Светлана Гершанова – Двенадцатый Ковчег (страница 9)

Была пятница. Вечером совместный ужин с «заказчиками», танцы, смех, ухаживание. У девчонок закружились головы.

Утром, после завтрака, – в автобусы и на пляж, и туда же приехал автобус с их вчерашними знакомыми. Два дня отдыха и веселья!

Мужчины не оказывали предпочтения девочкам, которых выбрали. Лишь вечером на специальном сайте отмечали свою. Могли меняться, отправлять её в резерв и выбирать новую из резерва.

На всё про всё было отпущено три дня до отхода каравана сначала на Базу на соседний остров, потом домой через океан.

Ничего не подозревавшие девочки переходили на заветном сайте из рук в руки и отсеивались в резерв. Наконец, на экранах высветилось «только для чтения» список, не подлежащий корректировке.

Был прощальный ужин, но гости не подозревали, что он прощальный. Ночью тридцать девочек подняли и погрузили в автобус.

Бен лично проверил и по списку, и по фотографиям, что среди них нет будущих жительниц подвластного ему Города.

И они оказались на корабле, а утром в иллюминаторах была только водная гладь. Классная дама возвращалась с ними, и в первый же день на теплоходе самолично сняла с каждой браслет и сложила в картонную коробку. Девочки вернулись домой, уверенные, что побывали в морском круизе. Родителям тех, что остались, сказали правду – они вышли замуж. Радуйтесь, лишний рот убавился в семье.

Праздник закончился и для тех, кто остался на берегу. Мужчины вышли на работу. На пляж пришёл только один автобус. Кто-то тщетно искал среди оставшихся девочку, с которой успел подружиться на всю жизнь, кто-то – весёлого парня, что переносил через прибой и рассказывал смешные истории.

За обедом незнакомый человек объявил, что ждёт их в зале. Классной дамы не было, и не было ровно половины их шумной компании.

– Девочки, вам понравилось у нас? – спросил незнакомец с широкой приветливой улыбкой.

– Да! – ответили хором от всей души.

– Тогда у меня для вас прекрасная новость. Вы нам тоже очень понравились, настолько, что мы решили не отпускать вас. Это теперь ваш остров, ваш Город, ваш дом. Собственно, дом у каждой из вас будет свой, сначала номер в другом отеле, а потом отдельная квартира. Сейчас два часа. Отдохните, приведите себя в порядок. Наденьте белые платьица, они у вас с собой именно для сегодняшнего дня. Я жду вас в малом зале. В шесть часов сядьте на места, на которых обозначен ваш код на браслете. Ничего не перепутайте, пожалуйста.

Они шли в свои номера, недоумённо переглядываясь и переговариваясь. Что бы это значило? Как это они остаются здесь жить! А родители знают? И что, они теперь никогда не вернутся домой? Их похитили гангстеры, какой ужас! Но другой человек строго сказал:

– Вам велено отдыхать, по номерам, быстро!

И щёлкнули замки дверей. В каких-то номерах оказалось по двое, а в каких-то по одной, и это было ещё страшней.

Какой отдых! Они сидели на своих кроватях и смотрели на часы, в каждой комнате вмонтированные в стену. В четыре по очереди пошли в душ, переоделись и сидели на кроватях, испуганные и несчастные.

В половине шестого человек, который разводил их по номерам, прошёл по коридору, открывая одну дверь за другой. Усадил в зале, проверил коды. И симпатичный человек, который объявил им за обедом эту ужасную новость, с той же радушной улыбкой произнёс:

– Дорогие мои, я мэр этого Города. Со всеми вопросами, трудностями вы можете обращаться лично ко мне, и я вам обещаю, что ни один не останется без внимания. Вы выходите замуж! Сейчас придут ваши будущие мужья, и мы проведём регистрацию. Тишина в зале!

Ну, это случится немного раньше, чем вы окончили бы школу, но всё равно случилось бы почти с каждой из вас. Вы вступаете во взрослую жизнь. Счастье зависит от вас целиком и полностью, от того, как вы будете себя вести в новой, сначала маленькой семье. Я надеюсь, что в каждой, которую я сегодня скреплю своей подписью и гербовой печатью, будут царить любовь, согласие и счастье! Тишина в зале! Не вставать, не разговаривать! Когда я буду объявлять следующую пару мужем и женой, полагаются аплодисменты и радостные улыбки. Молодожёны проходят в соседний зал. Нас ждёт свадебный ужин.

Девочки вздрогнули от удара в гонг. Открылись сразу три двери, и вошли их знакомые мужчины в прекрасных костюмах, при галстуках. Сели на заранее известные места. Каждый молча поцеловал руку своей перепуганной соседке и замер, держа за дрожащую ладошку.

Началась церемония. Бен не задавал вопросов, просто объявлял их мужем и женой. Они расписывались в журнале. Бен произносил:

– Можете поцеловать свою жену. Поздравляем вас!

Звучали аплодисменты. И вдруг чинный порядок процедуры был нарушен. Встала невысокая смуглая девочка и произнесла звонким дрожащим голоском:

– Сэр, вы обещали нам решить любой возникший вопрос. Я не готова сейчас выходить замуж. Ни в коем случае не хочу обидеть человека, предназначенного мне в мужья.

– Я понял, спасибо за доверие. Конечно, в виде исключения мы пойдём вам навстречу, отправим домой следующим караваном, я ещё не знаю сроков его прибытия. Вас поместят в гостиницу. Человек, который оказал вам честь и выбрал в жёны именно вас… а выбор был большой, можете мне поверить. Этот человек, если захочет, сможет вас навещать. Если не обидится, я бы на его месте обиделся. Дежурный, проводите девушку в мой кабинет. А мы продолжаем. Объявляю вас мужем и женой. Распишитесь. Можете поцеловать жену. Не слышу аплодисментов! Теперь хорошо.

Дик сидел, оглушённый. Элен ему нравилась, очень. Весёлая, с острым язычком, палец в рот не клади. Грациозная, гибкая. Он запал на неё, как говорится, с самого начала и никаких колебаний не испытывал. Надо попросить, когда закончится торжественная часть, чтобы пустили к ней, я её уговорю, – подумал с надеждой.

Когда последняя пара ушла в зал, подошёл к Бену:

– Сэр, позвольте мне с ней поговорить.

– Непременно, часа через два. А потом утром, и ещё день пусть посидит. Скажешь, мэр занят, когда освободится, я попрошу, чтобы поженил нас. А если будет упорствовать, пусть сидит дальше. Я дам ключ, сможешь кормить её в перерыв и после работы. Тебе же будет легче, если она не будет фокусничать.

Девочки не могли прийти в себя. За ними ухаживали, их обнимали в танце. Целовали, когда слишком часто звучало «горько». Бен хотел, чтобы они привыкли к своему новому положению, но не получалось. Они были потрясены. И Элен арестовали.

Бен не так это себе представлял, всё было слишком серьёзно. Может, надо было переженить их по одной паре? Он встал и сказал ещё один тост:

– Я хочу выпить за наш с вами Город. За вас, первых, что свили в нём своё гнездо. Мы выбьем ваши имена на табличке в мэрии. Будьте счастливы! Автобусы отвезут вас в отель. И всем отгул на завтра!

Элен сидела на стуле в крошечном кабинете. Вскочила, когда открылась дверь и вошёл Дик.

– Ну, что ты испугалась, я пришёл просто поговорить. Не хочешь выходить за меня, тебя никто не заставит. Сядь, пожалуйста. Почему ты это сделала? Я не нравлюсь тебе?

– Ты здесь ни при чём. Нас фактически похитили.

Нам ничего не дали решать за себя.

– Вас могли выбрать и заказать по одной, через брачные агентства. Ты не знаешь, вам не говорили?

– Но это было бы ещё не скоро, весной, и я слышала, что можно познакомиться с человеком заранее, по переписке.

– Ну, познакомились. Но он решает, будешь ли ты его женой. Тебя привезут к нему ещё с одной девочкой. Он выберет тебя, если ты ему понравишься больше. А если её, тебя отвезут обратно в школу.

Потом, без переписки, с другой девочкой отвезут к другому. И ты можешь и ему не понравиться, если будешь смотреть, как сейчас.

Она опустила голову. Как стыдно!

– Сколько тебе лет?

– В январе будет четырнадцать.

– Ну, подумаешь! Не будешь ходить в школу. Тебе там нравилось?

– Нет.

– Так радоваться надо! Скольким людям ты должна была подчиняться? А теперь – только одному мужу. И мы же знакомились три дня. Я всё время был рядом, мы разговаривали, смеялись, играли.

– Нам не сказали!

– Хорошо, что не сказали, всё было естественно. Ты категорически не хочешь, чтобы я стал твоим мужем?

– Не знаю. Мне нужно привыкнуть к этой мысли и к тебе.

– Ну, привыкай. Я мог бы обещать тебе, что будешь решать за себя, как ты сказала. Но это была бы неправда. Как везде, за тебя буду решать я. Понимаешь, у нас очень серьёзная работа. Я здесь уже три месяца, и это были первые выходные. Нам помогли создать семью, чтобы была отдушина, женское тепло и забота. Я вот думаю, правильный ли я сделал выбор. Может, подождать до следующего каравана, и заказать послушную девочку, чтобы радовалась мне, обнимала, когда я прихожу с работы усталый. Ты подумай до утра, и я подумаю. Если пообещаешь мне стать очень хорошей женой, я заберу тебя отсюда. Давай я придумаю, как тебе поспать. Ложись в кресло, я откину спинку. Потушить свет?

– Не надо. Я могу запереться?

– Я сам тебя запру. Туалет за шторой, маленькая дверь. Ключ только у меня, шеф разрешил мне навещать тебя, если захочу. Поспи.

Он всё же выключил свет и запер дверь. Она сидела с ногами в кресле и смотрела в окно, полное лунного света.

Какой у него хороший голос! Он не кричал на меня, не упрекал, не сердился. Он подумает, жениться ли на мне. А вдруг передумает, что будет со мной? Неужели правда, что меня бы возили от одного мужчины к другому? Он выбрал меня, иначе я ехала бы сейчас обратно на теплоходе. И весной меня бы выдали замуж неизвестно за кого.