Светлана Гамаюнова – Сказки птицы Гамаюн (страница 42)

Больше, чем предстоящие занятия, мои мысли занимала свадьба. Готовиться к ней не надо было. Убрали в гостиной, постирали шторки, одежды все равно никакой свадебной не было, да и не важна она была этой паре. Они понимали, что у них до начала пути по дорогам и странам осталось совсем мало времени, и ценили временный уют этого дома. Теперь они вдвоём, им будет легче, а вот как Собиратель греховстолько лет один, без нормального общения, своего дома, постоянно в чужих грехах? Как человек способен такое пережить? Как сможет это выдержать домашняя девочка? Смогла бы я так?

Наконец, Лаки дал весточку, что завтра все приготовленное им к свадьбе будет доставлено, и мероприятие может состояться.

Свадьба

Лаки прилетел днем. Из его необъятных саней вынимали вина, уже готовые яства, заморскиефрукты странной формы и вида. Он достал также два аккуратно сложенных свертка и подозвал к себе сначала Есению, что-то шепнув ей на ухо, а потом Себастьяна. Они удалились, а девушки пошли накрывать стол.

– Лотта, ещё цветы захвати, это от Бриза, букет невесты. Отнесешь ей.

– Лаки, у меня нет слов, какой ты молодец. Где ты это добыл?

– Я и не такое могу, хорошие они люди – заслужили, и твоё выздоровление тоже хочу отметить.

– Да все уже забыли, что я болела.

– Вот и прекрасно, у меня ещё один сюрприз для них есть – удивятся.

– А кто будет обряд совершать и какой?

– А что, разве нужен обряд?

– Говорят, какой-то нужен. Сама-то я ни на одной свадьбе не была.

– А мы сделаем, как нам хочется. Кто нас судить будет?

Клевенс была посаженой матерью, я подружкой невесты, Хи – другом жениха, а Сказителя обязали слова говорить. Я пошла за невестой, держа удивительный букет для неё, открыла дверь и ахнула. В комнате стояла Есения в неимоверно красивом платье.

– Как это, откуда? Невероятно.

– Ветер привёз, сказал, что я должна этот день запомнить, как чудо.

Действительно, чудо-свадьба и должна быть чудом.

Мы торжественно вышли в гостиную. Там уже стоял такой же красивый жених. Новый костюм, а в руках еще один букет, который он торжественно вручил невесте.

Дальше всё протекало в сказочном варианте. Когда Сказитель произнес значимые слова,в воздухе возник призрак Лады, богини любви и семейного счастья, запахло цветами, и начали порхать бабочки.

– Счастья вам, – послышался голос. -От меняв подарок любовь на всю жизнь и детиздоровые и умные.Дом тоже будет, но чуть позже. Счастья.

Лада пропала, Себастьяннадел браслет невесте, потом она ему, и тут появился еще один сюрприз. Из воздухав руки жениха спустился свиток, и голос произнес:

– Поздравляю, счастье счастьем, а без бумажки никак, держите брачный документ, подтверждающий, что отныне вы муж и жена. А мой подарок тебе, Себастьян, такой: ты будешь собирателем грехов не до конца жизни, а еще только пять лет. Никак без тебя нельзя сейчас. Ты также можешь домой заехать, открою для вас закрытый край, брата повидаешь. Жив он, хорошо справляется. А тебе, Есения, обещаю, что талант твой не угаснет. Люди смотреть будут на картины твои и дивиться, и ещедарю краски, что не заканчиваются, и карандаши, что не стачиваются.

Краски и карандаши в красивых коробочках очутились в руках девушки. Чудеса, просто чудеса.

Кушанья были великолепны, вино изыскано, невеста прекрасна и счастлива, как и жених, а мы сытые и немного пьяные. Мы пели, танцевали, тосты разные говорили, смеялись и радовались – свадьба, одним словом.

Мне, наконец, удалось наесться, и я ждала ещё одного обещанного сюрприза от Лаки, мало мне их было сегодня. А сюрприз оказался не один, а целых два. Неожиданно за столом материализовался Ветер Перемен с небольшим сундучком.

– Спешил, думал, опоздаю. Так приятно видеть перемены к лучшему. Жалко, что ненадолго к вам.

Он взял бокал, встал и сказал:

– Тут подарков много надарили, а от меня подарок приземлённый, но необходимый. Как там Клевенс напевает: «Дай счастливому денег и не забудь про меня»? Сундучок этот такой, что никто украсть не сможет, а в нём некоторое количество денег. Мы, Ветры, богатые ребята. На хлеб с маслом вам хватит. Счастья вам, вы его достойны.

Что-то звякнуло в воздухе, Ветер вздохнул:

– Извините, опять ждут, – и пропал.

– Вот и моего последнего подарка время пришло, – сказал Лаки и поднял очередной бокал.

– У вас, молодые, есть полчаса на сборы. Берите самое необходимое – краски, карандаши, бумагу, одежду, только лёгкую. Перенесу вас сейчас на необитаемый остров в океане, там поживете до весны, друг друга лучше узнаете. Есть там всё для жизни, Бриз приготовил.Если не будет хватать еды, он привезёт. Я, может, прилечу. Хотя, впрочем, вам ещё долго никто и не нужен будет.

Молодожёны собрались быстро, вещей у жениха почти совсем не было. А невеста прихватила новые подаренные краски и бумагу и была готова.

– Порталом пойдем, не будем два дня лететь, как с тобой, Лота. Отвезу их и вернусь ещё.

И часа не прошло, как Ветер вернулся.

– Ребятам понравилось, – поведал он, – только после тутошних холодов им в жаре непривычно. Домик их в тени стоит, до берега недалеко, море синее, небо синее, бананы и кокосы растут, рыба ловится, еды полная кладовка, а главное – постель большая и удобная. Что ещё молодым надо? А теперь выпьем за выздоровление Лотты, и я полетел, я от всеобщего счастья такой сытый и пьяный, что могу из саней вывалиться.

Мы вышли его проводить. Кони взвились, и Лаки скрылся в облаках, а мы продолжали празднование. Потом я пошла спать, а большинство так и сидели за столом, обсуждая увиденное и попивая вино.

«Завтра учеба начинается, надеюсь, не с раннего утра», – было моей последней мыслью перед сном.

Занятия.

Ночью мне приснилась Сива, которая качала головой и говорила:

– Смотрю, подарок мой никто не использовал, кроме Клевенс, она терпкое яблоко- айву – съела. Отложили на лучшие времена Яблоко Познания, а оно дарует любознательность и стремлениепонять истину. Думаете, в лесу познание не пригодится – дрова рубить и тарелки мыть и без этого можно? Советую перед занятиями и вам со Стефанией, и учителям вашим употребить яблоко. Учителя ваши вспомнят, чему их учили, и дальше будут думать, чему и как вас правильно учить. А вам, девочки, яблоко даст возможность впитывать информацию и запоминать её сразу, без повторения. Любознательности вам со Стешей хватает, а вот стремление понять истину усилится, и память улучшится.

Утром рассказала сон, и после завтрака мы взялись дружно жевать яблоки. Нельзя сказать, что вкусные: жёсткие и кисловатые.

Дни полетели за днями. Сколько же вокруг, оказывается, интересного, какой большой и сложный мир! Мне особенно нравилось заниматься со Сказителем. Любим и на вечер задавал мне задания разобраться в ситуации, возникшей на суде – кто прав, кто виноват,и сам придумывал какие-то сложные случаи, где нужно было понять мотивы поведения человека.Хи тоже подбрасывал задачки типа: почему один правитель поступил так или иначе, и к чему это приведет в государственном масштабе. Мы спорили по некоторым вопросам до хрипоты. Но интересно было. Ха учил танцам, тут я все норовила отлынивать, а Стефания училась старательно, ей нравилось танцевать, и как это у неё грациозно получалось, просто настоящая графиня. Закреплять уроки ей Борислав помогал, нравилось ему Стешу за талию подержать. Смотрели они друг на друга при этом так…, по-хорошему завидно было. Ну почему Лада всем нашим девушкам красоту дала, они и так красивые были, а я такая страшненькая и осталась? В голове вертелось непонятно откуда взявшиеся слова: «Все подружки по парам в тишине разбрелися, только я в этот вечер почему-то одна».

Куда ставить все эти тарелки, ложки, в какой последовательности есть, куда салфетки класть – мы за один день запомнили. Ха просто круглыми глазами на нас смотрел и причитал, сколько эта дребедень ему крови попортила, и как долго он это запоминал. Отныне мы ели строго по правилам двора, чтобы в автоматизм вошло. Вот что ели – это другой вопрос. Готовились теперь только самые простые блюда, на сложные времени не хватало. Хорошо, Чеслав теперь отличным охотникам стал. Сказал, что и раньше любил лес, а теперь и понимать его научился.Я с Чеславом не занималась, а вот со Стешей они проводили иногда не один час, все какие-то бизнес-схемы продумывали. Богуслав на это смотрел и губы покусывал, хмурился – ревновал, кажется. Он ведь тоже раньше торговал, но торговля торговле рознь, а до таких сложных схем, до каких Чеслав додумывался, ему далеко было. Я и не представляла, что парень таким разумным и деловым окажется, но Стеша эти его схемы схватывала быстро и сама что-то придумывать начинала. Когда у неё получалось что-то интересное, Чеслав смотрел на неё и говорил:

– Все, Стеша, возьму тебя деловым партнером.

Стеша серьёзно кивала, а Борислав хмурился.

Мелькнула мысль: «Что-то он каким-то слишком задумчивым последнее время стал, надо попросить Хи с ним поговорить».

Особое удовольствие мне, конечно, доставляли поездки с Лаки. Очень хотелось бы каждый день путешествовать с ним и смотреть на страны, города, моря, реки, но занятия никто не отменял, да и Лаки, в общем-то, не бездельничал. Жаль только, не смотрели мы с ним больше друг на друга с затаённой надеждой, не проскакивала искра при соприкосновении рук – дружба и есть дружба. Тепло, но не горячо. А после того, как вместе с Хи спасал меня от последствий пребывания у Мораны, почти братом сделался. Заботился то обо мне, как о родной сестре.Поэтому я запретила себе мысли крамольные и, сказать прямо, стало от этого легче. «Видать, не мой он суженый, или я не его», – как-то так думалось, и успокоилась я на этом, не травила себе больше душу.