Светлана Лаврова – Дракон Потапов у динозавров (страница 6)
– И чо-о-о? – спросил стегозавр. Видимо, он не принадлежал к числу почитателей вещего Обупеха.
– Я быстренько пробегу, хорошо? – попросил Потапов.
Пластины на спине стегозавра стали багровыми.
«Кажется, он сердится, – понял Потапов. – В пластинах много кровеносных сосудов, и когда зверь разгневан, давление поднимается, сосуды наполняются кровью, и пластины краснеют. Люди тоже багровеют от гнева».
– Аз есмь страж, – грозно сказал стегозавр. – Аз нападоша, по тебе хвостом постучаша и тебя победиша, всего раздавиша.
– Ладно, – сказал Потапов. – Не настаиваю. Дор, давай обойдём этого типа.
– Сие разумно, – согласился Дор. – Мозг его не более сосновой шишки, но сила еси немеряна.
– А что он охраняет?
– Не ведаю. Может, Белую башню. Может, Чёрную башню.
Потапов и Дор повернули влево. Стегозавр удовлетворённо буркнул:
– Злые врази отгнаны бысть и побегоша вспять. Аз есмь богатырь.
И снова занялся листиками.
Потапов и Дор по широкой дуге обогнули стегозавра и вышли к заливу. Видимо, это уже начиналось море.
– Летуны, – указал Дор на летающих над водой тварей. Потапов сфотографировал, потом порылся в своей книжке:
– Анурогнаты. Кампилогнатоиды. Кавирамы. Сордесы. Скафогнатины. Рамфоринхи. Ничего не понимаю. Их слишком много и все какие-то одинаковые. Пусть будут птеродактилями. Хоть слово знакомое. Дор, а где башни?
– Далее по брегу. Там гора велика есть. Чудна та гора, иной день стоит незыблемо, а иной – трясыйся аки динозавр в страхе и трепете. И той день идёт из нея дым горячий и вода горяча. Чрез то мы туда не ходим. Сия гора злочестивая, и нам, добронравным, запретная.
– Горячие источники! – обрадовался Потапов. – Прекрасно. И возможно, вулкан! Это не так прекрасно. Надеюсь, в те несколько дней, что я тут буду, вулкан не надумает извергаться. Пойдём, друг Дор, мне очень интересно.
– Дале не иду, ибо убояхуся той горы и того, кто сидит в оной, – остановился Дор. – Иди один, друже Потапов.
Потапов огорчился. Одному в чужом мире всё-таки страшновато даже такому отважному дракону, как он. Да и дороги он не знает.
– Жалко, – вздохнул Потапов.
– И мне вельми жалко, ибо изрядно тебя возлюбиша, – тоже вздохнул Дор. – Но не смею преступить порога запретного. Прощай, друже Потапов, да осияет твой путь светящийся рог Великого Архозавра, и да расточатся врази твои на пути оном.
И быстро зашагал назад.
– Эх, – сказал Потапов. – Хотя, конечно, он не обязан меня провожать. И куда идти? Видимо, по берегу залива.
Дрон Вася пискнул и поднялся в воздух.
– Тебе нельзя, у тебя ножка ещё не зажила! – встревожился Потапов. – Э-э, да ты, похоже, дорогу показываешь? Вот настоящий друг! Даже со сломанной ногой не бросил меня! Не то что этот Дор. Веди меня, Вася, навстречу приключениям и подвигам!
А в это время…
Глава 7. Белый мудрец в Белой башне
Вася оказался прекрасным проводником. Он выбрал удобную дорогу и сделал всего две небольших петли: обогнул просканированного в воде у берега капитозавра – гигантскую хищную амфибию, эдакую лягуху-крокодила, про которого учёные считали, что она уже вымерла, и обошёл небольшую змею, о которой не был уверен, ядовитая она или нет, потому что яд на сканере не высвечивался. И теперь Потапов стоял на берегу моря. Над волнами парили птеродактили. Ну, может, не птеродактили, но что-то там парило. В воде плавали ихтиозавры. Ну, может, не ихтиозавры, но что-то там плавало. Плезиозавра Потапов тоже не видел, но знал, что он там должен быть. Счастье, счастье!
Потапов первым делом искупался в море и даже успел увернуться от щёлкнувших рядом с его левым носом огромных челюстей.
– На набережной ни одного киоска с сувенирами, – сообщил он. – В сущности, набережной тоже нет. Теперь пойдём в Белую башню, Вася. У нас два вопроса к Белому мудрецу: где похищенное яйцо и где продают магнитики? Уже скоро вечер, и посещение Чёрной башни мы отложим на завтра.
Белая башня не нависала над морем, как представлялось Потапову. Она просто стояла на невысокой зелёной горке за забором из белых каменных плит. Если бы Потапову не сказали, что она башня, он бы никогда не догадался. Просто круглое светлое строение, высотой этажа в два. Ворот в заборе не было.
– И как входить? – спросил Васю Потапов. Тот сначала показал как – перелетел через забор. Потом, видя, что Потапов за ним не летит, просканировал камни, чирикнул и постучал правым «крылышком» в один из них. Потапов надавил. Камень легко отодвинулся, освободив проём, перекрытый сверху аркой.
– И что бы я без тебя делал, Вася! – прочувствованно воскликнул Потапов и зашёл во двор.
Двор оказался не волшебный, а совсем домашний, сплошь заросший папоротником и невысокими кустиками. Остро не хватало клумб с петунией и одуванчиков под забором. Широкая приземистая башня из того же белого камня казалась добродушной толстухой, присевшей на корточки. Заходящее солнце золотило её круглые бока. Потапов постучал в зелёную дверь.
– Отверзь двери и направь стопы ко мне, дитя моё, – отозвались изнутри.
Потапов с Васей на плече вошли, поднялись на три ступеньки. В комнате оказалось почти так же светло, как и на дворе, золотые лучи пронизывали её насквозь – окна располагались со всех сторон. На разноцветном ковре на полу лежали квадраты солнечного света. На столе посверкивало что-то стеклянное вроде колб и кувшинов, но, возможно, и алмазное – не разберёшь, когда солнце так наяривает. Сбоку в кресле сидел большой, куда больше Потапова, белый динозавр.
– Альбинос, – пробормотал Потапов.
– Неверно сие, – поправил белый динозавр. – Ибо альбинос – это патология. А мудрец – это норма. Аз есмь Белый мудрец.
– Здравствуйте. А я Потапов. А это Вася, – поклонился Потапов. – Не покажется ли невежливым уважаемому мудрецу, если я загляну в свою книгу?
– Книга – источник мудрости, – одобрил Белый мудрец.
Потапов нашёл в книжке подходящий рисунок: «Камптозавр, длина 5 метров, масса 500 кг. Травоядный. Отлично, значит, не нападёт».
– Уважаемый Белый мудрец! У меня два вопроса. Можно я их задам? – начал Потапов.
– Да, дитя моё. Задать вопрос – это лучший способ получить ответ, – благосклонно кивнул Белый мудрец. – Повеждь о себе, кто еси и кая та нужда прилучилася?
– Я переместился сюда из будущего, – честно сообщил Потапов. – Для лечения гастрита. И одна драконша попросила меня найти её яйцо, похищенное тираннозавром. Да, я знаю, что тираннозавры жили в меловом периоде, а не в юрском, но драконша этого не знала и очень умоляла вернуть ребёночка. Поэтому мой первый вопрос: не знаете ли вы, где похищенное яйцо драконши?
– Сие зело нетрудный вопрос, – улыбнулся Белый мудрец. – Ты и сам мог бы на него ответить, если бы не верил всем подряд. Я не ведаю, что есть юрский, меловой, тираннозавр, но знаю, что тебя обманули, дитя моё. Не знаю, для какой цели злодейским существам из твоего времени понадобилось яйцо динозавра, но цель эта зело неблагостна. Чёрный, чёрный обман витает вокруг твоего чела… вернее, вокруг трёх твоих чёл. Или челов? Забудь об этой просьбе. Да она и невыполнима. Сейчас не сезон для размножения. Яиц не отложено ни у кого.
– Как это странно! – удивился Потапов. – Неужели обманули? Но зачем? Хорошо, тогда второй вопрос, совсем неважный: где у вас тут магнитики продаются? Ну, такие сувениры с магнитом, который притягивает железо. Обидно побывать аж в юрском периоде и вернуться без сувенира.
– Мне ведомо, что есть магнит, – задумчиво проговорил Белый мудрец. – Ты уже нашёл его.
– Где? – оглянулся Потапов.
– Дитя моё, прошу еже послушати от мене к тебе словесы, поведати бо хощу нечто новое, еже в сих летах учинися. Аз есмь вещий мудрец…
– Неужели Обупех? – ахнул Потапов.
– Не перебивай, чадо, ибо ты истинно чадо моё, поелику драконы произойдут от динозавров, – сделал замечание Белый мудрец. – Лепо ты есть мене послушати паче, добра хотяще тебе и собратьям твоим, аз бо есмь род ваш и кровь ваша, и пращур ваш.