Светлана Лаврова – Больница для динозавров. Мезозойские истории (страница 80)
Бастард резко выдохнул и задумался.
– В Волоке открыли банк? Как-то я пропустил это дело…
«Скорее всего, именно там Тувир и получил деньги Бато», – подумал я и кивнул бастарду:
– Открыли, и весьма давно, если верить местным. Разве война когда-нибудь мешала торговле? А где торговля – там…
– …Арифлия, – продолжил он и насупился.
Если хочешь убедить человека – используй его же слова. Хоть сотню раз.
Когда бастард попрощался, меня насторожило одно. Он забыл добавить про «господина Эдельберта».
Барн зашел без стука. Я не ругался уже давно: устал объясняться, да и грохочущие шаги наемников были слышны от самого порога молельни. Более того, мы распрощались с чертовым ведром. Славная победа.
Ничто не могло испортить мой настрой.
– Я тут порылся в манатках, – опустив приветствия, начал Барн. – Кажется, это твое?..
Руки дрогнули. Я перевернул несколько слипшихся страниц. Багровая корка – высохшая кровь. Все первые главы загублены. В нетерпении я открыл последние строки «Немой власти».
Финальная глава. Итог работы Финиама, последняя из его мудростей. Если бы я прочитал ее раньше, смог бы вывести отряд из западни? Уберечь ногу, раскусить врага, сохранить припасы?..
– Даже не знаю, как тебя отблагодарить. – Я не сразу нашел слова. Все потому, что почти сразу забыл о Барне, остроге и всем на свете.
Наемник почесал затылок и посмеялся:
– Не меня благодари. Это все Юда. Несколько дней хвостом ходила…
Я и не надеялся снова ощутить вес книги в своих руках. Проверил, не пропали ли другие страницы. Увлекся. А когда поднял глаза, увидел, что Барн еще тут.
– А, да. Отблагодарю всех причастных, – я еле вспомнил, о чем шла речь. – Что-то еще?
«Даже если весь острог загорелся, я дочитаю эту главу, клянусь небом!»
Наемник покачался на пятках и сложил руки за спиной.
– Всего один вопрос… Зашел напомнить по поводу Псов. Теперь ведь у тебя не осталось никаких дел в отряде, так? – Барн сказал это с такой же легкостью, с которой солдат вытирает сопли рукавом.
Я замер. Перед глазами пронеслась Ставница, проклятый подъем до особняка и подмога, которая пришла так поздно. А может, для кого-то – в самый раз…
Пальцы вцепились в книгу мертвой хваткой. Неужели?..
Нет. Барн не мог знать, сколько я продержусь в бою. Даже если видел, как я фехтую. Даже если успел посчитать врагов, когда убегал. Наемник из Псов просто искал свою выгоду. Ударил в спину, как последний трус…
И спас мою жизнь. Помог Руш и Васко выкарабкаться.
– Я дам ответ, как в голове прояснится. Ни черта не соображаю, честно сказать…
– Конечно. Главное, определиться бы до весны. Мало ли чего еще может приключиться, – он развел руками.
Я держал улыбку на лице, пока наемник не скрылся за дверью.
А потом тяжело выдохнул и открыл страницу, на которой остановился. Страницу, которая разделила отряд капрала на две неровные части – мертвецов и выживших.
«Из всех врагов, – писал Финиам, – лишь один остался непобежденным. О, как я был слеп! Мы виделись в предместьях. В низинах и холмах. На палубе, в море, на песках берега. Встречался я с ним, не зная имени…»
Третья война за побережье. Предательство, смерть регента, засуха и голод, новый бунт. Финиам никогда не был так многословен.
«Я боролся всю свою жизнь, но раз за разом оказывался в его милости. Извечный мой враг и любимейший из друзей – случай».
Я отложил книгу и завел руки под голову. Усмехнулся.
– В какой-то степени ты его одолел, – тихо произнес я. – Пусть и на бумаге. Создал игру, в которой нет места случаю или удаче, да?
Проиграть врагу, который побеждал самого Финиама, – почти честь.
– Выходит, не так уж я и облажался.
Старуха в углу молчала. Провалы вместо глаз будто оглядывали всю каморку одновременно. Я подумал, что улыбка на ее белом лице очень похожа на мою собственную.
– Эй, Васко.
Братец с низин поднял на меня совсем разбитое лицо. Речь вовсе не шла об уродливом шраме или синяках.
Я кинул кошель, и монеты щедро звякнули, встретившись в руках воснийца.
– Э? – Он покосился на подарок и снова уставился на меня. – Это…
– После того как я покину острог, забирай Руш и капрала. Вы отправитесь в Оксол. И никому ни слова до того. Понял?
– Но… почему?
– По весне начнется бойня, а вы нужны мне в городе. Тувир как под землю провалился, в Восходах явно начинается грызня. Пусть капрал пишет письмо раз в пять дней…
Последнюю неделю капрал едва мог отвечать за подвязки на своих портках, не то что составлять слова.
– Я так понимаю, это большие деньги, – Васко заглянул в кошель. – Дело совсем плохо?
Теперь его шрам не связывал память с Волоком. Я смотрел на бородатое грубое лицо и думал о том, что у Васко больше нет братьев.
– Так и есть. Честно сказать, я ненавижу прощаться. – Я сжал пальцы на его плече. – Или просить о помощи. Но… я могу положиться только на вас. – Глаза Васко заблестели. – Надеюсь, мы встретимся в городе, когда над замком поднимут серый флаг.
Братец с низин затянул узелок на кошельке и очень бережно спрятал его под рубахой.
– Добро, – согласился он, помедлив. – Уж не ждал я такой щедрости, честно сказать… Не заслуживаю, коли из честности…
Я слышал, как дрожал его голос, когда несли дозор на стене и болтали о Ставнице. Слышал, как он мечтает убраться отсюда. Да только не знает, куда податься.
Когда я прибыл в Криг, со мной было золото, фамильные мечи и уроки Саманьи. У Васко, капрала и Руш остались только паршивые воспоминания, синяки и, быть может, чесотка.
– Мне нужны проверенные люди в Оксоле. – Я стряхнул грязь с плаща. – Вы спасли мне жизнь. Разве нужны другие причины?
Васко уставился на носки своих сапог.
– Я-то, э-эх, за себя говорить могу. А остальные, остальные-то как, согласятся ли?
«Ты держишь в своих руках почти четверть золотого слитка! Идиот. Гвон и не заметит перемены, а Руш…»
Руш слишком горда, чтобы оставаться. Ей жаль капрала и тошно от моего вида. Она сразу все поймет. Именно потому я мог доверить это дело только полному болвану.
– Здесь хорошие деньги. Капрал давно заслужил отдых. – Васко кивнул. – Скажи Руш, что в следующий раз мы увидимся только в Оксоле. Я не планирую возвращаться в острог, – уже тише.
«Тем более что это я настоял на том, чтобы задержаться в Волоке, пойти в Ставницу и…»
Васко как-то глупо улыбнулся. Похоже, большего ему и не было нужно.
– Я понял. – Глаза блеснули с почти щенячьей благодарностью. – В этот раз, клянусь, я уж не подведу! В этот раз…
В конкоре хорошо знать все карты, как своих родных. В жизни – страшно мешает.
Балласт, камень на шее, чертово бремя. Больше никакой роскоши, никаких отвлечений.
Только путь вперед.
Рассвет едва-едва окрасил небо. Зевали все: Псы Гарготты, назойливый бастард, дозорные на стене. Только служанка Юда всегда была одинаково усталой. Может, и кони как-то зевали в этот преступный час.
Но нам нужно было ехать.