Светлана Калинина – Монстр. Книга 4. Король Альвентоса (страница 8)
«Лизка», – промелькнула мысль в голове Норимса.
– Что еще планировали кроме нападения?
– Паладина нужно было убрать, только вот местные с улицы Готри в этом помогать не хотели. Как мы не пытались убийц нанять, никто не соглашался.
– На кого короля заменить хотели?
– Я не знаю. Есть паренек какой-то. Но я знать не знаю кто.
– Врешь же, скотина, – Крис ударил лейтенанта и тот вновь выплюнул кровь.
– Я не дурак врать вам, милорд Норимс. Вы душу вынете из меня теперь. Лучше своими ногами к расстрельной черте идти, чем как Маркинс.
– Ты тоже поползешь на расстрел, ублюдок. Как и твой Колэнс. Где может скрываться сейчас капитан Колэнс?
– На улице Готри. Не выдадут его тамошние.
– Где именно? В доме, где проходили ваши встречи, его нет.
– Я не ясновидящий. Это вам к гадалкам.
Норимс вновь ударил лейтенанта, но теперь от досады.
– Имена назови, кто еще участвовал в заговоре, – Крис пошел за стол, а Адель назвал еще несколько фамилий, что перевелись вместе с ним в «коричневые тени».
После допроса Норимс какое-то время пытался успокоиться, но не мог сдержать скопившуюся злобу. Он понимал, что если сейчас в этом состоянии он придет к Лизке, то просто разорвет ее. Сомнений у него не было, она предательница.
Дознаватель все же сорвался, он сказал помощнику, чтобы очередного задержанного доставили на допрос через час, и отдал приказ об аресте людей, которых назвал Адель. Сам же мужчина прошел до своей комнаты и ворвался внутрь.
Лиза несколько дней провела в этих стенах и совсем не знала чем заняться. Она взяла в библиотеке Норимса несколько книг и начала читать одну из них. Обед и ужин приносили ей по расписанию, только вот выходить не позволяли. Норимс же и вовсе не показывался.
Сейчас, когда дверь открылась, девушка вздрогнула. Первая мысль была нехорошая, и она отошла к стене. Крис был мрачный, на руках были следы крови и если бы не черный цвет мундира, то она наверняка рассмотрела бы кровь и на одежде.
– А вот теперь говори все, тварь, без утайки, – прорычал дознаватель и сбросил мундир, который его словно душил.
– Я уже все сказала вам раньше…
Крис не дал девице договорить и быстро сократил расстояние.
– С кем еще была, кроме короля?
– Ни с кем. Он единственный…
Крис не выдержал. Он дернул завязки на платье, и оно затрещала по швам.
– Любишь грубость, так и быть.
Он дернул ткань, и фрейлина в один миг осталась без одежды. Дознаватель расстегнул брюки и шагнул к напуганной графине.
– Расставляй ножки, крошка. Поучу тебя покорности.
Каратель толкнул ее на кровать и навалился сверху.
– Я знаю, что не только король тебя имел. Кто другой?
Девушка начала сопротивляться, но сил ей явно не хватало.
– Кто имел тебя так грубо, что остались синяки? – рычал мужчина, имитируя нападение насильника на жертву.
– Пусти, пусти… Сволочи… Не хочу… Пусти…
– Кто? Имя…
– Колэнс.
Норимс замер. А девчонку заставили. Он посмотрел на фрейлину другими глазами. Забитая, запуганная, готовая на все. Молча выполняющая чужую волю. А Колэнс ее ведь изнасиловал, а не просто грубо отымел.
Норимсу не то, чтобы стало ее жалко, просто он хотел как-то успокоить истерившую девицу. Дознаватель с нежностью провел тыльной стороной ладони по ее щеке и невесомо коснулся губ фрейлины. Девушка замерла и прикрыла глаза. Еле уловимые поцелуи покрыли лицо, легли на шею, опустились ниже. Ей совсем не хотелось их останавливать, а они жгли как пламя. Мужчина вновь вернулся к губам. Теперь поцелуй был другой – жадный, страстный. Лиза словно обмякла, захотелось стать податливой по собственной воле. Она не была скована и могла двигаться под ним, ведь Норимс приподнялся на локтях, давая ей возможность выскользнуть, если она этого захочет. Не было прикосновений рук, ее не лапали и не подчиняли, как обычно, а просто вводили в некий транс. Все же Лиза не рискнула сама касаться его. Она боялась, что вызовет гнев, агрессию, что была минуту назад. Она боялась, что сейчас исчезнет эта нежность и эти уже совсем не ощущаемые теплые губы. Когда же она сама развела ноги, Крис не стал удерживать желание и подался вверх. Боли не было и сейчас. Девушка лишь начала ловить его губы своими и млела. Движения нежные, неторопливые распыляли. Никто не был с ней так. Она расслабилась и полностью отдалась мужчине, а Норимс брал ее спокойно без резких движений и грубости. Через несколько минут дознаватель понял, что изливается в нее и остановился. Она была спокойна.
Что испытывал Крис в эти минуты, он бы не описал и сам. Осознание к нему пришло волной, и он соскочил с девушки. Норимс отошел к шкафу и застегнул брюки. Допрос нужно было закончить, сейчас не до удовольствий.
– Колэнс ведь изнасиловал тебя? – мужчина повернулся и увидел, как фрейлина передернулась, потянула на себя покрывало и прижала ноги к груди. Она положительно закивала, а Крису захотелось утешить девушку. Но только он сделал шаг к ней, как она попятилась назад и скомкала покрывало в руках.
– Прости. Я не должен был сейчас делать это с тобой.
Крис отступил назад, но Лиза отрицательно помотала головой.
– Они никогда не целовали меня… Это было иначе…
Графиня подняла глаза и разревелась. Норимс подскочил к ней и забравшись за ее спину, обнял фрейлину.
– Я ничего не делала, Крис. Ничего не делала. Мне велели быть с королем, иногда сообщать ему что-то или пытаться на что-то подтолкнуть, но это были безобидные вещи. Да, я убедила Кэрола женить Софию на паладине, но это не предательство. Я ничего не делала того, что навредило бы королевской семье.
– Давно Колэнс начал тебя домогаться? – Крис смягчил вопрос.
– С королем я три года, а до Кэрола я была девственницей. У меня кроме короля и не было никого. А полгода назад в моей жизни появился Берт Колэнс. Он начал требовать, чтобы я исполняла его указания.
Крис почувствовал, как малышка поежилась.
– Он не распускал руки, только взглядом меня словно пожирал, а месяц назад он отдал мне приказ соблазнить Шарля дий Рарса.
– Хм, ты даже не стала возражать?
– Я во дворце лишь, пока король меня не прогнал. Или София. Если кому-то из них я наскучу, то меня выкинут на улицу. Только вот идти мне некуда. Я нищая. Мой отец все пропил, что мог и сдох где-то под забором. Я одна в этом мире. Что меня ждет? Бордель? Это в лучшем случае, ведь я больше ничего не умею.
Девушка высвободилась из рук дознавателя и завернулась в покрывало, а Крис остался сидеть рядом.
– Я согласилась на связь с Шарлем дий Рарсом, хотя мне не сказали, зачем это нужно. Колэнс потребовал, а я не возразила. Только вот его не так-то просто соблазнить.
Девушка усмехнулась на свои жалкие попытки соблазна.
– Я пришла к Колэнсу, чтобы попросить его отменить это задание, а он… – фрейлина замолчала. – Тогда это случилось первый раз.
Лиза поднялась с кровати и больше не сказала ни слова. Норимс встал следом и монотонно спросил:
– Как это было?
– Хочешь знать получила ли я от этого удовольствие?! Сосала ли я его член?! – закричала девушка.
– Я спросил как, – холодно и четко продолжил мужчина. – Что он делал с тобой? Ответь лишь раз и больше не спрошу.
– Он толкнул меня на стол, ноги развел мне и… – девушка не хотела ни вспоминать, ни рассказывать о позоре, которому насильник ее подверг.
– Я вряд ли узнаю что-то новое об извращениях, Лиз, говори, – дознаватель настаивал на своем.
– Он использовал в своих играх сургучную печать. Вставил мне, – девушка отвернулась в сторону, чтобы хотя бы не смотреть в глаза дознавателю и рассказала ему, что с ней было тогда в кабинете капитана. – Через неделю это повторилось. Он затащил меня в одну из нежилых комнат, когда я шла к закройщицам. Там было все еще жестче. У меня неделю болел живот. А он еще сказал, что в следующий раз притащит своих солдат развлечься. Хотел научить меня сразу троих обслуживать.
– Он больше не сможет тебя обидеть, – голос дознавателя был спокойным и уверенным. – Я найду его, и он ответит за то, что делал с тобой.
– Он что сбежал? – спросила фрейлина, поняв, что Колэнса нет в отряде.
– Он убил брата паладина.
– Что?! – закричала девушка. – Ратмира?! Он что же был с ними, как говорили все?!
– Он убил Отто. Средний Варион пытался остановить предателей, и был убит кинжалом в живот. Завтра похороны.
– Нет… Отто? Он же такой спокойный. Никуда не лез. А Тарсон? Как Тарсон?