Светлана Князева – А у вас такое было? Ироничные рассказы (страница 3)
Уныло живём, товарищи!
В нашем доме завелась новая управляющая компания. Ну, как завелась, её не то кто-то выбрал, не то кто-то назначил, не то было собрание, не то оно состоялось.
Только стали в нашем доме происходить чудеса. И чем больше мы вызывали специалистов из этой управляющей компании, тем чудеснее у нас становились чудеса.
Пытаешься, к примеру, выбросить мусор. Открываешь мусоропровод, а откуда-то из глубины грубый голос: «Стучаться надо», и смех женский.
На кухне из горячего крана потекла холодная вода. Это как раз привычно, а вот то, что в холодный кран подали газ – неожиданно.
Из духовки теперь сильно дует, хотя в ней теперь есть горячая вода. Лифт ходит исправно, но непредсказуемо. Если тебе, например, на девятый, можно целый день кататься, но на него так и не попасть. Уж лучше пешком, надежнее, физически развивает, да и время экономит. С другой стороны, когда дверь на лестницу открываешь, в подъезде гаснет свет.
Супруга в стрессе. Открыла дверь на балкон, во входную дверь позвонил сосед со второго, просит закрыть, у него дети на полу играют. Закрыла – позвонили из дома напротив, просили открыть, у них бабушка старенькая, ей воздух нужен, а гулять она не может.
Население видеоролики снимает, посты выкладывает. Телевидение к нам через день. Два канала ведут репортажи круглосуточно, пытаются закономерность обнаружить, экспериментируют. На камеру сняли, как открывали почтовый ящик. Ждут. Ничего не происходит. Минут через десять открылся лифт. Сосед с пятнадцатого с перебинтованной рукой. Проходя мимо, с грустью так посмотрел на телевизионщиков и вздохнул: «Ну, что ж вы, братцы?», – и ушел.
Приезжали из CNN. Делали репортаж о новых российских секретных испытаниях. Вечером пытались позвонить в редакцию, но все время попадали в травмпункт. Наконец уставший женский голос сообщил им, что никого нет дома.
Скорую и газовую службу уже не вызываем, они здесь итак, круглосуточно. Пожарные периодически что-то заливают в подвале.
Директор управляющей компании уже ходит к психологу. Недавно вызвал бригаду слесарей из соседнего ЖЭКа. Бригада пришла через неделю, взяла аванс и села на лавочке закусывать. К обеду, набрав «форму», вошли в дом. Собравшиеся во дворе жильцы сосредоточенно замолчали. Даже воробьи в кустах притихли.
Через пару часов, весело переговариваясь из подъезда, вышла бригада, забрала вторую часть гонорара и направилась в сторону магазина.
Над домом повисла звенящая тишина. Постепенно граждане стали расходиться по квартирам. Там они включали и выключали свет, пускали воду, жарили на плите котлеты, мыли посуду и даже катались на лифте. Лифт послушно приезжал на тот этаж, который и требовался.
Утром у подъезда выставили охранение, расписали между жильцами часы дежурств, чтобы больше ни один сотрудник управляющей компании не проник в дом.
С тех пор живем скучно и неярко. Бесстрашно открываем холодильники и форточки. Безнаказанно включаем микроволновки и не ждем, когда прибежит сосед снизу с криком: «включите телевизор, вы меня заливаете!»
Пресса разъехалась.
Опять потянулись одинаковые дни. Дом, работа, работа, дом. А дома ничего нового, все как обычно.
Отчего ж граждане у нас так заведено, что для того, чтобы начать жить полной жизнью, нам необходимы внешние раздражители? Неужели сидение перед очередным сериалом интереснее того, что происходит вокруг? Неужели только сообщение о лесных пожарах, может нам напомнить, что за городом есть лес, по которому можно гулять? Только рекордная жара напомнит нам о прохладе реки? Только эпидемия, о детях, потому что школа закрыта. И только компьютер о дне рождении близкого вам и нам человека?…
Саша Пичужкин
Саша Пичужкин был обычным мелким клерком, но в душе, большим поэтом. Он рассылал свои сочинения по всем поэтическим и не очень поэтическим изданиям и получал всегда примерно один и тот же ответ. И ответ этот был всегда отрицательным.
Ничего, думал Саша, вспоминая великих поэтов и художников, непризнанных при жизни. Ничего, вот умру, узнаете, как вы все здесь были не правы, подождите, локти кусать будете, вот сразу, как только помру…
Вот и сегодня он сидел за массивным дубовым столом, освещенным лампой с зеленым абажуром, перед чистыми листами бумаги и пытался зачать любовную балладу, посвященную той, которую никак не может встретить на своем недолгом жизненном пути. Идеал, созданный его воображением, был недостижим и непостижим.
Для поднятия духа и мечтательности он отхлебывал из хрустального бокала рубиновое португальское. Хрусталь вбирал в себя отсветы огня в камине и играл его искорками на острых гранях. Теплые волны вина уносили Сашу Пичужкина в заморские дали, вытесняя на поверхность сознания рифмы, вроде такой, счастье – несчастье.
В комнату вошла Сашина тётушка, покосилась на листы бумаги, лежащие на столе, тяжело вздохнула и задернула тяжелые, глубоко шоколадные занавеси на окнах.
К ней быстрыми шажочками подошла Даша, быстро взглянув на Сашу своими озорными зелеными глазами, что-то шепнула ей на ухо, хихикнула и выпорхнула из комнаты.
Даша, была чьей-то родственницей, каких-то там знакомых тётушки из провинции. В этот год её ожидал первый выход в свет.
Ложился бы ты спать, пробурчала тётушка и, махнув рукой, вышла из комнаты.
Всё стихло, лишь изредка щелкали дрова в камине, у которого уютно расположился кот Васька. Саша отпил из бокала ещё и откинулся в кресле, перебирая в уме слова и смыслы.
Из дрёмы его вырвал чей-то голос: «И днем и ночью, и днем, и днем, кто же там и днем и ночью…»
Саша огляделся по сторонам. Голос шел откуда-то снизу.
Нет, в это совершенно невозможно поверить. Саша посмотрел на бутылку, на бокал в руке, на часы на каминной полке и уставился на паркет недалеко от камина, где ещё совсем недавно спал Васька. На том месте стоял точно такой же, как у Саши стол, только сильно меньше, а за ним, помахивая пером и подбирая слова, сидел Васька с золотой цепью на шее и, поглядывая снизу вверх, что-то строчил на маленьких листочках бумаги.
– Ну, что ты так уставился, говорящих котов что ли, не видал? – спросил кот и погрузился в раздумья.
Саша попытался сделать глоток, но не успел. Из темного угла комнаты раздался бодрый голос: «А! Ученый! Ты уже здесь! Что, всё для Сергеича сочиняешь?»
Саша вглядывался в темноту и готов был поклясться, что на мгновение увидел, что там кто-то широко улыбнулся белоснежной улыбкой.
Саша залпом допил бокал и бросился в тот угол, но там никого не было.
– Да это я не тебе, раздалось у Саши за спиной, это я тому, что у камина расположился.
Саша резко обернулся и с ужасом обнаружил, что на спинке его кресла лежит полосатый кот и лучезарно улыбается ему улыбкой от уха до уха.
– Иди, присядь, глотни вина, а то ишь как тебя потряхивает, промурлыкал Чеширский кот. Теперь уже всё равно, ты нас видишь, мы с тобой разговариваем и ничего с этим не поделать. Прими всё как есть.
На ватных ногах Саша дошёл до стола и сел. Он налил себе полный бокал и, зажмурившись, выпил его залпом, в надежде на то, что когда он откроет глаза, в комнате всё будет, как и прежде.
Но когда он их открыл, то закричал, только без звука.
В кресле напротив, развалившись и закинув ногу на ногу, сидел огромный, в человеческий рост кот. В одной руке он держал вилку с насаженным на неё куском сыра, а в другой держал бутылку вина, точь-в-точь как у Саши.
– Где он взял вторую бутылку, у меня же только одна была? – почему-то подумал Саша.
– Я в гости с пустыми руками не хожу, – ответил Бегемот.
– Ребята, ну что же вы меня сразу не позвали? Посмотрите на это, – послышался до боли знакомый голос от окна.
Саша уже даже не удивился.
Бегемот резко поднялся и, пройдя через комнату, выглянул в окно.
За окном шагал отряд египетских котов.
– Леопольд, ты разве не слышал? В Египте помер очередной фараон, эти пошли его укладывать спать.
– Жалко их, – вздохнул Леопольд и отвернулся.
– Ничего, не грусти, – пробасил Бегемот, – у них ещё восемь жизней осталось. Ну, или сколько они там уже этих фараонов похоронили? Вот и считай.
На каминной полке что-то загремело, на пол рухнули каминные часы, а за ними спрыгнула мышь, которая приземлилась на спину Ученому и кинулась вон из комнаты в сторону кухни.
– Всем привет, – запыхавшись, воскликнул Том, помахал лапой и тоже скрылся за дверью. На кухне что-то разбилось.
– Плебей, – брезгливо мурлыкнул Чеширский, – гоняться за мышью, фи моншер.
– Да уж, – грустно вздохнул Леопольд.
В дверях, постукивая тросточкой, появился Базилио.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.