Светлана Ган – Сказочники поневоле (страница 4)

– Олег Николаевич, можно?

– А, Ваня, – вполне дружелюбно отозвался преподаватель. Он был уже в возрасте, седые волосы обрамляли круглое и полное лицо с мелкими морщинками, во рту он держал сигарету и что-то рассматривал на столе, то и дело поправляя массивные очки. – Заходите, садитесь, я скоро закончу, и мы сможем посмотреть Ваш курсовой проект, надеюсь, Вы исправили все недочеты и ошибки в чертежах? – он посмотрел на студента серьёзным и сосредоточенным взглядом.

– Да, конечно, Олег Николаевич, – Ваня неловко отвел глаза и полностью зашёл в небольшой кабинет, прикрывая за собой дверь.

– Ну-ну, – преподаватель вернулся к своему занятию, выдыхая сигаретный дым и вновь затягиваясь. – Садитесь, – он ткнул пальцем на стул, стоящий рядом с его столом.

Ваня послушно подошёл и сел, терпеливо дожидаясь, когда профессор освободится, разглядывая различные бумаги, чертежи и схемы, лежащие у него на столе.

– Доставайте свою работу, – спокойно произнёс профессор, сдвигая все лишние бумаги на край стола и освобождая место. Ваня достал из тубуса чертежи, затем извлёк пояснительную записку в красной папке, довольно объёмную, и только потом поставил круглый стеклянный шар на подставке. Такие предметы любят гадалки, уверяя доверчивых граждан, что видят там прошлое, настоящее и будущее.

– Так, чертежи я видел и верю, что Вы всё исправили, так что лучше посмотрим сразу практическую часть, что Вы сделали в ней? – он положил руки на шар и начал всматриваться в его прозрачную поверхность. Шар наполнялся красками, смешивающимися и меняющими цвета. Затем он стал практически чёрным и наполнился глубоким пространством, казавшимся бесконечным. Но вскоре появилось очертание планеты, голубое с белым. Преподаватель оторвал взгляд на мгновение и поднял глаза на студента:

– Почему именно такой внешний вид взяли?

– Такая получилась, – Ваня пожал плечами и закусил губу.

– Ладно, посмотрим, что там дальше, – он снова внимательно всмотрелся в шар, и планета очень быстро стала приближаться, вскоре появились очертания континентов, океанов и морей, лесов, полей и горных хребтов. Небольшие города и посёлки, крупные мегаполисы, машины, вышки, заводы, улицы и люди, как муравьи, спешащие по своим делам. – Ооо, – пыхнул сигаретным дымом профессор. – Живые организмы, это хорошо, даже очень хорошо, разумные? – не отрывая взгляда, проговорил преподаватель.

– Да, – уже с азартом в голосе начал Ваня. – Всё, что Вы видите, они создали сами, я только давал небольшие толчки…

– А что с агрессией? – профессор продолжал рассматривать планету.

– Агрессивны, очень, но в войны я не вмешивался, Татьяна Борисовна рекомендовала оставить естественный отбор, как и в животном мире.

– Вы ещё и с Татьяной Борисовной советовались, это хорошо. Она плохого не скажет. Так-так, Вы продолжайте, – по-прежнему перескакивая с одной локации на другую, сказал профессор.

– Приживаются сразу, правда, это уже третья попытка, первая кончилась небольшим катаклизмом, – огорчённо сказал Ваня, – а со второй там такая ситуация, в общем, меня соседи по общаге затопили и вот, – он вздохнул. – Пришлось опять всё переделывать.

– Ну, ничего, главное, что с третьего раза неплохо получилось, – отстраняя шар, произнёс профессор. – А галактику чью брали?

– Мне её дали на Вашей кафедре, я не знаю точно, чей это диплом.

– Я просто вот к чему веду, Ваня, – он покрутил сигарету в зубах и откинулся на стуле. – Диплом слабый Вам достался, галактика в принципе неплохая, но уж очень пустынная. Ваша работа была бы намного интереснее и полнее, если бы можно было посмотреть на взаимодействие Ваших объектов исследования с другими расами, Вы меня понимаете? – профессор посмотрел сквозь очки на студента.

– Да, конечно, что мне снова переделывать? – обречённым голосом спросил Ваня.

– Не в этом году, у Вас на следующий год диплом, вот я советую продолжить эту работу, – профессор остановился и снял очки. – Но одна планета – это слишком мало для диплома, так что придётся Вам взять ещё одну галактику с более развитыми живыми организмами или несколькими и посмотреть на взаимодействия с этой, – он указал на шар.

– Хорошо, – вздохнул Ваня.

– И ещё, – не меняя тона, продолжил профессор. – Стоит подумать над всеми обстоятельствами, и ни в коем случае не оставляйте их без присмотра. Сейчас очень важно простимулировать им новый скачок в развитии. Говорите, что войны у них уже были?

– Да у них они там постоянно, то землю не поделят с ресурсами, то богов.

– Это хуже, – на мгновение задумался он. – Ну тогда не знаю, маленький коллапс устройте что ли, пусть вымрет половина. Остальные взбодрятся. И главное, начинайте направлять их на развитие космоса, как у них с этим обстоят дела?

– Сейчас не очень.

– Ну вот, тогда сначала планетарное потрясение устройте, а потом космос.

– Хорошо, я постараюсь.

– Вы только как-то в сжатые сроки, диплом не за горами.

– Да я всё сделаю, я тогда вторую галактику ещё попрошу на кафедре? – спросил Ваня.

– Конечно-конечно. А так мне понравилась Ваша работа, Вы неплохо потрудились, – он потянулся за ручкой. – Где ваша зачётка?

Ваня быстро и суетливо полез в карман за зачёткой, протягивая её Олегу Николаевичу и уже облегчённо думая, что стоит обмыть это дело…»

– «» —

– Фантастику любишь? – с задумчивым видом спросил Кирилл.

– Да, – пожав плечами, выдал я.

– Ну а что, в этом что-то есть, чем-то нашу ситуацию сейчас напоминает, – почесав бороду, произнёс Игорь Семёнович.

– Думаете, кто реферат пишет? – с улыбкой спросил Кирилл.

– Реферат, не реферат, но мы же торчим здесь уже сколько – неделю?

– И никто ничего толком не объясняет – эти вон за стеклом шастают, как в апокалиптическом фильме, – с грустью сказала Ольга.

– И окон нет, – добавил я.

– Ну, не начинайте опять, – не выдержала Вера и прошла в центр комнаты.

– Какие люди почтили нас своим вниманием, – в шутливом поклоне поздоровался Кирилл.

– Нормально сидели, рассказывали истории, и стоит продолжать в том же духе.

– Незнание угнетает, – вставила Ольга.

– Ну пришли бы к тебе эти клоуны в костюмах и сказали бы, что ты умрёшь завтра, ты больна опасным вирусом. Тебе это как бы помогло? – скрестив на груди руки, выдала Вера.

– Ну хотя бы я знала, почему меня здесь заперли.

– О нет. Ты бы знала только одно, что тебе завтра умирать, и они бы тебе бумажку выдали, с какими симптомами и как именно это стоит делать, ну чтобы вдруг ты там по-своему не захотела умирать. А вдруг они ошиблись, а вдруг не завтра, а тебе же уже сказали: «Слушай, Оля, точно завтра, ты как хочешь, но надо!», – с ехидством начала она. – А ты им: «Ну как завтра? Я вроде хорошо себя чувствую и не собиралась вовсе». А они тебе: «Соберись, нужно завтра, мы умные, мы знаем, мы уже всё решили, не порть нам статистику и гипотезу». Ну а ты же ответственная, что поделать, придётся читать предписания и как-то выискивать у себя все эти симптомы и умирать в конце концов-то.

– Сама доброта, – с улыбкой посмотрел Кирилл.

– Ну а что не так? Не начинаете чувствовать озноб по телу, нет? – прищурив глаза и пристальным взглядом обведя нас, уточнила Вера.

– Озноб? Почему озноб? – встрепенулась Ольга.

– Ну как, сначала озноб, потом начинаешь покрываться зелёными пупырками, аки огурец, ещё уши больше становятся, – с абсолютно каменным лицом начала Вера.

– А уши-то почему больше становятся? – не выдержал Игорь Семёнович.

– То есть пупырчатость Вас устраивает? – приподняла бровь Вера. – Прекрасно, а уши больше – ну как, это же основное, чтобы лапши больше помещалось. Чесслово.

Я улыбнулся. Из всей нашей компании Вера нравилась мне больше всех. С её цинично-саркастическим взглядом на мир.

– Слушай, – начал Кирилл, но не успел договорить, как в небольшом стеклянном простенке, отделявшем нас от коридора, открылась дверь, и зашёл человек в полном защитном костюме.

– Обед, – раздался голос в динамике на стене. – Через пять минут ваша дверь разблокируется, и вы сможете забрать. Через час не забудьте вернуть на место, – он оставил тележку с подносами и вышел в коридор.

– Кофе хочу… – со вздохом произнесла Вера.

– А будешь есть брокколи, – с ехидством вставил Кирилл. – А потом будешь историю рассказывать, только весёлую.

– У меня все весёлые, – невозмутимо ответила она.

– В последних двух все умерли, – со смешком ответил Кирилл.

Вера в ответ только закатила глаза и улыбнулась.

– А ещё лучше что-нибудь романтичное, – попросила Ольга.

– Будет вам поромантишнее.

Кирилл, услышав, что дверь разблокирована, быстро вышел из нашей хоть и просторной, но очень пустой комнаты. Пять кроватей с небольшими шкафчиками для личных вещей, расставленные вдоль стен, обеденный стол со стульями. Простые белые стены и лампы дневного света на потолке. Никаких тебе окон или хоть какой-то связи с внешним миром. Так что уже на третий день мы просто решили, что когда свет выключается, то снаружи наступает ночь, а когда включается – день. Единственное, что радовало, так это наличие ванной комнаты со всеми удобствами. Иначе я бы тоже, как Кирилл, попытался проломить две стеклянные стены, отделяющие нас от внешнего мира.

– Ну что, двигаем стол? – спросила Вера.

Мы с Игорем Семёновичем, не сговариваясь, встали и пошли за пластиковым обеденным столом, который мы отодвигали к стене, чтобы не мешался в середине комнаты. Четыре стула быстро заняли свои места, а обломки пятого так и лежали у стеклянной перегородки. День на третий нашего пребывания, Кирилл не выдержал и решил проверить крепость стекла. Проверил. Крепость оказалась на высоте, так что теперь он единственный, кто сидел на тумбочке. Но именно его выходка доказала, что всё-таки за нами наблюдают. Нет, к нам никто не прибежал с криками «какого чёрта вы тут делаете?», но в динамике на стене через минуту раздался голос: