плакал. Ещё раз посмотрев на плиту, я поняла, что рванёт так на полдома. И не только на полдома, заденет и помещения слуг. У нас людей с полсотни, шанс, что мы успеем предупредить всех, очень мал. Я только вздохнула. Нет, полдома и пятьдесят человек не цена моей безопасности, авось никто Косте не сдаст.

— Детей выведите, — скомандовала я, отодвигая панель, за которой прятались камни. — И приготовьте мне холодный соляной раствор.