Светлана Ивах – Нимфоманка (страница 36)

«Ну и пусть! – подумала я, и оправдала свой тон в собственных глазах: – Не будет стулья ронять! Корова!»

От этих мыслей стало весело. К худосочной и маленькой Вике, уж точно не подходило такое определение. Воображение тут же нарисовало корову. Она была тощей, но отчего-то гламурно розовой и в очках. Из-за них, и без того большие глаза Вики, казались огромными. Зато вымя походило на гроздь детских сосок.

Я пронеслась в кабинет, чтобы не выдать своего настроения. Хотя, на самом деле, я всегда пробегала мимо Вики, опасаясь оказаться застигнутой врасплох какой-нибудь вводной. Я ещё не совсем комфортно чувствовала себя в роли руководителя и, что греха таить, побаивалась подчинённых. Нет, давать указания, например, прислуге в доме было для меня в порядке вещей. Хотя тоже, получилось не сразу. Ведь сама я, что говориться, из народа. До сих пор улыбаюсь, когда вспоминаю свой первый в жизни день в качестве хозяйки дома. Было это давно, ещё до моего неудавшегося брака. Тогда меня представили горничной, поварихе и водителю, которым вменялось выполнять мои указания и прихоти. Будучи девушкой не робкого десятка, я всё равно долго избегала руководства персоналом и всё старалась делать сама. Пока не взбунтовалась повариха. Пышногрудая тётка с добродушным лицом, после того, как я в очередной раз взялась готовить себе на кухне омлет, стала умолять не оставлять её без работы. Тогда я уже подозревала, что горничная тайком переправляет кровать. Пришлось пойти им на встречу. По сути, я сделала одолжение. Но, даже войдя в роль, я ещё долго краснела как рак, когда требовалось приказать, например, водителю подать машину или потребовать у прислуги кофе.

Сейчас, уже в должности руководителя я чувствовала себя не в своей тарелке. Знала, пройдёт. Притрусь, освоюсь и привыкну. А пока будет лучше, если дам понять, будто сильно занята. Если есть что-то серьёзное, сама зайдёт в кабинет. Для этого она и секретарь.

Нанятая за символическую плату уборщица из числа граждан ближнего зарубежья, встретила меня полным недоумения взглядом. Она всегда удивлялась, когда видела меня. А, может у неё просто такое лицо? Сейчас, стоя с тряпкой в руках у окна, она тихо поздоровалась и, словно робот, стала тереть журнальный столик.

Вот это как раз моё! Эту вотчину я освоила с лихвой, разбавляя когда-то полные скукоты дни уже в доме своего бывшего. Господи, как давно это было!

Наслаждаясь собственным телом, грациозно виляя бёдрами, чем сама себе напоминая породистую лошадку, я подошла к окну и провела пальцем по пластику подоконника. Медленно поднесла руку к глазам, одновременно ощутив спиной взгляд азиатки. Пальчик был чистым. Я присела и тронула решётку батареи. То же самое. Я выпрямилась и оглянулась. Мы встретились взглядами. Я госпожа и она, раб. Я тепло, но едва заметно улыбнулась ей. Я должна была одарить женщину добрым взглядом. Но теперь должна всё равно найти изъян в её работе, иначе я плохая хозяйка и просто не вижу пыль и грязь.

– Гуля, – позвала я её и показала взглядом на шкаф.

– Что? – спросила она тихо.

– Нужно убрать пыль с книг, – объяснила я и с назиданием предупредила: – Если они за стеклом, это не говорит о том, что там чисто…

С чувством выполненного долга, я прошла к столу, плюхнулась в кресло и подвинула к себе еженедельник. Пометок никаких оставлено не было. В принципе, с Олегом я была на связи. Стала просматривать почту. Вернее два конверта, принесённых со слов заместителя курьерами с разрывом в день. В первом оказался договор на оказание услуг экологической экспертизы, во втором счёт на оплату коммуналки. Оба конверта были вскрыты, и на них стояла роспись заместителя, отчего я сделала вывод, что он уже принял меры по этим вопросам.

Гуля словно тень возникла сбоку.

Я уже забыла о её присутствии, отчего вздрогнула.

– Надо к тебе колокольчик привязать, – пошутила я, не отрывая взгляда от записи.

Как водится, женщина не поняла и поинтересовалась:

– Зачем?

– Шутка, – пояснила я и спросила: – Что-то хотела?

– Идти надо!

– Иди. Но завтра займись книгами.

– Хорошо.

Я дождалась, когда за ней закроется дверь и стала пролистывать отчёты. Судя по цифрам в столбцах, дела продвигались, как и положено им продвигаться на начальном этапе так называемой раскрутки. Ждала худшего, но пока расходы равнялись доходам, а это уже кое-что. Ещё я поняла, что у меня есть возможность вернуться к делу об убийстве Никодима. Конечно я его не оставила бы и так. Тем более после всего случившегося в Среденке. Просто дела в компании могли их отодвинуть на более поздний срок. Однако, всё было не так плохо и в этом я увидела добрый знак.

Я тронула кнопку селектора, на мгновенье, залюбовавшись собственным ноготком. Только утром мне привели руки в порядок в салоне Гараниной Ольги. Заодно поделилась с подругой впечатлениями о поездке. Я стала мысленно называть так эту мальчика – девочку, но вслух ещё не признавалась. Слишком жёстким был отрезвляющий эффект от женской дружбы пару лет назад. И вообще, даже присматриваясь к Ольге, я всё же скептически относилась к такому понятию. Жизнь заставила меня пересмотреть не только это. С некоторых пор я считала, что между мужчиной и женщиной тоже не может быть дружбы. Ведь мужчиной всегда рулит похоть! По-научному инстинкт к размножению. Впрочем, как и у нас, женщин. По крайней мере, в репродуктивный период. Я непроизвольно оцениваю каждого самца в качестве гипотетического отца своих детей и своего полового партнёра. А секс в жизни женщины значит многое. Вот и сейчас, я с утра не могла взять в толк, отчего всё валится из рук, почему моё отражение на меня смотрит усталым взглядом и отчего депресняк? Тяжесть внизу живота напомнила мне о том, что последний раз с Никитой я занималась любовью неделю назад. Ещё она напомнила, что совсем скоро мне предстоит бороться с привычным дискомфортом. Секс стоит наравне с любовью. В принципе, природой задумано так, чтобы эти две вещи были совмещены. Но часто бывает, что любишь одного, а спишь с другим. Или наоборот. Иногда мне казалось, что в жизни просто нет идеальных пар.

– Вызывали? – донёсся от дверей голос.

– Нет, селектор сам решил выпендриться, – проворчала я, размышляя над тем, а что действительно должна ответить секретарша в таком случае? Ведь она лицо компании. Так сказать её фасад. А вдруг Вика войдёт с таким вопросом, когда у меня будет гость, или другой серьёзный посетитель?

– Слушаю вас, – спохватилась Вика.

«Вот так-то лучше», – похвалила я её мысленно, а вслух приказала:

– Пригласи ко мне Петрова!

Мой заместитель внешне тянул скорее на старшеклассника, который рано начал лысеть. С виду застенчивый и тихий, он имел незаурядные способности и знал три языка. Откопать мне такого в кадровом агентстве не представлялось труда. Ведь в большинстве своём женщины-руководители хотят видеть рядом с собой мачо, а мужчины такую категорию попросту не переваривают. Сама слышала не раз нелицеприятные высказывания в адрес таких очкариков. Лох, ботаник, педик, это ещё из разряда терпимых. Но я интуитивно поняла, что эти на вид узкие плечи моего зама, обратная сторона достаточно широкой спины и не ошиблась. По крайней мере, пока мне оставалось лишь констатировать, что он просто «рвёт» рынок игрушек в клочья.

Вика выскользнула из кабинета выполнять поручение, а я задумалась над вопросом, который теперь не выходил из моей головы:

«Чем сейчас занимается Никита?»

А как иначе, если Катя передумала ехать на следующий день со мной под предлогом, что сама отвезёт его на рентген? На мои слабые попытки вывезти Никиту для лечения в Москву возражал сам Емельян. Но и это не было бы помехой, если бы не решение Никиты. Он вдруг заявил, что ему необходимо обследовать развалины, из-под которых нас достали. Ещё он собирался пообщаться с людьми. Да и так было понятно, что это не череда случайностей и оставлять инцидент с обрушением дома просто опасно. Вдруг те, кто за всем этим стоит, повторят попытку устранить нас? Из-за этого до станции меня сопроводил Емельян, наказав проводнику присматривать за мной в купе.

Ревность с новой силой охватила меня. Стало казаться, что в груди что-то клокочет. Я ощутила прилив жара. Руки затряслись. Перед глазами возник Никита. Причём я увидела его в бане Егора. Как тогда, на заимке, прокопчённые стены, отскобленный полок и он… Стоит спиной к входу и голый. Точь в точь как Егор! Я всхлипнула и тут же испугалась своей реакции. Так не годиться! Нужно было во что бы то ни стало, собраться. Попытаться прогнать виденье прочь и подумать о чём-то другом. Но воображение подкидывало одно испытание за другим. И вот перед Никитой возникла Катя. Она тоже обнажена и стоит на коленях. Отчего-то со стороны староверка была похожа телом на меня. Даже ногти на ногах покрашены. Может так и есть? Вот она берёт его фаллос рукой и приближает к головке своё лицо. Я вижу её приоткрытый рот, сухие губы…

– Фу! – вырвалось у меня.

Я вскочила со своего места. Сердце учащённо билось.

– Добрый день, Марта Александровна! – раздалось от дверей.

– А? Ах, да. – Пытаясь унять дрожь в руках я, провела обратной стороной ладони по лбу и села. – Проходи!

– Извините, что не зашёл сам, и вам пришлось вызывать, – повинился Олег сходу и шутя пожаловался: – Вика недоработала. Забыла предупредить, что вы на месте.