Светлана Королева – Луч Светы. Журнал. Выпуск 2 (страница 5)
Дом, в котором находился Союз писателей, внешне ничем не отличался от других жилых домов. Тем не менее, заходя в подъезд, Вася испытывал прямо-таки священный трепет. И когда лифт вместе с ним и другими людьми пополз наверх, у Васи сердечко екало, потому что он думал – это поэты рядом с ним. А они все вышли раньше, и на последний этаж, где находился Союз писателей, Вася доехал в одиночестве.
Его трясло. К несчастью он был один. Петю Щебетова со стихами не пропустили, сказали: «Рано еще!» И Васечка думал с тоской: «Ах, если бы Петечка был рядом, я бы не так волновался.»
И вот маленький поэт оказался в том месте, от одного имени которого дух захватывало. А там обилие дверей, и не знаешь, за какой тебя ждут. С виду-то вроде все как обычно – и прихожая похожа на человеческую, и диванчик кожаный. Пальцы у Васи вспотели, потому что он практически не вынимал их из карманов, и сумка за плечом, в которой лежали стихи, горела как шапка на воре. И хотя, по большому счету, никому до Васи дела не было, ему казалось, что все эти дяди и тети его оценивают.
В Союзе – Васю похвалили.
Ему дали слово, и он прочел свои стихи. Но у него не было чувства, что он король – как до этого в «Дерзании». Руки у Васи дрожали, он запинался. Cлева от него, за одной из парт сидел молодой поэт, похожий на священника, и Вася почему-то у него искал защиты, хотя бородач был таким же участником. Вася смотрел на бороду поэта и успокаивался. А все другие были без бороды. Их тоже критиковали, но Васе показалось, что его критикуют больше. А когда он читал свое лучшее стихотворение, в комнату вошел тяжелый мужчина, у которого под пиджаком виднелась тельняшка, а лицо – было куском скалы, и этот пришелец попросил распечатку со стихом, быстро пробежал глазами и, совсем как та женщина-экстрасенс, направившая Васину энергию сугубо в русло творчества, он замахал руками и стал кричать, что это кошмар, это – черт-те что, это – не стихи, потому что тут – одни вопросы.
– А где ответы? – спросил грозный человек у комиссии.
И комиссия закивала головами, как китайские болванчики.
А Вася сжался весь. В этот момент душа его точно провалилась в пятки. Ответы в стихотворении были, но может краткие слишком или совсем не те, что требовались. В любом случае, если этот вошедший человек посчитал, что ответов нет, значит – что-то тут не так. И волна разочарования заполнила все освободившееся от души пространство. И когда жилица Васиного тела все-таки вернулась на место, ей было горько. Как старушке, которой сказали, что жизнь ее прошла зря при коммунистическом режиме – яйца выеденного не стоит. И душа-старушка плакала.
Вася еще долго отходил от этого. Но один его стих (не этот) все-таки взяли в тонюсенькую книжицу, выпущенную по итогам конференции.
И это был прорыв.
Петя Щебетов может и завидовал Васе, но вида не показывал. Его самодовольное лицо лоснилось приторной улыбкой, которая, думалось Васе, у Пети появляется только в момент близости с девушками.
Как-то раз Вася и Петя сидели на квартире у одной польки, к которой Петя пришел зачем-то с Васей. И когда Петя понял свою ошибку, он попросил Васю чуть-чуть погулять по улице. Пока Петя говорил, полька, у которой было прыщавое лицо и карликовый рост, смотрела все время вниз.
Хотя Вася и был недалекий человек, но причину своего ухода понимал очень хорошо. И в очередной раз пожалел, что у него еще ни разу не было девушки. И пока гулял под окнами дома, написал стихотворение «Мартовская похоть».
А когда вернулся – Петя Щебетов его огорошил:
– На днях пойдем с тобой в «Последнее ЛИТО.»
Контрастная поэзия
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.