Светлана Гольшанская – Дорога без начала и конца (СИ) (страница 10)

Очень не понравилось, что птичьеглазый заплатил за книгу без разрешения, да еще так много. Как она теперь деньги вернет? Откуда ей взять целый серебряник? Теперь она будет чувствовать себя обязанной. Да еще подозрительно, что птичьеглазый упомянул отца. Тот с чужаками никаких дел не имел. По крайней мере, Герда об этом не знала. Сам вид этих троих настораживал. Она толком не могла объяснить почему.

— Меня зовут Финист, — птичьеглазый протянул руку, большую, смуглую, с мозолями возле пальцев, как от поводьев.

Рукопожатие вышло скованным и неловким. Снова раздалось кошачье шипение.

«Чего он так рассвирепел?» — отрешенно гадала про себя Герда.

Спутники Финиста тоже поспешили представиться. Когда с официальной частью было покончено, предводитель маленького отряда сразу перешел к сути.

— Гедымин обещал проводить нас через Дикую пущу, но… — Финист осекся и отвел взгляд.

— Отец мне ничего об этом не рассказывал, — подозрительно сощурилась Герда. — А зачем вам в Дикую пущу? Люди без крайней нужды туда не захаживают. Вы что, скрываетесь от кого-то?

— Нет, — в один голос произнесли все трое и тут же неловко потупились.

— Мы из Стольного на ярмарку в Подгайск едем, — быстро нашелся Финист и вынул из-за пазухи какие-то бумаги. — Это наши дорожные грамоты.

Герда неуверенно развернула листы и пробежалась глазами по строчкам. Выглядели бумаги солидно, но Герда не разбиралась в подобных вещах, поэтому вряд ли смогла бы отличить подделку.

— Твой отец сказал, что сможет провести нас короткой дорогой и… — нетерпеливо продолжил Финист.

— Стойте, — усмехнулась Герда, свернула бумаги и отдала их обратно. Настоящие у них грамоты или нет, но сейчас ее явно обманывают. — Мой отец не мог такого сказать. Ни при каких обстоятельствах. По тракту ехать безопаснее и быстрее, несмотря на крюк в десять верст. В Дикую пущу даже местные не ходят… Так только, по главной дороге до бобровой хаты на Домне. Это всего четверть пути. Дальше тропа петляет вдоль топей до самой чащи. Там у нечистиков логово самое. Если со стежки сойдешь, считай, что нет тебя больше. Вовек у них в услужении останешься.

— Бабьи сказки, — небрежно отмахнулся Финист. — Но ты дорогу, как я погляжу, не хуже Гедымина знаешь. Проведи нас — мы хорошо заплатим.

— Мне ваши деньги не нужны, — резко ответила Герда, отказываясь иметь дело с людьми, которые не доверяют ее суждениям.

— Не нужны деньги? — нахмурился Финист. — Тогда, быть может, я могу предложить вам услугу взамен?.. Что угодно!

— Нет, — упрямо оборвала его Герда. — Идите сами, а лучше не идите вовсе. Выберетесь на тракт, там обязательно будет проезжать какой-нибудь обоз. Конец лета. Их сейчас много на ярмарку собирается. Вместе с ними и спокойней, и быстрее выйдет. Прощайте.

Герда зашагала прочь, не оборачиваясь.

Спутники Финиста, до этого молча слушавшие разговор, вопросительно глянули на него.

— Ну и что теперь делать? — поинтересовался Ждан.

— Может, воспользуемся ее советом и поедем по тракту, — робко предложила Дугава.

— Чтобы облегчить Голубым Капюшонам работу? — веско возразил Финист. Ждан с Дугавой встревожено уставились на него. — Там их посты через каждые пару верст. Граница. Если бы я путешествовал один, мог бы попробовать, но с вами… Это слишком опасно.

— Опасней, чем лесные топи? — поежился Ждан.

— Ты хоть раз видел, как на кострах сжигают колдунов? — спутники Финиста испуганно сглотнули. — То-то же. Уж лучше топи.

Герда нашла удобное место под тенистой ивой и принялась читать свою книгу. Она уже и так дважды ее перечитывала, одалживая на время у доброго дядьки Михася. Новые книги в лавку завозили редко, поэтому приходилось довольствоваться тем, что было.

Она настолько увлеклась, что не заметила, как вокруг собралась стайка шумной детворы.

— Герда, расскажи сказку! — дружно попросили они, отвлекая ее от чтения.

Она усмехнулась:

— И какую вы хотите на этот раз?

— Страшную! — закричали мальчишки.

— Про странствующего рыцаря, — добавили девчонки.

— Хорошо. Слушайте, — начала рассказ Герда. — Давным-давно жил на свете Охотник. Только охотился он не на обычного зверя, а на демонов, нечистиков, которые приносили большой вред людям. Куда бы он ни шел, тьма в страхе бежала от него. Повсюду он нес свет. Много добра людям сделал: одному жизнь спас, другому душу уберег. Был бесстрашен и славен наш Охотник.

Однажды в лесу он встретил девочку. Ужиный король не пускал ее домой к маме и папе. Девочка очень испугалась, но Охотник смог умилостивить повелителя змей, спас ее и вернул родителям. Но тут его ждала новая напасть.

В тех краях появился таинственный Ловец желаний. Он исполнял мечты людей, но за это забирал их души. Многих погубил злодей. Вот уже и к дому спасенной Охотником девочки подобрался.

Не мог наш доблестный рыцарь оставить людей в нужде. Вступил в смертельный бой с нечистиком. Бились они день. И ночь бились. Лишь на исходе второго дня победил Охотник демона, но и сам не смог избежать раны. Упал он обессиленный и погрузился в глубокий беспробудный сон. Все были уверены, что он умер, и хотели уже похоронить, но спасенная им девочка упала в отчаянии к нему на грудь. Она услышала, как тихо-тихо бьется его сердце, и поняла, что Охотник еще жив. Через три дня он проснулся. Раны его исцелились сами собой, и он смог продолжить свои странствия.

Герда замолчала, переводя дыхание.

— А дальше? — спросил устроившийся рядом с ней мальчик.

— Все, это конец, — развела руками она.

— А что было с девочкой? Охотник за ней вернулся? — требовали слушатели.

— Нет, — растеряно ответила Герда.

— Почему? — не унимались дети.

— Не знаю, — тихо пробормотала она. — Наверное, просто не смог… В одной далекой стране он сражался с неведомым зверем и... погиб.

Герда отвернулась, ругая себя за то, что она вообще вспомнила эту историю. Ведь обещала больше не плакать. Она неосознанно коснулась пристегнутой к вороту платья вересковой броши.

— Это неправильная сказка, — возмутился кто-то из детей.

— Да, они должны были пожениться и жить долго и счастливо, — поддержали остальные.

Герда ничего не ответила. Дети постепенно начали расходиться. С нижней ветки спрыгнул давешний кот, тощий, с подранным правым ухом и шикарными длинными усами. Он нагло забрался к Герде на колени и заговорил человеческим голосом:

— Знаешь, а ведь она тоже могла бы пуститься в странствия.

Кот испытующе уставился на нее хитрющими изумрудными глазами.

— Она слишком слаба, чтобы путешествовать в одиночестве, — грустно вздохнула Герда.

— Она себя недооценивает, — возразил кот. — К тому же у нее был шанс заполучить несколько попутчиков.

Герда нахмурилась:

— Они ведь тебе не понравились.

— Мне не понравилось, как на тебя смотрел их предводитель, — зевнул кот, потягиваясь всем своим невероятно гибким телом. — А остальные двое вполне себе ничего.

— Как он на меня смотрел?

— Как кошка на мышку.

— Я не заметила.

— Ребенок ты еще совсем, вот и не замечаешь, — посетовал кот. — А поехала бы с ними, глядишь, уму-разуму поднабралась, жизнь узнала, повзрослела, в конце концов. Нельзя же все время только о сказках думать.

— Кто бы говорил, — съязвила Герда. — Ты ведь и сам сказка.

— Я? — возмутился кот. Он встал, внимательно наблюдая за парившим рядом мотыльком, изловчился и поймал его передними лапами. — Видала? Разве сказка так может?

Герда промолчала. Какой толк ругаться? Все равно его не переспоришь. Она уже пыталась. Она поднялась и пошла в сторону дома.

На пороге Герда заметила пристава, приколачивавшего записку к двери, и поспешно взбежала на крыльцо.

— Что это, дядька Цыргай? — тревожно спросила она, снимая листок с гвоздя. — Забрать землю и имущество за долги? Но ведь Заградский обещал подождать до следующего месяца!

— Заградский обещал, а его сын нет, — грустно ответил пристав.

— Вальдемар? — испуганно переспросила Герда. С сыном земского главы она не ладила с детства. — А при чем тут он? Долг же перед его отцом был.

— Так ведь преставился он пару дней назад, — пристав снял шапку и опустил голову, поминая усопшего. — Лихоманка совсем озлобилась.

— Мне ли не знать, — грустно обронила Герда.