Светлана Куксина – Нереальная реальность (страница 4)
Странно, но именно на следующий день нас тестировали. Оказывается, одна рука у экстрасенса рабочая, а другая – вспомогательная. Выяснилось, что у меня левая рука способна снимать боль и проводить лечение бесконтактным и контактным наложением рук, а правая – всего лишь помощница.
Я попыталась спорить:
– Я же правша!
– Так бывает, – услышала я спокойный ответ…
Тамара посматривала на меня теперь как-то немного иначе, чем в самом начале нашего знакомства.
Я не выдержала, поинтересовалась в чем дело.
Она задумчиво ответила:
– Я с преподавателями нашими разговаривала, они сказали, что в каждом потоке только по несколько человек сильных бывает, остальные – любители. Ты, видать, из первых. Я даже завидую, ну почему не я?! А потом думаю: в этом мире каждому своё… и завидовать – грех…
– Не придумывай, – отмахнулась я. – Ничего во мне особенного нет.
Она усмехнулась как-то невесело:
– А знаешь, я бы не отказалась тогда вечер продолжить, хоть и замужем, как и ты. А ты такого красавчика отшила и спокойна.
Да, тот, кто упорно хотел со мной познакомиться, был высок, симпатичен и настойчив. А другой, поразивший меня своими способностями, отличался невысоким ростом, худощавостью и какой-то внешней неприметностью. Но мне запомнился именно он, а Тамара вздыхала по высокому.
Однажды вечером она попросила меня погулять, что я с радостью и сделала, не спрашивая её ни о чем.
Возможно, я старомодна, но узы брака для меня священны.
Оказавшись в новом месте с незнакомыми людьми, я почему-то не испытала никакого стеснения. Казалось, что я сто лет знакома с нашими преподавателями. Общение с ними, как с добрыми друзьями, доставляло удовольствие, интерес к их лекциям зашкаливал, я буквально ловила каждое слово.
И, что самое главное, всё понимала. Мне ничего не нужно было объяснять дважды. Всё было УЗНАВАЕМО!
И это было удивительно, ведь я никогда не думала об экстрасенсорике.
Рассказ третий
Поговорим о карме
Википедия объясняет слово карма (одно из понятий в индийских религиях и философии) как вселенский причинно-следственный закон, согласно которому судьбу человека определяют его поступки.
Интересно, что моя замечательная бабушка- травница, родившаяся летом 1903 года, а ушедшая от нас осенью 2005 года, всегда утверждала, что в мире всё живое понимает друг друга, что даже у камня есть своя душа, не говоря уж о растениях и животных, так что обижать никого зря нельзя – к тебе твоё зло вернется.
Говорила, что иной раз другие поколения за грехи предков расплачиваются. Не понимают люди за что страдают, а это прошлое говорит. Ничто в мире не проходит бесследно. Всё когда-то аукается.
Бабушка была неграмотной, никаких книг по философии никогда не читала, но знала столько, что я диву давалась.
Откуда? И как в ней всё это вмещается? Тут таблицу умножения учишь, учишь… а у бабушки что ни спроси – всё знает, на любой вопрос ответит.
Бабушка была немногословна, но я любила спрашивать и слушать, и она многое успела мне поведать за свою долгую жизнь.
Я благодарна судьбе за то, что у меня была такая бабушка. Иногда мне кажется, что и сейчас она у меня есть, ведь я её помню и свято храню её немногочисленные фотографии.
Конечно, ребенку трудно понять речи взрослых, что-то и мимо ушей пролетает, кажется неважным. А вот с возрастом начинаешь задумываться о таких вещах гораздо чаще.
С тем, что судьбу человека определяют его поступки, трудно не согласиться. Но всё же это ответ, не исчерпывающий все сложности жизни.
Простые примеры понятны: есть способы загубить жизнь – дурных привычек хватает; есть – преуспеть, получив хорошее образование и сосредоточившись на одном деле…
Но почему один род прерывается, а другой дает множество ответвлений, расширяясь во все стороны?
Вот история одного семейства.
Когда-то она произвела на меня неизгладимое впечатление.
Мы были знакомы, жили в одном поселке, пересекались часто, так что я не с чужих слов записываю.
Я работала в школе, сын их учился у меня. А сами они – его родители и наши хорошие знакомые – были молодыми, здоровыми, симпатичными, веселыми. Жить бы да жить.
Им тридцать шесть – тридцать семь лет. Пора расцвета. Единственный сын шестнадцати лет. Нормальный, спокойный парень. Я была его классным руководителем, вела русский язык и литературу. Общались мы часто. Русский язык давался ему сложно, ошибок при письме допускал изрядное количество, так что занимались и после уроков частенько.
Беду вроде ничто не предвещало. Но однажды поселок вздрогнул.
Из ревности муж избил жену так сильно, что повредил почки. Она попала в больницу, где я её и навестила.
Она улыбалась, говорила, что всё обойдется, потому что она молодая, организм крепкий, справится.
Мужа осуждали, но она сказала, что сама виновата, нечего было с другим флиртовать так открыто.
Милиция стала задавать вопросы, она ответила, что упала неудачно с высокого крыльца, а муж ни при чем.
Вскоре выяснилось, что требуется пересадка почки. Нужны очень большие деньги, а их нет.
Не успели эту новость обсудить, как узнали, что и вторая почка отказала. Больная быстро угасла. Все были в шоке – такая молодая, цветущая женщина! И так всё быстро произошло! Просто мгновенно!
За что ей такое?!
Два месяца не прошло – погиб муж. Задавило упавшим бревном, когда разбирали старый дом.
Он сильно переживал смерть жены. Дома находиться совсем не мог, так что после работы искал себе ещё занятия вне дома. Вот друг и попросил его помочь. Он собирался строить новый дом на своем участке, а старый сносил.
Наш поселок, в котором всего-то и было три тысячи жителей, гудел как потревоженный улей.
Бабульки шептались, что жена не простила, с собой забрала. Мол, чужую жизнь загубил, вот и пришлось свою отдать в расплату.
Дело было в начале второй половины мая. Сын заканчивал девятый класс. Сначала органы опеки хотели отправить его в казенное учреждение, но потом решили, что две недели подождут. Соседи, учителя сказали, что за ним эти дни присмотрят.
Повторюсь: парень был спокойным, рассудительным, без вредных привычек. Я тоже заходила к нему почти ежедневно.
Однажды он пожаловался, что у него стала кружиться голова. Мы решили, что это от пережитых волнений. В больницу он идти отказался. Ерунда. Пройдет.
Парень был заядлым рыбаком, как и отец. Дом их стоял на берегу озера. Лодка имелась, так что по выходным, а иногда и по будням после школы мальчишка рыбачил.
Однажды он поехал на рыбалку и утонул.
Сосед видел, как он, стоя в лодке, забросил удочку и вдруг выпал за борт. Закружилась голова или ещё какая причина, я уже потом не выясняла.
У соседа лодки не было, а действие развернулось далеко от берега, так что пока туда добрались…
Удивило то, что плавать он умел хорошо, но почему-то не выплыл.
Вся семья пропала за одну весну! Началось после празднования Восьмого марта, а закончилось в мае.
Никаких близких родственников у них не было. Почему-то и с той и другой стороны все жили мало, пока род и вовсе не пропал под корень.
Поселок гудел долго. Но вывод был однозначным – от судьбы не уйдешь! Зло, которое совершил глава семьи, обрушилось в конце концов на всех её членов.
Ещё одно странное наблюдение вынесла я из тех лет. Были в поселке бездетные семьи, и все они по странному стечению обстоятельств страдали страшным скопидомством.
В поселках и деревнях, да и в городах тоже, раньше принято было угощать соседских ребятишек, но эти и яблока из своего сада никогда никому не дали. Они копили деньги, копили вещи, и, помню, некоторые пытались поучать мою маму, у которой было трое детей, как надо жить.
Мне казалось, что им судьба специально не дает детей, потому что они не готовы тратиться ни на кого, кроме себя.
Кажется, всё должно быть наоборот: если семья большая, то и запасы нужны, мало ли когда и кому что понадобится.
А какой смысл копить, если наследников нет? Помню тридцать комплектов нового постельного белья в шкафу у бездетных соседей. Их дом, внутри которого были только узкие проходы, чтобы протиснуться боком между мебелью. И полное отсутствие воздуха.
Я зашла только раз, хотя приглашали ещё. Соседка открывала шкафы и хвасталась, хвасталась, а я недоумевала – зачем столько?
Дышала пылью, затхлостью и мечтала о свежем воздухе. Надо ли говорить, что ни чаю, ничего другого мне не предложили. Даже дешевую леденцовую конфетку не сунули ребенку в руку, только хвалились нажитым добром.