Светлана Казакова – Чайная магия (СИ) (страница 12)

– Герти, верно?

– Запомнили, как меня зовут! – обрадовалась она. – Сидите пока! Я вам мигом принесу чай!

Девушка упорхнула, мелькнув подолом форменного чёрного платья с белым фартуком. Стефан раскрыл лежащий перед ним на столике блокнот, который достал чуть раньше, собираясь записать туда заметки о разговоре с Берландом и его семьёй. На первый взгляд, эти люди выглядели искренними, и всё же тот факт, что у них не оказалось билетов, настораживал.

Обнаружив, что его карандаш куда-то подевался, Альберран наклонился, рассматривая пол. Может, упал и закатился? Как не вовремя!

Раздались шаги, и вошла Герти с подносом.

– Что-то потеряли?

– Карандаш не могу найти, – с досадой отозвался Стефан, выпрямляясь.

Руки девушки дрогнули под тяжестью подноса, и она водрузила его на столик.

– Я поищу, когда буду подметать.

– Ты уже подыскиваешь себе новое место? – поинтересовался он.

– Да, но… Мне сложно. Может, эта семья, что приехала, останется здесь. Им ведь понадобятся слуги, так? Особенно когда маленький родится.

– Наверняка понадобятся. Спасибо за чай, Герти. Скажи, а ты… не замечала ничего странного в доме в последнее время… пока альд Броктонвуд был ещё жив?

– Ваш спутник… как его… Бертран меня про это уже спрашивал. Смотря что считать странным. К хозяину приходили его приятели, много пили, шумели.

– Они не… не приставали к тебе?

– Посмотрите на меня, господин! Я ж не красотка какая-нибудь! Кто будет ко мне приставать?

Альберран едва не сказал, что после определённого количества выпитого любая могла бы показаться развязным аристократам привлекательной, но промолчал. На его взгляд, Герти выглядела не так уж плохо. Не самые правильные, но приятные черты лица, рот великоват, щёки усыпаны веснушками цвета ржавчины, однако сама она вроде бы славная девушка. Даже чай ему принесла. И смотрела с таким интересом, что он чувствовал себя кем-то значительным.

Да и чай оказался вкусным. Но с тем, который подавался в чайной Летиции Мортон, должно быть, не сравнить. Вот бы попробовать…

А, впрочем, почему бы и нет?..

Глава 10

Летиция, услышав стук в дверь, подняла взгляд от бумаг, которые изучала, сидя в своём кабинете в «Чае и сладостях». Кое-какие цифры не сходились, и у девушки уже начала побаливать голова от всех этих бесконечных расчётов. Хорошо ещё, что у неё есть управляющий, на которого можно положиться.

А вот и он.

– Что-то случилось, Говард? – спросила Летти. Теперь, когда всем стало известно о случившемся с Финнеасом, она стала поводом для разговоров в гостиных столицы. Арестовывать её пока никто не пришёл, но настоящего убийцу так и не нашли.

– К вам князь Чаудхари, – сообщил ей управляющий.

– Вот как? – удивилась внезапному визиту Летиция. – Что ж, пригласи его войти. И распорядись о чае!

Когда Говард вышел, она невольно потянулась за зеркальцем. В стеклянной глади отразилось бледное лицо в обрамлении чёрной ленты, удерживающей непокорные светлые пряди. Новую одежду Летти, как и собиралась, приобрела в лавке готового платья, однако та с каждым днём удручала всё больше. Не столько из-за унылой мрачности, сколько из-за того, что носить траур по человеку, о котором не выходило пролить и слезинки, казалось лицемерием. Выглядеть скорбящей невестой, не ощущая себя таковой, или, нарушив устои королевства, начать снова надевать платья других цветов?..

За последние дни Летиция настороженно ожидала новых визитов своих мучителей – Стефана Альберрана с очередными вопросами или постановлением взять её под стражу, шантажиста Джерома Эрделлина или же кузена, вздумавшего предпринять ещё одну попытку уговорить пожениться. Однако они, похоже, решили взять передышку и на некоторое время оставили её в покое. А Финнеас Броктонвуд…

Он, к её облегчению, не приходил к ней даже во сне.

Поправив выбившийся из-под креповой ленты локон и покусав губы, чтобы стали не такими бледными, Летти залилась краской. Почему ей так важно выглядеть красивой в глазах Рохана Чаудхари? Ведь они всего лишь деловые партнёры!

Вот ведь глупости!

Рассердившись на себя, Летиция отложила зеркальце, но не смогла ничего поделать с тем, как сильно забилось её сердце, когда скрипнула, открываясь, дверь, и в кабинете появился князь. Сегодня одежда на нём была серебристо-белая, резко контрастирующая с платьем самой владелицы чайной. Рядом с этим мужчиной она наверняка выглядела чёрной вороной.

– Доброе утро, альда Мортон! Я оказался поблизости и решил заглянуть к вам. А также лично отдать вам приглашение на приём.

Летти, поприветствовав визитёра, взяла у него гладкую карточку, на которой значились дата и время, а также адрес, по которому жил князь Чаудхари. При этом их руки слегка соприкоснулись. Ощутив тепло его смуглой кожи, девушка вздрогнула и едва не выронила приглашение.

Отчего-то в его присутствии она, привыкшая уже вести дела наравне с мужчинами, чувствовала себя как-то странно и, что ещё непонятнее, не могла найти ответа, почему именно рядом с ним. С этим следовало что-то делать. Но что?..

– Я не уверена, имею ли право принимать ваше приглашение… Ведь я в трауре. Прилично ли будет…

– Вы ведь не умерли, альда Мортон, – не сводя с неё внимательного взгляда тёмных глаз, проговорил он. – Вы живы. Так к чему хоронить себя заживо? Или гибель жениха означает, что и ваша жизнь тоже кончена? Я думал, в королевстве люди считают себя цивилизованными.

– Вы правы, – ощущая всё возрастающую неловкость от их беседы, пробормотала Летиция. – Я действительно жива. И я… приду на ваш приём.

– Буду очень рад.

Летти слишком долго подбирала приличествующий ситуации ответ, и пауза в разговоре грозила затянуться, но, к счастью, вошла Доркас с подносом.

– Чаю, князь Чаудхари? – выдохнув, предложила Летиция. – На сей раз я взяла на себя смелость угостить вас чем-то новым. Но, если хотите, могу распорядиться, чтобы приготовили такой же, как в прошлый раз.

– Не нужно, альда Мортон, я с удовольствием попробую тот, что нам принесли.

Чай с засахаренными лепестками фиалки, нежный и сладковатый, но без приторности, был заварен в белом фарфоровом чайничке. Отпустив Доркас, Летти разлила его самостоятельно, стараясь вести себя уверенно и ничем не выдавать того смятения, что охватывало её, когда этот мужчина находился так близко. К чаю прилагались также ванильные пирожные, баночка апельсинового мармелада и марципановые фигурки лебедей.

Не зря же заведение носило название «Чай и сладости»!

Летиция, пододвинув угощения к гостю, решила ограничиться напитком.

– Как идут дела в ваших чайных лавках? – полюбопытствовал князь Чаудхари.

– Всё хорошо. – Летти вспомнила, что планировала открыть ещё одну – прямо перед тем, как её жениха убили. Тогда, ещё не зная, что с ним произошло, она продолжала надеяться, что сумеет откупиться от него и обрести наконец-то желанную свободу от брака, о котором когда-то договорился её отец.

На мгновение промелькнула вдруг мысль, а как бы всё складывалось, если б Финнеас оказался не таким, каким он был, а совсем другим человеком? Пусть даже не слишком привлекательным внешне, но умным, великодушным, честным. Если бы он хоть немножко любил её и предлагал бы настоящее партнёрство, а не глянцевую супружескую жизнь напоказ с её низменной и неприглядной изнанкой.

Задумавшись, Летиция не сразу расслышала, что ей задали вопрос – как назло, именно о женихе.

– Вы любили альда Броктонвуда? – спросил Рохан Чаудхари, глядя на неё поверх чашки. – Я прочёл в газете о его смерти. Простите, что не выразил свои соболезнования сразу.

– Это слишком личный вопрос, – отозвалась Летти.

– Но на него просто ответить, не так ли? Всего лишь одно слово – «Да» или «Нет». Однако, если вы затрудняетесь с ответом, выходит, что ближе ко второму варианту.

– Люди моего круга редко женятся по любви.

– Но не потому, что не умеют любить.

Летиция промолчала и, чтобы занять рот, откусила кусочек пирожного, хотя и не собиралась ничего есть. Умела ли она любить? Она не знала. В академии этому не учили. Но она видела отношения её родителей и втайне мечтала, что когда-нибудь её собственная семья будет такой же счастливой и любящей… Может быть, даже крепче, чем у Витториуса и Елены Мортон. Ведь его подолгу не бывало дома, а жене и дочери оставалось только скучать по нему.

– Сейчас нет смысла поднимать эту тему, – сказала Летти, прожевав. – Финнеаса Броктонвуда больше нет. А моя жизнь, как вы верно заметили, продолжается.

– Достойный ответ. Мне приятно слышать, что вы не поставили на себе крест. Было бы досадно, если б такая девушка, как вы, ушла в монастырь.

От его слов «такая девушка, как вы» глупое сердце снова затрепыхалось, как пойманная в силки птичка.

– Не извольте беспокоиться, в монастырь я точно не собираюсь, – заверила собеседника Летиция.

– Вот и отлично. – Его чётко очерченные губы дрогнули в улыбке. – Общество понесло бы большую потерю, вздумай вы от него отдалиться.

Раздался стук в дверь, и в кабинет робко заглянул управляющий.

– К вам Стефан Альберран, – сообщил он. – Сказать ему подождать? Предложить чаю?

– За счёт заведения, – быстро ответила Летти. Он пришёл снова? Может быть, у него наконец-то появились новости?..

– Пожалуй, не стану вас задерживать, – поднялся князь. – Это ведь что-то важное? Вы прямо в лице переменились, когда услышали имя пришедшего.