Светлана Гольшанская – Пророк (СИ) (страница 15)

«Кар-р-р!» — позвал ворон и захлопал крыльями, чтобы поприветствовать спускающегося по лестнице Гэвина.

— Маршал Комри! — завизжал оруженосец, когда жеребец потащил его к хозяину.

Кровоточащие ладони бросили поводья. Мальчишка побежал прочь — только пятки сверкали.

— Шаркиз, тварь такая, зачем последнего оруженосца спугнул? — забранился Гэвин. Конь ткнулся мордой ему в руку и посмотрел честными сорочьими глазами. — Знаешь, как трудно найти толкового парня? — маршал почесал бархатный нос и кивнул Жерарду. — Как дела? Можно поздравить с пополнением семейства?

Неужели не знает?

— Ночью роды принимал, — ответил Жерард не так бодро, как хотелось.

— Мальчик или девочка? Как назвали? Почему из тебя всё как на допросе тянуть надо?!

— Девочка. Не придумали ещё.

— Быстрее придумывайте. Ребёнку без имени никак — мары утащат.

Жерард поджал губы. Никогда не поймёшь, всерьёз Гэвин, шутит или врёт.

— Отчитывали? Ты правда нарушил приказ Архимагистра брать одержимых живьём? — невзначай поинтересовался Жерард, наблюдая, как маршал затягивает подпруги и проверяет сбрую на коне.

— По-другому не вышло, — отмахнулся тот.

— Не вышло или ты подстроил, чтобы не вышло? — Жерард усмехнулся. Гэвин молчал. — Если бы ты стал Архимагистром, делал бы, что хотел и, быть может, мы не проливали бы столько крови на этой войне.

Гэвин обернулся. Выбить из колеи его удавалось редко, но если прицелиться…

— Мой вид правления — тирания. А быть марионеткой пустозвонов из Малого Совета и ослеплённых алчностью лордов из Большого? Увольте! Не хочу тратить время на дрязги, которые вы уважительно именуете дипломатией и гибкостью. Всего семнадцать лет осталось, а я ничего не успел. Я воин и живу только на поле брани. А политика пускай достаётся тебе, друг мой, — он хлопнул Жерарда по плечу и, вставив левую ногу в стремя, вскочил в седло. — Из тебя выйдет отличный Ректор, а то и Архимагистр. Помяни моё слово, почётное место в Малом Совете будет твоим. Прощай!

Не дожидаясь команды, жеребец рванул вдогонку за армией. Через мгновение Гэвин исчез. Чудак! Место в Большом Совете и своя лаборатория — невероятное достижение для сироты, утратившего связь с родовыми землями.

На порог вышел слуга и поманил Жерарда за собой. Всего пару лестничных пролётов, и они остановились возле двери из чёрного дерева с серебряной розой ветров — знаком ордена. Слуга отворил и пропустил Жерарда внутрь просторного круглого зала. Окон здесь не было, стены толщиной в несколько локтей, обитые толстым белёным войлоком, чтобы эту обитель наверняка не покинуло ни звука. Горело множество свечей в серебряных канделябрах. Из-за бликов казалось, что на высоком потолке парят в беспрестанном хороводе Повелители четырёх стихий.

В сердце зала — круглый дубовый стол, символ того, что все члены Малого Совета равны. За ним на обитых пурпурным бархатом стульях — дюжина бородатых старцев. Обернулись разом, как только Жерард вошёл. Нет, старыми они не были, лет на десять, самое большое пятнадцать старше Жерарда. Несуразные бороды делали их… дряхлыми, что ли? Если удастся проникнуть в их ряды, надо будет отменить дурацкую традицию — носить бороды. Не эстетично, не гигиенично — сколько у них там блох, поди сосчитай? Что это за символ мудрости и власти такой?

Жерард раскланялся и принялся представлять проект. Записи с собой не брал — они остались в лаборатории, а заходить туда было не по пути, к тому же он и так знал теорию назубок. Заскрипел мел, выводя на аспидной доске схему: роза ветров с обозначениями сторон света, на ней — треугольник. Знак огня в центре, в верхней вершине воздух, в нижних — земля и вода. Очерчено объединяющим кругом.

Жерарда перешёл к карте Мидгарда на другой доске. Втыкать булавки в нужные точки на ней он мог с закрытыми глазами. Обвязывал их ниткой, чтобы наглядно показать схему. Жаль, карты звёздного неба с линейками и направлениями движения небесных тел здесь не нашлось.

— Как нам известно, время циклично. Мы рождаемся, проживаем жизнь, дряхлеем и умираем, чтобы возродиться обновлёнными и полными сил. Также рождаются и умирают эпохи. Наш орден был создан в конце предыдущей эры, эры Золотого барана. То было время Первостихий, когда боги и духи бродили среди смертных и влияли на нашу жизнь. Она, как и все предыдущие эры, закончилась катаклизмом, в результате которого Муспельсхейм стал непригоден для жизни, и люди переселились в Мидгард.

О природе катаклизма можно только догадываться. Если взять за основу теорию сторонников божественности Безликого, то его причиной послужила Война Богов, в результате которой они удалились из мира людей, передав власть Сумеречным жрецам, то есть нашему ордену. Уже полторы тысячи лет длится наша эра Чёрно-белых Кои, эра борцов с демонами, обладателей мистических способностей и проводников божественной воли, но скоро закончится и она. Кроме движения светил, парада планет, череды затмений и необычных природных явлений, таких как Сияние червоточин за пределами Утгарда, снег на юге, засушливое лето на севере, на это указывают и события в жизни людей. Появление новой религии, восстание черни, одержимые в наших рядах, ослабление мистических способностей у молодёжи, падение нравов и морали, снижение рождаемости и увеличение болезней, обнищание народа и активность демонов.

По расчётам астрологов конец наступит через семнадцать лет на весеннее солнцестояние. Какой катаклизм произойдёт, сказать сложно, — Жерард лгал. Он прекрасно знал, чего ожидать — победы единоверцев и падения ордена. Но бородатые мэтры и без того смотрели на него с сомнением. — Наш мир умрёт, чтобы вернуться к началу обновлённым и полным сил. Наступит новая эра, эра Водочерпия, когда люди уподобятся богам и смогут менять мир по своему разумению. Нам будет дано тридцать лет, чтобы войти в неё в ином качестве, нежели сейчас. За это время родятся дети, которые не будут помнить старого порядка и смогут создать новый, отвечающий вызовам времени. Нашему ордену потребуется мощная защита, силы и знания, которых у нас нет, но которые были обещаны нашими покровителями.

Мэтры зевали, слушали, но не слышали — ничего не понимали. Не любили долгих прелюдий, хотя вся соль всегда заключалась именно в них — предпосылках и предзнаменованиях.

— В осевое время кажется, что наши силы иссякают, но это не так. Мироздание просто аккумулирует их, чтобы в нужный момент выдать их нужным людям, которые благодаря своему характеру и обстоятельствам послужат миру лучше, чем если бы силы распределялись слабо, но равномерно. Если поймать аккумулирующий момент предназначения, из него можно извлечь чистую энергию, не созидательную и не разрушительную, а ту, которую можно будет применить так, как мы сочтём нужным.

Издревле наш орден поделился на воинов, чья сила заключалась в оружие и мастерстве, и книжников, чья сила в знаниях. Как книжнику, мне ближе второе, потому я предлагаю начать именно с него — со Всезнания.

— Вёльвы? — спросил Главный Прорицатель.

— Не совсем. Вёльвы ограничены своей стихией, они говорят только то, что позволяет их грязноволосая богиня Седна, — Жерард указал на изображение страшной женщины с рыбьим хвостом рядом с Повелителем Морей, его грозная супруга. Неудивительно, что он от неё сбежал. — Я же хочу построить оракул, который вместит себя знания всех стихий, и говорить он будет не только то, что хотят передать боги, а всё, что они знают.

Всезнание послужит щитом от катаклизма, подскажет, как уберечься, куда приложить силы, которыми мы располагаем. Очевидно, что боги отвернулись от нас и помогать не собираются. Мы сделаем их безвольными орудиями, какими они долгое время делали нас. По прошествии тридцати лет Всезнания мы получим и Всемогущество. Людей, подобных богам, которые станут во главе всего мира и поведут нас к победе и благоденствию.

— Звучит не менее сказочно, чем бред фанатиков про пришествие Единого, — усмехнулся Ректор, единственный здесь действительно старец.

Жерард передёрнул плечами. Да как они могут сравнивать!

— Разница в том, что мы не будем ждать чуда, а сделаем его своими руками и умом. Идеальная форма, — Жерард кивнул на нарисованную на доске схему. — Идеальное место, — на карту. — И три идеальных существа — Норны-пророчицы, связанные со стихиями неразрывной пуповиной. Мистическая сила проявляется в наибольшей степени, когда бытие становится чистым Сознанием, лишённым потребностей тела и духа. Это и есть мой оракул.

Жерард углубился в детали. Вопросов сразу стало меньше. Видимо, плохо понимая предмет, досточтимые мэтры боялись попасть впросак. Тем легче. Надо надеяться, что всё выглядит достаточно солидно, чтобы они не передумали насчёт денег.

— Мы это уже слышали. Какие успехов? Когда начнётся практическая часть? — оборвал его получасовую речь Казначей. — На что были потрачены деньги?

Жерард про себя сглотнул, но виду не подал.

— Практическая часть уже началась и идёт параллельно теоретическим изысканиям. Получен доступ в закрытые залы Библиотеки, копятся сведенья со всех уголков Мидгарда. Как вы могли наблюдать…

— Говорите конкретнее! Начали ли строить источник, нашли ли Норн? — не дал закончить строгий Канцлер.

Жерард глубоко вздохнул. В прошлый раз они были терпеливей и благосклонней. Неужели слух дошёл?