Светлана Лаврова – Год дракона Потапова (страница 15)

– А я принцесса, – успокоилась Элька. Послов она не боялась. Не то что вурдалаков.

Посол застонал, вспомнив всё жуткое, что было для него связано сегодня со словом «принцесса».

– Какая принцесса? – совсем умирающим тоном спросил он. – Элеонора Гвинеда? Небритая? С хвостом?

– Что-о-о? – возмутилась Элька. – Да как вы смеете! Я папе скажу! А прежде сама дуршлагом тресну!

– Не надо трескать, – печально сказал Главный Посол. – Я и так много пережил сегодня. Лучше дайте на себя посмотреть.

– Жалко что ли, – пожала плечами Элька и поднесла свечу к самой своей физиономии. Посол внимательно рассмотрел её лицо, даже пальцем потрогал, потом сказал:

– Мне бы ещё хвост посмотреть.

– Чего нет, того нет, – фыркнула Элька. – У порядочных принцесс порядочные послы по юбкам не шарятся. Ай! Руки уберите!

Но посол уже пощупал у Эльки хвост… вернее, полное его отсутствие и облегчённо вздохнул:

– Простите, Ваше Высочество, моя дерзость имеет если не оправдание, то объяснение. Сегодня в этом зале происходили такие ужасы! Кошмарный рыжий монстр на троне! С хвостом! Кукарекающий принц! Ваш отец верхом на трёхголовом драконе!

– Вот это да! – восхитилась Элька. – Фильм ужасов! Как много интересного я пропустила, пока стояла на одной ноге. Расскажите в подробностях, господин Посол.

Посла передёрнуло.

– Не напоминайте, Ваше Высочество, меня и так всю оставшуюся жизнь будут мучить кошмары. Но в довершение всех несчастий нашего принца заключили в тюрьму по обвинению в поджоге дворца, покушении на дракона, краже трона и, извините за выражение, отрубание ног у Вашего Высочества!

Принцесса с интересом посмотрела на свои ноги.

– Ну, последнее обвинение безусловно ложное, – сказала она. – А первые три… не знаю, не знаю. С чего это Севка вдруг развоевался? Такой вроде смирный был…

Посол рухнул на колени:

– Спасите ребёнка, Ваше Высочество! Он ещё так молод! Один, в чужой стране! Может, что и сделал не так, кто его знает. Наследственность, тяжёлое детство… за что же сразу в тюрьму? Подумаешь, поджог! Потушили же, ничего не сгорело. Дракон тоже не умер…

– Кстати, какой дракон? – заинтересовалась Элька. – Такой зелёный, чуть выше меня, с одной головой?

– Нет, что вы, огромная трёхголовая зверюга размером с большую лошадь, – поправил посол.

– Значит, это уже второй, – задумалась Принцесса. – Импорт драконов за истекший период увеличился в два раза. Ладно, господин Посол. Я – кроткое и незлобивое создание, я забуду все оскорбления, которым подверглась с вашей стороны и попробую спасти вашего принца. Но только завтра. Сегодня всё равно уже все спят. А пока съешьте пирожок, авось полегчает.

Элька достала из-за пазухи ватрушку с творогом и сунула послу. Тот машинально откусил кусок.

– Вот и славно, – скзала Элька. – А мне пора дракона кормить. До завтра, господин посол, желаю приятных сновидений.

Глава 12

Милицейские будни

Потапов легко нашёл дверь с надписью «Музей». Но она была заперта. У двери сидел усатый стражник с очень острой на вид алебардой.

– Музей уже закрыт, – сказал он. – Завтра с утра приходите. Ой…

Это стражник как следует разглядел Потапова.

– Пропустите немедленно, – быстро сообразила левая (любимая) голова. – В ваш музей забежал опасный преступник. А я – лейтенант милиции.

– Да? – изумился стражник. – Тогда уж три лейтенанта.

– Три лейтенанта, – принял поправку Потапов. – А в хвосте сидит полковник. Группа захвата называется.

– А на спине что? – спросил стражник, указывая на трон, до сих пор не отвалившийся от Потапова.

– Кобура, – сказал Потапов. – С пистолетом.

– Здорово, – уважительно сказал стражник. – Вот это маскировочка, в жизни не догадаешься. Конечно, проходите, товарищи три лейтенанта и полковник.

И отпер дверь. Потапов зашёл в музей. Было темно. Потапов наугад залез в самый дальний угол и замер.

– Ну как? – крикнул от дверей стражник. – Нашли преступника?

– Тише, – крикнул в ответ Потапов. – Он где-то здесь. Я сажусь… то есть мы садимся в засаду. А вы можете идти. А то он вас захватит в заложники, чем очень усложнит нашу задачу.

– Ладно, – кивнул стражник. – Тогда я домой пойду. Вы завтра утром расскажете, чем дело кончилось.

И убежал со своей алебардой. Потапов завозился, пытаясь устроиться поудобнее. Но в темноте это было сложно, да и трон на спине мешал. В бок всё время тыкалось что-то острое, в пузо давило что-то твёрдое, а в глаза лезло что-то лохматое. Но интенсивно шевелиться Потапов опасался: ещё раздавит какую-нибудь историческую ценность.

«Что же я у Короля не спросил про Стасика, – переживал Потапов, пристраивая левую голову на что-то круглое и не очень железное. – Может, он знает… Впрочем, в тронном зале создалась такая нервная обстановка, что я всё забыл».

Вдруг в музее стало светлее, потому что к Потапову подлетело нечто вроде лампочки. Большой такой голубоватой размазанной лампочки с глазами.

– Привидение! – догадался образованный Потапов. – Сгинь-пропади!

– Сам сгинь, – обиделось Привидение. – А я на работе.

– А… а кем ты работаешь? – удивился Потапов.

– Привидением, конечно, – объяснило Привидение. – Я – очень воспитанное и благонравное привидение. Меня даже в пример ставят некоторым принцессам.

– А я думал, что привидения не умеют разговаривать, только воют и мычат, – сказал Потапов. Он решил не признаваться, что вообще не верит в привидений.

– Да нет, отчего же, – вздохнуло Привидение. – Нам и правда не рекомендуется разговаривать, лучше выть. Особенно с людьми. Но ты же не человек. Кстати, а с чего это драконы на наш замок набросились? Вторжение готовят? Два дракона за день… многовато.

– А кто второй? – обрадовался Потапов. – Такой маленький, зелёненький, одноголовый? Скорее веди меня к нему!

– Очень невежливый дракон, – вздохнуло Привидение. – Выселил меня из моей башни, непочтительно разговаривал с Принцессой. Потом сломал дверь, похитил Принцессу и убежал с ней в неизвестном направлении.

– Точно, это Стасик, – кивнул Потапов. – Он на многое способен. Но принцесс похищать он раньше себе не позволял. Зачем ему принцесса?

– Съесть, – предположило Привидение.

– О господи, он же отравится, – испугался Потапов. – Как маленький, вечно тащит в рот всякую гадость… Надо его немедленно найти и сделать промывание желудка. Скорее пошли!

– А ты умеешь сквозь стены проходить? – поинтересовалось Привидение. – Нет, но я сквозь двери умею, – сказал Потапов. – Сквозь открытые.

– Стражник, уходя, запер дверь в Музей, – заметило Привидение.

– Ох, что же делать… Послушай, дорогое Привидение, будь так любезно, полети найди Стасика и вели ему вызвать рвоту.

– У кого? – деловито спросило Привидение.

– У себя, конечно. Он же принцессу в жизни не переварит, у него заворот кишок будет. Пусть выпьет два литра воды, а потом два пальца в рот и … того. Поняло?

– Поняло, – кивнуло Привидение. – Я полетело. Может, Принцессу ещё удастся вылечить. Может, он её не очень разжевал.

– Он вечно торопится и глотает не жуя, – подтвердил Потапов. – Бедный ребёнок, как ему сейчас плохо!

– Не беспокойся, я всё скажу, как надо, – пообещало Привидение. – Но если сюда кто-нибудь зайдёт, ты уж, пожалуйста, повой немного, как будто я здесь, на работе. А то прогул поставят.

– Хорошо, – сказал Потапов. – Повою.

Привидение улетело, просочившись сквозь стену. Потапов немного успокоился. По крайней мере, Стасик здесь, Стасик жив, хотя и плохо себя вёл. «Проголодался, наверное, – жалел ребёнка Потапов. – Вот и напал на принцессу. Глупость какая! Напал бы на какую-нибудь колбасу. А может, он взбесился? Может, его бешеная собака укусила, и он теперь всех кусает? Ладно, нечего себя изводить. Завтра всё выяснится. Надо проснуться пораньше, чтобы незаметно смыться». И закрыл глаза.

Но день у Потапова выдался трудный, и он, конечно, проспал. Солнце щекотало его занос и лезло под ресницы, но дракон не реагировал. Его разбудил звук поворачивающегося в замке ключа. Это пришла уборщица – прибрать перед открытием музея.

– Я же обещал повыть, – с раскаянием подумал ещё не до конца проснувшийся Потапов и заорал во все три глотки. Уборщицу как ветром сдуло. Только слабо брякнуло ведро, расплющившись о противоположную стенку.

– Хорошо повыл, – удовлетворённо заметил Потапов. – Никакое привидение не придерётся. Однако пора уходить.

Он выбрался из-под кучи какого-то металлолома и огляделся. В музее было много интересного. То, на чём он спал, называлось на табличке «Парадные рыцарские доспехи короля Фредерика Третьего».

– Какие сплющенные доспехи, – удивился Потапов. – Плоский был этот третий Фредерик, как будто по нему каток проехал. Или как будто на нём дракон поспал. А это что? Ага, «Хрустальные туфельки королевы Золуш, жены короля Фредерика Пятого, размер 33». Король тридцать третьего размера? Забавно. А это называется «Исторический камень (в скобках гранит), из-под которого выползла змея (в скобках гадюка) и укусила короля Олега Первого (в скобках Вещего)». Вот гадюка в скобках! А это макет замка, взятого в двенадцатом веке кем? Неразборчиво. Ух, как тут интересно!