Светлана Лаврова – Трилобиты не виноваты (страница 19)

– Приказ начальства, – вздохнул майор и зло скрипнул ротовыми придатками. Он вспомнил, как Генерал вызвал его, несмотря на линьку, да еще и ехидничал, глядя на ошметки недолинялого панциря: «Что это вы, батенька, одеты не по форме? Обмундирование буквально во все стороны торчит какими-то обрывками. Нехорошо, а ещё майор.

Надобно блюсти честь мундира».

– Осмелюсь спросить Ваше Благополучие, какое будет задание? От этого зависит подбор животного.

– Это государственная тайна, – сказал майор. – Не вашего ума дело, служитель.

И от зуда не соображая, что делает, почесался спиной о решетку.

Служитель среагировал мгновенно, он дернул майора за левое хватательные щупальце и почти уронил на пол. Об решетку с той стороны со всего маху ударилась тяжёлое тело – зверюга опоздала на какие-то доли мгновения. Майор с ужасом глядел на мощные щупальца, схватившиеся за решётку, на жуткий клюв и огромные глаза. В глазах горела ненависть.

– Не делайте так, Ваше Благополучие, – спокойно заметил служитель. – Вам-то что, вас быстренько сожрут, и всё. А меня начальство разжалует и уволит.

Майор подозрительно посмотрел на служителя: издевается он что ли?

Вроде нет. Глаза служителя были серьёзные и слегка печальные.

– Благодарю, – сказал майор. – Во время линьки иногда просто теряешь всякое соображение.

– Да, – кивнул служитель. – Я понимаю. Осмелюсь предложить примочки из морских бутонов. Уменьшает зуд и снимает раздражение.

– Не лезьте не в свое дело, – бросил майор. – Итак, мне нужно животное, можно не очень большое, но послушное.

– Послушных ортоцерасов не бывает, – хмыкнул служитель. – Не изобрели еще, знаете ли.

«Всё-таки он издевается, – решил майор. – Интеллигент. Долиняю – разберусь с ним».

– Для каждого задания нужно свое животное, – скучно, как первокласснику, объяснил служитель. – Если надо просто напасть и сожрать тогда в бассейнах номер один и три. Там крупные свирепые зверюги, очень нервные. Если напасть и сожрать с подходом и финтифлюшками, то бассейн номер два. Там ортоцерас с выдумкой. Он сначала покружит, напугает, отплывёт, сделает вид, что передумал, потом бросок – и всё кончено.

– А бассейн номер четыре? – спросил майор.

– Там дурак. Абсолютный дурак, ничего не понимает. Да и молодой ещё. Его не надо брать на задание. Совсем тупой, – служитель быстро повел майора от четвертого бассейна. «Интересно, – мельком подумал майор. Это стоит запомнить: служитель почему-то оберегает этого ортоцераса и не хочет отпускать на задание. Потом обдумаю, после линьки».

– А этот самый умный – кивнул служитель на животное в пятом бассейне. – Тоже молодой. Хотелось бы его немного поднатаскать, но и сейчас он на многое способен. Я понимаю, что секретность и прочая мура, но если я буду знать задание хоть примерно – я лучше подберу и подготовлю животное.

– Хорошо, – решился майор. – Задача такая: ваш ортоцерас должен изобразить нападение на маленького аномалокара, но не причинить ему вреда. Проплывающие мимо трилобиты бросаются его спасать.

Ортоцерас оставляет в покое нашего аномалокара и бросается на трилобитов, изображает яростную атаку, но трилобиты его побеждают.

– А-а, подстава, – понял Служитель. – Как банально. Кстати, лучше пусть ортоцерас удерёт от трилобитов, весь такой испуганный. Это ценное животное, оно ещё послужит делу Ордена. Нерационально позволить его убить. Хорошо, Ваше Благополучие, я понял задачу. Я буду готовить ортоцераса из пятого или второго бассейнов.

– Покажите мне пятого, – приказал майор.

Служитель постучал хвостом по решетке. Огромные тоскливые глаза засветились за прутьями ограждения прямо напротив лица майора. В глазах была безнадёжность.

– Снулый он какой-то, – не одобрил майор. – Еле живой. Может, взбодрить? Током или палкой.

– Просто он умный, – сказал служитель. – Самый умный из пяти. А умники в заключении почему-то не веселятся. Даже удивительно, почему бы это.

Майор опять с подозрением взглянул на служителя:

– Вы на что намекаете? А? Что вы имеете в виду?

– Абсолютно ничего, Ваше Благополучие, – развел щупальцами служитель. – Мне по уставу не положено.

Упоминание об уставе майора успокоило.

– То-то, – погрозил он щупальцем. – Знайте своё место.

И ушёл, почёсываясь.

– Если бы каждый знал своё место в мире, мир был бы счастливее, – сказал служитель и повернулся к четвёртому бассейну:

– Ну, что, дружище, вроде мы тебя опять отмазали? Подожди немного, я тебя ещё и на свободу выпущу. И сам с тобой уплыву. Ибо моё место в мире – не здешние подвалы, это уж точно.

Глава 19

Нормальные глаза не хихикают

– Что она вытворяет?

– Изя, деточка, уйми своё животное!

– Она сошла с ума!

– Чтобы сойти с ума, надо его иметь хоть минимум. Пип, по-моему, она нас куда-то заманивает.

Мурка металась перед трилобитами, загораживая им путь и указывая своим веретенообразным телом влево.

– Я в разведку, – сказал Пип. – Всем отдыхать.

– Ага, хитрый какой! Теперь я в разведку, ты прошлый раз плавал, – так и взвился Парабар. – Раз командир, так можно два раза подряд в разведку, да?

Пип вздохнул. Разведка была самым приятным занятием. Они продвинулись уже довольно далеко на юг, места вокруг были богатые пищей, мелкие, безопасные. Обычно Изя шёл по дну, на нём ехал Шумар, а Пип с Парабаром плыли над ними, по очереди делая вылазки вперед и в стороны – нет ли опасности? Эти вылазки и назывались «в разведку». Очень приятно плыть с нормальной (а не с Изиной) скоростью, в полном одиночестве и совать нос-рыльце в разные интересные уголочки. Так что Пип и Парабар старались соблюдать очередность, чтобы никому обидно не было.

Парабара не было довольно долго. Вернулся он возбуждённый:

– Там такое! Мурка – гений! Там оракул!

– Ого! Сворачиваем.

Оракулами (от древнетрилобитского глагола «орать» – предсказывать) трилобиты называли арандоспид – довольно крупных существ, похожих на наш человеческий взгляд, на рыб. Поскольку до возникновения настоящих рыб оставались еще миллионы лет, эти существа считались рыбами ордовикского периода. А что – чем не рыба? Форма удлиненная, рыбья, есть хвостовой плавник, есть хорда – нечто вроде будущего позвоночника, есть боковая линия, как у рыб. Вот до чешуи они ещё не додумались, и на коже были прикреплены костные пластиночки и бляшки. Это не было древнее животное, это новодел эволюции, ещё не до конца проработанный. Плавали эти недоразумения плохо – без плавников-стабилизаторов да без плавательного пузыря конструкция заваливалась. Висели над дном и что-то там фильтровали из воды и ила своим маленьким ротиком на нижней поверхности тела.

По-настоящему разумными арандоспиды не были, государства не устроили, детей не воспитывали – вымечут икру, а там сами как знаете, молодое поколение. И тем не менее природа ещё колебалась: не пустить ли арандаспид по пути развития разума? Потому что при всей своей общей тупости они умели видеть будущее! За что их уважал весь океан.

Всё было в третьем глазе. Даже в двух. С глазами у арандаспид получилась неразбериха: пара обычных глаз, а за ними – пара теменных глаз*. У людей – экстрасенсов и волшебников – иногда открывается Третий Глаз, теменной, который позволяет видеть будущее, призраков и другие полезные вещи. Но даже у самых крутых экстрасенсов теменной глаз – один! А у арандоспиды – два! И вот этим третьими глазами арандоспиды видели будущее. Или правильнее сказать, третим и четвертым?

– Суеверие, – сказал Шумар. – Сказки для личинок.

– Ух, какие! – Парабар с уважением разглядывал длинное тело странного существа, зависшего среди бурых стеблей. Неподалёку виднелось еще одно. Нападать они не собирались – рот маловат.

– Мурка, ты, наверное, малёк арандоспиды? – спросил Изя. – Или дальняя родственница?

Мурка не ответила. Она привела хозяина куда надо, а теперь пусть сам разбирается.

– Ну давай, – подтолкнул Парабар Пипа. – Спрашивай про наше будущее.

– А чего я-то?

– А ты командир, вот и спрашивай.

Пип подплыл поближе к рыбине – она была раза в четыре-пять крупнее его. И сказал:

– Уважаемый оракул! Сами мы не местные и пути своего не ведаем. И если вы нам подскажете наше будущее, это будет круто.

Тусклые глаза рыбины – первый и второй, а не третий и четвертый – уставились на Пипа.

– У-у, – услышал Пип нечто вроде рыбьей мысли. – Уй-шш.

– И это наше будущее? – спросил Шумар. – Зашибись.

– Нету у него никакого третьего глаза, и четвертого тоже, – сказал Парабар. Подплыл поближе и ткнул остреньким носом-рылом прямо в бугорок на темени. Бац! Бугорок словно осветился изнутри, стал прозрачным, и оттуда на Парабара глянул странный, круглый глаз с черным зрачком – у трилобитов таких не было.

– Чш-ш! Дурак! – услышал Парабар. – Кто же острым в глаз тыкает!

Пш-ш-ш!

– Сам дурак, – автоматически ответил Парабар, как привык. – Так что там насчет будущего?

Оракул повернулся к трилобитам задом и демонстративно отплыл на пару корпов. Мурка заверещала.