Светлана Лубенец – Танец Огня (страница 9)
— Что это? — спросил Гендос.
— Я бы тебе сказал, что это… только этого не может быть… — пробормотал Серега, поворачивая во все стороны на ладони камешек, который испускал сияние.
— А ну дай! — потребовал Гендос, и Серега послушно положил камешек в его пухлую ладонь.
— И тем не менее это он… с изумлением проговорил Гендос. — Только вот как он тут оказался… ума не приложу..
— Генрих Оттович! Вы о чем это? — посмеиваясь, спросила Саша и добавила: — Только не вздумайте со мной и дальше разговаривать через переводчика! Я хочу попросить у вас…
Она не успела ничего попросить, потому что Гендос явно не слышал, что она говорила. Он повернулся к Сереге и сказал:
— Неужели тут надо копать? — Потом посмотрел на Сашу и попросил: — А ну сдвинься! Когда ты плюхнулась, он прямо из-под тебя и вылетел…
— Кто вылетел?
— Бриллиант…
— Да ладно… — не поверила Саша. — Какой еще бриллиант? Наверно, кусочек простого кварца. Вокруг же песок…
— А ты посмотри… — Гендос опустился рядом с ней и поднес к ее лицу ладонь. На ней лежал правильно ограненный камешек со сквозным отверстием, как у бусинок. Саша никогда раньше бриллиантов не видела, но понимала, что они должны быть прозрачными. Камешек был слишком темным, чтобы являться бриллиантом, что она и сказала.
— Ты не понимаешь… — опять начал Гендос, который, похоже, уже забыл про свою обиду. — Это, конечно, не настоящий бриллиант. Это стальной шарик, граненный под бриллиант. Ими в восемнадцатом веке украшали оружие и другие предметы… Слышишь в восемнадцатом!!!
— А ну дай посмотреть! — потребовала Саша.
— Только осторожно, умоляю, — попросил Гендос, опуская на ее ладонь стальной бриллиант. — Смотри не потеряй!
Как только холодный шарик оказался в Сашиной ладони, она ощупала его пальцами и сразу вспомнила свои ощущения.
— Ребята… — прошептала она. — Этот бриллиант вылетел вовсе не из песка…
— А откуда? — в один голос спросили Серега с Гендосом.
— Из кармашка моих шорт… Я совсем про него забыла…
— В каком смысле?.. — растерянно пролепетал Серега.
— Понимаете, я недавно захлопнула себя в бабушкином подполе… — И Саша рассказала парням историю своего заточения, а потом то, как нашла на полу этот камешек и, подивившись его правильной форме, засунула в карман шорт и там забыла.
— То есть ты хочешь сказать, что нашла этот бриллиантик у бабушки в подполе? — решил уточнить Гендос.
— Да… именно там я его и нашла.
— А больше ты там ничего не находила?
— А я больше и не искала… Темно было… Говорю же, я вообще там заснула. Хорошо, что бабуля меня вовремя вызволила, а то не сидела бы я сейчас с вами на жарком песочке.
— Значит, надо лезть к вам в подпол! — Серега решительно рубанул ладонью воздух.
— Вот что, ребята! — не менее решительно начала Саша. — Думаю, вам придется все мне разъяснить про эти стальные бриллианты… и вообще… про все… а то… В общем, наш подпал! Пока не расскажете, в чем дело, не полезем!
Одноклассники переглянулись. Серега неопределенно пожал плечами, а Гендос глубокомысленно изрек:
— Ну что ж, другого выхода я не вижу. Придется рассказать. Понимаешь, Саша, в восемнадцатом — начале девятнадцатого века тульские мастера-оружейники…
При упоминании оружейников Саша вздрогнула и перевела взгляд на Серегу, который опять пожал плечами, а Гендос рассказывал дальше:
— …украшали парадное оружие стальными шариками с так называемой алмазной гранью… то есть их специальным образом гранили под бриллианты. Могли сделать шестнадцать граней. Это называлось — фацетом, а могли аж восемьдесят шесть! Представляешь?
Саша не представляла, а потому отчаянно замотала головой, что очень понравилось Гендосу.
— То-то и оно! Гранение на восемьдесят шесть граней называлось королевским. Шарики могли быть вот как этот… наверно, он в диаметре миллиметров восемь. А могли делать их размером в доли миллиметра. Представляешь, как сверкало оружие с этими алмазами! Наверняка не хуже настоящих драгоценных камней.
— А куда эти шарики приделывали? — спросила Саша.
— Да в любое место! Главное, чтобы красиво было! Например, на эфес сабли или шпаги… А еще этими стальными штучками украшали ювелирные изделия, ларцы, шкатулки, вазочки, подсвечники, церковные кресты. Про что я еще не сказал, Серега?
— Про цветную сталь. Ее, похоже, только одни тульские мастера и умели делать. Помнишь, нам в школе рассказывали, что существовало платье, украшенное разноцветными стальными камешками, зелеными, как изумруды, синими… Секрет изготовления цветной стали, между прочим, утерян!
— Ага! — подхватил Гендос. — И еще! Как стальные алмазики прикрепляли, разгадали, а как гранили, особенно на королевские восемьдесят шесть граней, до сих пор точно неизвестно! Конечно, сейчас уже придумали какой-то современный способ, но он может и не совпадать со старинным. Видишь, какой уникальный алмазик ты нашла!
Саша помолчала, соображая, потом решительно сказала, глядя в глаза Сергея:
— А ну, колитесь до конца! Какое отношение все это имеет к девяноста девяти ступенькам и к Альке!
Серега опять отвел глаза. Гендос тоже молчал, хлопая белыми ресницами.
— Ах так! — рассердилась Саша и сжала в кулаке холодную стальную бусину. — Промолчите, не получите ни бриллиантик, ни наш подпол!
— Ты не имеешь нрава скрывать историческую ценность! — не меньше Саши рассердился Гендос.
— Да ну?! Вы бы и не увидели эту ценность, если б я ее не нашла! И, между прочим, в доме моей собственной бабушки!
— Она права! Мы не имеем никакого права на этот алмаз, — тихо сказал Серега.
— Возможно, — нехотя согласился Гендос. — Но раскрывать чужую тайну мы тоже не имеем права!
— Алькину, да? — неприязненно произнесла Саша.
— Да хоть чью!
— Ну и как хотите! Бабушка мне все равно расскажет про ступеньки! И этот алмазик я ей покажу — уж она придумает, что с ним делать! — Сказав это, Саша начала натягивать шорты на все еще мокрый и испачканный в песке купальник.
— Твоя бабушка вернется к ночи, а мы могли бы к тому времени уже ваш подпол исследовать, — буркнул Гендос
— Почему вдруг к ночи? — удивилась Саша.
— Потому что наши, красиловские, всегда из Петровского приезжают поздно. Там целую ярмарку разворачивают, а вечером тульские артисты обязательно какой-нибудь концерт дают. Наш поселковый совет присылает в Петровское автобус не раньше одиннадцати вечера. А пока еще доедут… то да се…
— Ничего-о-о… — протянула Саша. — Я подожду. Мне спешить некуда… — Она натянула футболку и пошла прочь от Сереги с Гендосом. Ей очень хотелось, чтобы ее остановили. Тогда она, возможно, приняла бы часть их условий. Но никто ее не окликнул.
Ну и ладно! Подумаешь, какие благородные нашлись — чужую тайну они выдать не могут! Она, Саша, сама исследует подпол. Бабушка уже ввернула новую лампу, а потому никаких неприятностей больше не случится. Да, но вдруг кто-нибудь опять захлопнет крышку! Она там замерзнет до ночи-то! Ерунда… Кто захлопнет-то? Некому! Но на всякий случай, конечно, надо закрыть входную дверь и окна!
Глава 4
В подземелье
Овны очень активны, они переполнены бурлящей энергией, энтузиазмом. Часто именно они бывают первопроходцами и первооткрывателями.
Перед тем как лезть в подпол, Саша решила поесть. Мало ли, вдруг действительно копать придется — надо, чтобы сил хватило. Не зря она мечтала о скрытых в подполе сокровищах. Только, скорее всего, их спрятал вовсе не купец, а какой-нибудь мастер-оружейник. А что тут удивительного? Тула-то в двух часах езды на автобусе! Да, но тогда не было автобусов… Ну и что! Зато был монастырь, куда люди стремились, чтобы отмолить свои грехи! А оружейный мастер мог в сердцах кого-нибудь заколоть своей шпагой, эфес которой украшен стальными бриллиантами, а саму шпагу закопать от греха в подполе… Но почему именно в подполе купца? А может, мастер был каким-нибудь его родственником… Но он вряд ли закопал шпагу… Для шпаги бриллиант крупноват… И ладно… пусть не шпага. Гендос же говорил, что оружейники делали еще и ювелирные украшения. У найденного бриллиантика — сквозная дырочка. Может быть, это были бусы? А где бусы, там могут быть и кольца, серьги… настоящий клад!
Саша залила кое-как нарезанные овощи холодным свекольным отваром, добавила сметаны и принялась есть, почти не ощущая вкуса холодного борща, который всегда очень любила. Через минуту опустила ложку в тарелку и задумалась.
Вообще-то копать тяжело. А в подполе еще и страшновато… Хоть он и бабулин, а все же подпол. Как ни крути — а подземелье. А если в нем еще и клады скрыты… Может, там и трупы закопаны…
Саша отодвинула тарелку. Есть расхотелось окончательно. Молочно-малиновая жижа борща вызывала отвращение. Похоже, с бабулиным подполом ей одной не справиться. И что же делать? Не сдаваться же красиловцам? Она так эффектно ушла с пляжа… Может быть, поговорить с Алей? Нет! Во-первых, это будет унизительно… Во-вторых, Аля такая же девчонка со слабыми руками… Вот если бы договориться с Гендосом! Серега сказал, что он гвоздь может кулаком забить… Да, но как к нему подъехать? Он ведь не захотел чужие тайны выдавать… Но… одно дело просто выдать чужую тайну кому попало, и совсем другое — если… В общем, она, Саша, ему явно нравится. Может быть, ей прикинуться, что и он ей — тоже? В конце концов, остатки месяца, который она должна прожить у бабушки, можно и перетерпеть Гендосовы ухаживания. Потом она уедет и забудет Генриха Оттовича, как страшный сон!