Светлана Фокси – Вас понизили! Или как меня в педагоги занесло (СИ) (страница 9)

Раздался стук в дверь, и в кабинет заглянула Нира. Девочка выглядела очень подавленной. Глянув на нее мельком, опустила взгляд на стол рядом. Там лежали ключи. Схватив их и не отпуская кувшин, слабой зигзагообразной походкой направилась к двери. Староста тут же отступила, отворяя дверь шире. Облокотившись о косяк, окинула взглядом группу. Были все. Напуганные, нервные, подавленные, но все. Переведя взгляд на ключ, чтобы узнать от какого он кабинета, кивнула и направилась туда, не говоря ни слова.

***

Айрэн Лис выглядела ужасно. Растрепанная, уставшая, с синяками под глазами, с потрескавшимися губами и слабой походкой, она целенаправленно шла вперед, изредка останавливаясь, чтобы перевести дыхание.

«Это мы сделали ее такой» — виновато думал каждый, кто шел позади женщины. Студенты с болью наблюдали за слабостью Лисы, но боялись сказать хоть слово. Они знали, что им нет никакого оправдания. «Теперь и она нас бросит», эта мысль беспокойно витала между студентами.

Дойдя до кабинета, женщина дрожащими руками вставляла ключ в замочную скважину и нервно ухмылялась, когда не получалось.

— Может вам… — неуверенно начала Зои, но Лиса перебила, не дослушав.

— Справлюсь.

И она справилась. С пятой попытки. Дойдя до учительского стола, Айрэн тут же уселась на пол, упираясь спиной в стол и жадно глотая воду. Студенты тоже сели на пол в полукруг. Они и не смели думать о том, чтобы сесть где-то еще.

***

Обведя взглядом группу, я устало вздохнула. Пытаясь унять бешеное сердцебиение и сбившееся дыхание, я прошептала.

— Рассказывайте. Все. Хватит в загадки играть. Попробовала уже, не понравилось.

— Капитан… — виновата начала Нира, но я ее перебила.

— Айрэн! Мы, кажется, одни. — ох, ну не раздражайте еще больше!

— Простите нас, Айрэн. Это все наша вина. — дрожащим голосом, прошептала староста.

— Именно. — согласилась я. Вся группа вздрогнула, но глаз не подняла. — Потому что ничего не сказали. Исправляйтесь.

— Мы… Мы все тут…с дефектами. Кроме магического дара каждый из присутствующих имеет собственное проклятье. Мы… нестабильны. Когда наши негативные эмоции берут верх, мы не можем контролировать свои силы, из-за этого страдают окружающие. Поэтому на втором году обучения директор и собрал нас в отдельную группу. Такие как мы не редкость, но и не так часты… — начала Нира. Девочка рассказывала, глотая слезы. — Каждый из нас рано или поздно срывался. Так о нас узнала вся академия и теперь сторониться. Кураторов нам дают только новых учителей, но те, когда узнавали о нас, сбегали. С пятого курса мы перестали запоминать и считать их. Даже делали ставки, когда нас снова бросят. У всех нас сплошные тройки, чтобы по окончании Академии мы получили бронзовый свиток.

— Что у вас за проклятья?

— Ну… Это больше врожденный дефект, доставшийся нам от предков. Мой прадедушка умел управлять силами других. Мне эта способность передалась в точности да наоборот. Я забираю силы от прикосновения. Но когда выхожу из себя, то вообще не контролирую процесс. — виновато сказала Нира. — Поэтому вы потеряли сознание. Я вас выпила… Простите.

— Кто, я по-твоему? — тихо спросила я. Девочка непонимающе на меня посмотрела. — Я не дослужила бы до полковника, если бы лишилась магии от секундного контакта. Мне встречались люди и пострашнее. Не переживай. — без эмоций утешила я, хотя сомневаюсь, что помогло. — Дальше.

— Я… Я в роду имела горгон… Моей бабушке передалась способность превращать в камень взглядом, а мне… волосы. — Не поднимая глаз, сказала Зои и распустила пучок каштановых волосы. Локоны тут же приподнялись, как змеи к лицу девушки. — Кончики очень острые и ядовитые. Когда я впервые сорвалась, то поранила Шеда… — я кивнула, теперь понятно от куда у него такой некрасивый шрам на щеке.

— Я не знаю, кто был у меня в роду, но когда я злюсь, то покрываюсь твердым наростом. Это чем-то похоже на антимагическую броню, только в разы страшнее, и не контролирую физическую силу. — ответил Шед, поймав мой взгляд.

— А мне нельзя громко говорить, мой голос становиться похож на зов морских сирен. Он… убивает. — шмыгая носом, сказала Анастейша.

— У меня достаточно все прозаично. Моя бабушка полувампир, и мне досталась жажда крови. Сдерживать ее легко, если есть сладости. Поэтому я и… не худышка. — замялась в конце Бренда.

— В моем роду было много предсказателей и пифий, но мне достался немного бракованный дар. Я не могу предсказывать, но несмотря на то, что я говорю, все оказывается правдой. Например вы, Айрэн, ну… не любите горький шоколад. — я округлила глаза. Вот так дар.

— Тогда почему тебя считают опасным?

— Хех… Когда злюсь, совершенно за языком не слежу. — почесывая фиолетовую макушку, ответил Леви. Ясно, значит, если ляпнет в пылу «чтоб тебя упыри растерзали» именно так и будет.

— Я могу читать мысли. — робко улыбнулся Перри. — Но только тех, кто слабее меня или моего магического уровня. Очень редко получается улавливать настроения сильных магов. — я хмыкнула, мысленно благодаря Леди Судьбу, что этот мальчик не рылся у меня в голове. Там столько тараканов, что ребенку лучше не знать. — Но еще я могу манипулировать сознанием… А этого бояться все. — Я согласно кивнула.

— Мой отец на половину оборотень. Мой дед был истинным, но женился на простой человеческой женщине. С отцом проблем нет, но у меня не получается контролировать звериную часть, когда зол. А я по натуре человек вспыльчивый… — грустно усмехнулся Стеф.

— А я часто воспламеняюсь. — криво улыбнулся Трой. — При этом, больше всего я боюсь огня. В панике, я не могу контролировать ни себя, ни свое пламя.

— Я слепой. — спокойно, словно говоря о погоде, начал Рассел. — «Вижу» с помощью звуков, поэтому у меня хороший слух. Но я могу ослеплять людей на время. Точнее, я могу заставлять людей видеть то, что захочу.

Я молча смотрела на «дефектных» детей и раздражалась. Нет. Выходила из себя! Мне никто, ничего не сказал! Даже директор! И учителя молчали. И Оттэн-Дэр тему перевел, когда я о ребятах спросила! И сами ребята хороши, таить такой секрет! А еще больше раздражало то, что во всей этой треклятой Академии только я ничего не знала! А еще этот вкус шоколада!!! В кувшине осталось два глотка, и я их жадно выпила.

— Вас бояться, потому что вы отличаетесь. — начала я, смотря в потолок, больше для себя. Просто вслух размышлять удобнее. — То, что непонятно, всегда пугает. Вас намеренно ведут к бронзовому свитку, потому что вы сильные и непредсказуемые. Будь вы хоть трижды умней того же Танаэша Инграма, таким нельзя давать высокие посты. А если вы получите золотой или серебряный свиток — будут проблемы. Хех… Прекрасно просто…

Я замолчала, обдумывая все услышанное. Не сомневаюсь, что Анаксимандр сделал это, чтобы защитить ребят. Этих и всех других, обучающихся в Академии, но… Это не правильно! Контролю можно научиться, а бронзовый свиток останется на всю жизнь.

— Вы хотите закончить Академию с соответствующим вашим знаниям свитком?

— Это невозможно… — прошептала Нира.

— Я не спрашиваю, возможно это или нет. Я хочу знать, хотите ли вы уйти из этих стен с достойным вас свитком?! — мое раздражение переливалось в злость.

— Д-да… — ответил нестройный хор голосов. Я задумчиво стукала ногтем по стеклянному боку кувшина.

— Хорошо. Я что-нибудь придумаю, а сейчас свободны. Кураторский час окончен.

И смотря только вперед, направилась в комнату. Чувствовала я себя ужасно! Подавленной, разбитой, уставшей, обиженной. И хотелось только двух вещей: забыться и избавиться от этого проклятого вкуса!

Вернувшись в сою опочивальню, сразу же переоделась в ночнушку. Куда я убрала подарок коллег? Когда отправляли меня на бессрочный отпуск, так они называли мое наказание, то преподнесли скромный подарок — элитный гномий самогон. Этот напиток славился благодаря заветным трем буквам — ВСП. Вкус у самогона был, как у первосортного эльфийского эля. Нежный и легкий. Не замечаешь, как пьешь. Скорость, с которой давало в голову от этого напитка, превышала все возможные лимиты. Две стопки и мир уже не кажется злым. Еще две, и ты любишь всех без разбора. А что идет дальше, мало кто помнит. И наконец, Похмелье. Похмелье просто адское! Наутро, ты люто ненавидишь мир, и готов убить любого, кто рискнет тебя побеспокоить и испить его крови, чтобы одолеть сушняк. Но это мало кого останавливало. И меня в том числе. Достав из нижнего ящика стола печеньки, приготовилась забыться.

Стук раздался в тот момент, когда я танцевала с халатом в качестве партнера под играющую музыку в своей голове. Небрежно откинув шелковую тряпицу, отправилась открывать незваному гостю, подпевая все еще играющей песне. А певец в моей голове хорош!

— Ты пьяная? — услышала я удивленный мужской голос. Подняла глаза и прищурилась, стараясь понять, кто передо мной. Певец в голове взял высокую ноту.

— Ма-а-а-а-кс! — радостно воскликнула я, наконец-то поняв, кого вижу. — А… чего пришел?

— Тебя не было в лазарете.

— В ласа…лаз… — немного подумав, решила не повторять это сложное слово. — А ты чего? Перживал? — икнула я, подмечая, что язык заплетается. Глупо хихикнула. Мужчина смотрел на меня странно. Словно впервые видел.

— Да. Я переживал.

— Заче-е-е-м? — искренне не поняла я. И тут меня потянуло в сторону. Хорошо, что крепкие мужские руки придержали.