Светлана Гороховская – Убийственный фарс (страница 3)

– О, ну… – та поколебалась.

Лиза сглотнула.

– И чай крупнолистовой, пожалуйста! С чабрецом, – Герман помахал тысячей.

Не отрываясь от купюры, тётка кивнула.

– Тогда чай с клубничным вареньем! Пломбир в другой раз.

Лиза на всякий случай протёрла столик влажной салфеткой. Это не город. Здесь гостям за пару сотен предлагают пакетированную пыль дорог и выдавленный из пачки джем – с желатином, красителем и вкусом, идентичным натуральному. Но Герман умеет убеждать. Настоящая новогодняя сказка – в стеклянном заварнике раскрывались чайные листья, в чистой вазочке улыбались отборные, в меру уваренные ягоды. Чуть, правда, пришлось помёрзнуть в тихом безлюдном зале.

– Благодарю! – выдохнула Лиза, согревая руки о чашку. – Ты – настоящий волшебник!

– Угу, Дед Мороз! Может, хлеба с маслом попросить? – вошёл в раж Герман. – Я мигом.

Лиза хихикнула.

Она любит мужа. Наверное, поэтому не может до конца ему доверять. Где гарантии, что он снова не сбежит? Дома и стены помогают. Но Герман давно тянет её жить в деревню, обещая и удобства, и интернет. Давно! Полгода. Поверишь после этого в судьбу. А если бы она смирилась – не ждала, не верила, и вышла замуж за другого? Действительно ли каждому предначертана судьба или можно ещё побарахтаться? Хочется верить, что всё не зря.

Лиза с Германом познакомились больше двадцати лет назад. Но его сын и её родители активно препятствовали этой связи. В конце концов, родственников они победили. Тогда на сцену вышла Аглая. Из-за нездоровой любви к Лизе её – и до этого психически неуравновешенный младшенький – окончательно тронулся рассудком. Герман и Аглая выросли по соседству, Лиза с Олей всю жизнь жили во Владивостоке. Провидение хитро переплело их судьбы. Аглая грозилась погубить нерождённого сына, если Герман не оставит Лизу. А ведь она тогда только-только забеременела, не успела сказать даже любимому – откуда прознала Аглая? Оставив Лизе квартиру во Владивостоке, Герман сбежал. А полгода назад отдыхающая в санатории Оля случайно познакомилась с ним, здорово постаревшим за годы затворничества. Конечно, она его не помнила, была тогда слишком мала. Просто дед понравился. А она понравилась Фёдору.1

– А что, если всё это и подстроил Дед Мороз?

– Ясенька? Тимофею тоже позвонила Вера. Не понимаешь? – Герман протянул Лизе намазанный маслом ломтик батона. —Вера дружит с Иванной. Странно, что она позвонила ему, а не подруге. Учитывая, что Ростислав с Тимофеем много лет назад рассорились.

– Это тебе романистка рассказала?

– А вот и нет. Тимофей! Как и то, что раньше Иванна работала в санатории экономистом. Относительно недавно решила писать роман. Тогда и подружилась с гордячкой-Верой. Ну, или наоборот. Суть от этого не меняется, – Герман выкладывал на бутерброд клубничины. – Также он рассказал, что Яся в целом – хороший мальчик, которого задавила властная мать. Она всячески препятствует проявлению его актёрского таланта, о переезде во Владивосток и вовсе слышать не желает.

– И он решил её опозорить, разыграв знакомых и незнакомых людей. А кто тогда летом звонил Оле? Я сама слышала в трубке рыдания.

– Есть только два способа разгадать загадку, – Герман сыто улыбнулся. – Первый – спросить самого Ясю, второй – погадать. Кстати, Натан подтвердил, что звонили с телефона Веры. Пойдём домой?

– А похороны Оля точно увидела, – поскользнувшись, Лиза крепко уцепилась за мужа. – Прикинь, чтобы позлить мать, Яся притащил домой гроб! Ну, это Натан думает, чтобы позлить. Из разговора с дедом, мне показалось, Яся до ужаса боится смерти.

– Я тоже боюсь, Лизок. Каждый человек боится.

– У него это переросло в самую настоящую фобию. Танатофобия возникает в результате некоего травмирующего события. Или если кто-то постоянно запугивает… Может, Вера ему в уши дует. Только зачем? Почему не хочет отпустить от себя большого мальчика?

– А если таким образом он хотел познакомиться с нашей Олей? Чтобы она с ним поработала. Как вариант. Прямо просить боится, потому что Федя набьёт ему морду.

– Ну, и звал бы её одну, мы тут при чём?

– Мы у Оли в гостях, это выглядело бы не вежливо и странно.

– Не похоже, чтобы в актёрской семейке слышали о вежливости. Бедный Ростик запивает горе дорогими коктейлями.

– Главному врачу санатория не пристало пить, что попало. Ну, и хочется восстановить баланс: раз жене украшения, себе – алкоголь. Всё поровну.

Почему она в таком случае ничего не надела? На Вере не было украшений.

– А единственному хозяйскому сыночку не зазорно скакать перед отдыхающими? Помнишь, кто у нас сегодня Мороз?

– Снегурка тогда из детского сада? – Герман придержал для Лизы дверь.

Из гостиной раздавались ставшие привычными крики. Не хватало разругаться перед банкетом!

Тоже, кстати, Олина идея. Предвидела, что Фёдор не даст посидеть спокойно, и непременно закатит скандал. Германа он не стесняется, а Лиза и сама старается не отсвечивать. Как встретишь новый год, так его и проведёшь. Жизнь неоднократно доказывало обратное, но каждый год хочется верить в сказку. Срабатывает рефлекс – запах хвои, мандарины, Джингл Белс и сказка. На их первый новый год – когда оба не верили, что смогут быть вместе –Герман подарил Лизе колечко в форме паучка. Прозрачный коричневый камень, немного темнее янтаря – паучье тело, золотая голова с круглыми глазками и золотые хелицеры, похожие на клешни. Три пары искусно вырезанных лап темного серого цвета обхватывают палец и только в самом низу сливаются в не слишком широкий ободок. Герман отдал за кольцо полцарства, Лиза считала его символом вечной любви. Пару лет назад колечко пришлось чуток раскатать. Практически не носившая других украшений, паучка она не снимала. Обручальное кольцо специально выбрала простое, чтобы не отвлекало внимание. Паучок – восторг и чувства, регистрация – простая формальность.

Зарождающийся на кухне скандал выводил из равновесия. Вроде понятно: примета встречи нового года – это внутренний настрой, а не внешние, не зависящие от тебя, факторы. Господи, и чего им не сиделось дома вдвоём!

– Федя, заканчивай балаган! Тебя приглашали, ты сам не пошёл.

Потеряв последнюю надежду на спокойствие, Лиза вышла на крик.

– Нужно было привезти продукты к банкету! А моя жена всегда должна быть на моей стороне. Поэтому она должна была отказаться от предложения! – Фёдор сжал кулаки.

– Может, это ты и подговорил Ясю позвонить? – озвучила Оля Лизину мысль.

– С какой стати?

Она и сама хотела бы знать. Без дополнительной информации трясти картами мало смысла. Одним местом Лиза чувствовала, что история для них на этом не закончилась. Совершенно противно выступать в массовке чьей-то грандиозной задумки. Однако сейчас больше всего расстраивает Олино отчаянье. Племянница упорно молчит, позволяя мужу откровенные манипуляции. Зачем ей это?

Не удержавшись, всё же достала карту.

Оля отрабатывает в браке некий кармический долг. Перед кем? Связано ли это каким-то образом со вчерашним спектаклем? Она непременно разгадает тайну великого и ужасного, возомнившего себя вправе распоряжаться чужими судьбами. Лиза – мягкая и сентиментальная, совершенно интровертированная флегма. Но если опасность угрожает близким, покинет панцирь и не задумываясь пустит в ход зубы и когти.

Глава 3

Банкет устроили в зале, где обычно отдыхающим показывают фильмы. Столы установили буквой «П», освободив пространство около ёлки для танцев и конкурсов. К каждому стулу прикреплён золотистый воздушный шарик с бумажкой.

Фёдор с Олей уселись, проигнорировав шарики. Герман бумажку отвязал, позволив своему шарику взмыть к потолку.

– Ух ты! «В будущем году кто-то в вас влюбится!».

– Это я, Гешенька, – Лиза поцеловала мужа в щеку. – Я с каждым днём влюбляюсь в тебя всё сильнее и сильнее!

Бумажку с пожеланием Герман засунул в карман.

– А мне выпала «новая работа», – надулась Лиза. – Нет, ну я так не играю: одним – любовь, другим – работа!

Она тоже отпустила свой шарик.

Тогда и Оля принялась за пожелания, отвязав шарик, не только свой, но и мужа. Похоже, возню Фёдор считал не достойной внимания.

– Меня ждёт «новый дом», – удивилась Оля. – А Федю «в новом году, ждёт дорога дальняя».

Учитывая, что Фёдор и так все дни проводит за рулём, действительно, любопытно.

– Что, Федя, провожаешь старый год в одно лицо? – Герман усадил Лизу рядом с Олей. – Плесни и мне!

– Вы, в смысле, теперь через нас всё время чокаться будете? – Лиза положила в тарелку мужа папоротник с мясом.

– Не, мы и так уже через вас чокнутые! – Фёдор выпил.

Герман дотронулся до Олиного плеча. Видимо, призывая не обращать внимания. Оля стиснула пустой бокал.

Включили фоновую музыку, слишком громко – ни поговорить, ни расслабиться.

– Может, тоже проводим старый год? – предложила Лиза Оле. – Хотя жалко, в этом году было много хорошего.

– Девчонки, отгадайте загадку, – Герман налил им красное вино. – Горят одновременно богатый дом и бедный. Какой дом в первую очередь будет тушить полиция?

– Да, если такой дворец, в каком мы гостили вчера… – начала Лиза.

– А если у бедных блат? – Оля зажевала вино свежим огурцом.

– Бабы, полиция не тушит пожар! – Сообразительностью Фёдор явно гордился.

Только не замечала Лиза раньше за ним подобной грубости.

– Мелюзга, чего траву жуёшь! – Герман положил на Олину тарелку салат с курицей и грецким орехом, и Лизе заодно. – Ещё загадку? А то пока Мороза дождёмся, замёрзнем совсем.