Светлана Леонтьева – Однокоренные люди. Лирика (страница 8)
Им ссылка.
А нам, что копилка.
Нам ларец. Шамшученков и Горький в придачу.
Короленко – на дачу. И Кочин – на сдачу.
Нам святое в том месте, у них там могилка!
Тот, кто нынче взял выиграл грант Президентский,
тот, кто ушлый, тот выиграл премию, конкурс.
Неужели за это они все боролись?
Каторжане, да ссылочные, диссиденты?
Отщепенцы, наивные, словно младенцы?
Из провинции я! Рассуждаю по-женски.
Берегу я по-женски. И мыслю по-женски.
Им окраина. А мне град-ось. Центр. Сближенье.
Им тюрьма. Пересылка. Тропа мне – царёва.
Инда я побреду… ах, деревня, деревня!
Как же ново в тебе, всем другим, что не ново!
***
Если русский характер рифмуется, о, добрый друг,
это недруг клевещет про нас, русский: водка, медведь, балалайка!
Не отъять – ибо так обнимаем мы – сцепленных рук,
приближая восток прямо к западу! (Здесь можешь лайкнуть!)
О, я знаю наш взгляд, опрокинутый сердцем вовнутрь.
Мы с тобой сочинили стихов – хватит на сто галактик!
Мы с тобой столько выпили – всё опьянело вокруг,
кроме нас!
Это русский, типичный характер!
Обнимая берёзку поэтову, каждый свою.
Говоря: бездорожье. Муляка. Эй, где ты, родная столица?
Это русский характер: начальство бранить, как в раю,
а затем за него же пойти прямо в ад и убиться.
Эту мёрзлую землю грызть – ибо родная земля.
Проползти. Всем вперёд. Даже там, не прошёл, где бы трактор.
Журавлиный народ, дай испить из того журавля
нам чистейшей воды.
Вот таков у нас русский характер!
Солнце русское в небе. О, Ладо, о Ладо моё.
Приготовили тело – осколки спелее в нём ягод…
Даже солнце мы гоним и гоним светило на Запад,
помираем, так с музыкой, это наш русский характер,
прекрати ныть, дружище. Сейчас не пристало нытьё!
Через огнь. Через воды. И медные трубы, где нефть.
Наша нефть пахнет русским и освободительным стягом!
Я один раз заплакала, коль ты посмел умереть,
но не плачь обо мне.
У меня, друг мой, русский характер!
МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ
Они не умерли. Они вонзились в космос.
Из шахты номер пять и вместе с ней.
Я, как живым, пишу им: степь, свет, россыпь,
им, ставшим взрослыми, вдруг прямо из детей,
перемахнувшим отрочество, юность,
перемахнувшим старость,
прямо в мудрость
и в мужество!
Я сплю или проснулась?
И – по тропе за ними сквозь колючесть
цепляющихся веером ветвей.
Измучанные… битые… в кровище…
Идут, держась да спотыкаясь. Больно!
А лопухи под ноги корневища
им подложили. Вот и шахты штольня.
Едва рассвет. Точнее полрассвета.
Едва лишь солнце. Но оно в два света.
Оно в два космоса. Оно в два лета.