Светлана Королева – Луч Светы. Журнал. Выпуск 4 (страница 9)
«Твоей Алисе грустно в Зазеркалье…»
Мир, в котором тесно Алисе, в котором рвётся и поёт душа. Вселенная без размера и вне времени. Уголок современного честного, невероятно-талантливого поэта-бунтаря. Каждая строка – выстрел. Браво автору!
Рубрика «Графский особняк»
Ведущий: Андрей Ноябрь
«В «Графском особняке» – осень! А в повести «Последнее ЛИТО» неумолимо идёт снег.
Для тех, кто не читал предыдущих глав: Петя приводит друга Васю в «Последнее ЛИТО». Вася – молодой талантливый поэт. Место, в которое он попадает, одно из старейших в Петербурге: руководит литобъединением некто по имени Карл Иванович. Им движет стремление собрать под своё крыло лучших из лучших. «Последнее ЛИТО» своего рода Ноев ковчег в океане сетевого беспредела и творческого непрофессионализма, росту которого способствовал интернет…
Вкратце, так. Всем новым читателям я советую запастись терпением и следить за дальнейшими выпусками «Луча Светы»: приключения Васи не так быстро закончаться, как можно показаться…
…Я люблю осень. Когда горит камин, треск корчащихся поленьев часто смешивается с шумом дождя на улице, и это вводит меня в недоумение. Я перестаю чувствовать границу между внешним и внутренним. Тогда я выхожу на холод и, если не очень темно, начинаю бродить по дорожкам усадьбы, словно ищу кого-то, словно ищу вас, моих читателей…
О! Вы уже здесь? Пардон, задумался, в лирический штопор вошёл.
Приступаем к чтению!
На тонущей подводной лодке
– Дорогие мои! – дедушка с бородой налил себе из графинчика что-то похожее на воду. – Вы уже неоднократно это слышали, а вот вновь прибывшему поэту Василию, наверное, будет интересно. И я повторюсь: поэзия дышит на ладан.
– Стоп! Стоп! – вверх взметнулась рука, и мужчина, тоже с лысой головой, привлек Васино внимание.
Мужчина сидел, но то, что он очень высок ростом, было видно за версту.
– С поэзией не все так плохо. Не надо. Поэты пишут о том, что они чувствуют. А чувствовать можно только то, что вокруг тебя и то, что внутри тебя.
– Правильно, каждый пишет о том, о чем хочет, – раздался старческий голос.
– Я продолжаю, – сказал поэт, похожий на дядю Степу. – А вокруг нас – мир меняется. Он, если хотите, убогим стал. Быстрым. Нами уже давно владеет клиповое сознание.
– Примитив, примитив, примитив, – сказал внешне спокойный господин, чью лысину скрывала бейсболка, из под нее – как грива потрепанного жизнью льва – сползали жидкие волосы.
Васе он почему-то напомнил того, в тельняшке, из Союза писателей, с голосом, который может заморозить. Холодный, жесткий, неприятный.
– А вы, – высокий поэт обернулся к говорившему, – сидели бы в своем союзе и учили ребят, как писать стихи.
«Значит, действительно есть в них что-то общее», – подумал Вася. Но член Союза писателей в бейсболке ничуть не смутился.
– Женя, мы все, если ты забыл, на тонущей подводной лодке.
И хмыкнул.
– Вот вылезла тут некая поэтесса, – член из Союза назвал ее фамилию, но Вася не запомнил, – не без нашей помощи, правда.
– Вы ее на конференцию протолкнули, – сказал тот, кого называли Женя.
– Да. Авансом, так сказать. Ну и что? Над стихами не работает, паблик в интернете, тысячи поклонников, которые в поэзии не шарят, и как результат – у девочки выросло самомнение.
– Я прошу только, – вкрадчиво произнес дедушка-ведущий, – без личной неприязни. Она – молода. Это – ее билет. Но как видите, мы ее к нам в ЛИТО не позвали, а это кое о чем говорит.
– Ааа… Так весь ужас в том, что таких бездарных девочек и мальчиков, – член Союза даже чуть привстал и бейсболку поправил, и краешек лысины мелькнул в мягком свете люстры, – очень много. И наглость в том, что они считают себя поэтами.
Тут Петя процедил сквозь зубы: «А сами-то кто. Старпёры.»
Честно говоря, Васе не хотелось все это слушать, и он опять посмотрел на девушку – и что-то магическое сверкнуло на кончиках ее пальцев, и темнота между ними пищала, как черная мышка, зажатая в тисках капкана. Девушке, скорее всего, тоже – это все было неинтересно, и она скучающе болтала ножкой. И этим привлекала внимание. Даже взгляды многих стариков падали на ее лодыжки, затянутые в черные чулки. Зима же. Холодно с голыми ногами ходить. И Вася представил, какая у нее, наверное, дорогая норковая шуба или что-то в этом роде – ну, богатые любовники покупают своим женщинам дорогие вещи, а эта девушка… Хотя… Вася бросил взгляд на Петю – если она с таким смогла, то для нее не в кошельке дело и не в солидности.
«Она любит секс!» – услышал Вася. Но Петины губы в этот момент не шевелились. Рядом сидела женщина, похожая на старуху. Она спала – и ее грудь массивно поднималась, как айсберг, спрятанный под белым вязаным платком. Cзади – равнодушный поэт, думающий о чем-то своем. Глаза устремлены в пол.
Но кто-то же сказал.
Квась капусту вместе с женой
– Пишите каждый день.
Вася резко обернулся, потому что скользкая рыба шлепнулась на его руку.