Светлана Дмитриева – Под маской Венеции (страница 2)
Незнакомец протянул Кире руку в кожаной перчатке, указывая головой на еле заметный проход между домами. Смелая путешественница, не раздумывая, согласилась: эту историю нужно было во что бы то ни стало распутать!
Пока что встреча выглядела дружелюбной: Кира оказалась в скрытом от посторонних глаз, увитом зеленым плющом дворике с резной полукруглой дверью. Его разделял напополам узкий канал, через который был перекинут белоснежный мост с состарившимися перилами. Он исчезал в открытом дверном проеме, так необычно расположившемся в рыжей стене дома напротив.
Мужчина подвел Киру к столу под широким навесом, накрытому на две персоны. Ее сразу же удивили непривычные черные спагетти в компании креветок и томатов. «Надеюсь, это макароны, а не магические гады», – усмехнулась про себя девушка, готовая съесть любое блюдо в эту секунду.
– Вкусно? – новый знакомый еле заметно улыбнулся уголками губ, будто смакуя свой акцент.
– Да, – выдохнула Кира, – я понятия не имею, кто ты, но я очень-очень голодна прямо сейчас.
– Я знаю. Ты редко о себе заботишься. Потратила все деньги на экскурсии и теперь экономишь на обедах, верно?
– Так, я даже не буду спрашивать, с чего ты это взял. И почему говоришь по-русски. Меня интересует другое: куда исчезли все люди в этом городе? – гостья чуть не подавилась спагетти от внезапно накатившего волнения.
– Ты же сама этого хотела, – незнакомец пожал плечами и откинулся на спинку стула, держа в руке бокал розового вина.
– Я думаю, ты переоцениваешь мои способности, – взгляд Киры упал на замутненные от дождя воды узкого канала, – и менять погоду я тоже не умею. Кто ты?
– Я дух Венеции, синьорина, – легким движением он сорвал маску, и Кира увидела перед собой еще совсем молодого юношу с озорными зелеными глазами в обрамлении длинных рыжих ресниц. Нарастающий ветер развевал его кудрявые волосы, а хитрая улыбка не сходила с губ.
– И что мы теперь будем со всем этим делать? – девушка тоже взяла бокал, удивляясь своей смелости и даже легкому равнодушию к внезапному повороту событий, – я так и останусь в одиночестве под дождем?
– Мне кажется, ты прекрасно себя чувствуешь, – дух Венеции довольно подмигнул.
– Я уже не уверена. Не дается мне Венеция. Да и кому здесь понравится в августовскую жару среди толп туристов?
– Счастливым людям. Которые наслаждаются жизнью. Здесь и Сейчас.
– Я тоже счастливый человек, между прочим, – начала защищаться Кира, – я просто подумала, что…
– Оказаться в одиночестве под дождем будет лучше? – рыжеволосый юноша вышел из-под навеса и подставил лицо участившимся каплям. На этот раз он протянул руку без перчатки, и Кира ощутила его прохладную широкую ладонь.
Они устроились на крошечной мостовой канала, наблюдая за узором расходящихся кругов на воде. Перламутровое небо хмуро нависло над мокнущей парочкой, посылая все больше драгоценных капель. Ссутулившиеся цветы раскачивались в такт, и казалось, что весь дворик вторит разбушевавшейся стихии.
– А мне понравилось танцевать под дождем! Хочешь попробовать со мной? – девушка внезапно подскочила, увлекая за собой на мостик духа Венеции. У них довольно ловко получалось вальсировать на ступенях, то и дело кружась в замысловатых поворотах. Розовое вино ударило в голову нечаянной гостье этого местечка, и она начала все ощутимее ускорять темп. Тогда юноша остановился и посмотрел ей в глаза:
– Не спеши. Ты увидела почти всю Италию за неделю. Но смогла ли ты ощутить ее всем сердцем?
– Ведь так хочется все успеть! – Кира даже подпрыгнула от нетерпения. – Если сидеть на террасе всю жизнь, как это делают итальянцы, что я увижу, чему научусь?
– Жизни, – дух Венеции глубоко вздохнул и на секунду закрыл глаза, – Здесь и Сейчас.
– Здесь и Сейчас, – девушка сдалась и сделала то же самое.
Вдруг Кира ощутила легкий толчок в плечо. Нет, это был не дух Венеции. Она открыла глаза и увидела перед собой все то же ясное бледно-голубое небо, собор Сан-Джорджо-Маджоре и мерно раскачивающиеся гондолы под сухим брезентом.
– Кира, с тобой все порядке? Я с тобой говорю здесь и сейчас. Ответь мне наконец! Или ты в какой-то параллельной реальности? – испугавшаяся не на шутку Саша описывала вокруг подруги круги, пытаясь привести ее в чувство.
– Кажется. А где все? – взгляд Киры упал на кулон из венецианского стекла, от которого уже вспотели пальцы. Узор, как и прежде, напоминал солнце с отходящими во все стороны лучами.
– Все уже ждут тебя на посадку! – Саша кивнула головой в сторону белоснежного лайнера, – сейчас отправляемся, бери свои вещи. Не забудь шляпу, кажется, ты подхватила солнечный удар.
Не до конца доверяя происходящему, Кира проверила, на месте ли сандалии, придвинула шляпу, которая одиноко ждала ее на расстоянии вытянутой руки.
– А почему у меня мокрые волосы и майка? – путешественница все же нашла к чему придраться.
– Я поливала тебя водой, чтобы привести в чувство! Но это мало помогло, – подруга выглядела обеспокоенной, – все, побежали, – она дала Кире руку, с силой потянув на себя ее ослабевшее на солнце тело.
Девушки успели добежать к месту посадки на лайнер в последнюю секунду. Их вечно улыбающаяся и лучезарная гид Стелла облегченно вздохнула, не забыв пожурить заплутавших подруг.
– Извини, Саш, мне нужно побыть одной. Прийти в себя. Или как там, побыть здесь и сейчас, – Кира усмехнулась и проследовала на самый верх белоснежного айсберга, так нелепо контрастирующего с крошечной старинной Венецией.
– Только не забудь надеть шляпу! – успела крикнуть подруга.
Но от шляпы на верхней палубе было мало толка – порывистый ветер срывал все на своем пути. Кира устроилась на корме, наблюдая, как удаляющиеся терракотовые крыши сливаются в единое полотно, расчерченное причудливым узором каналов. Внутри у Киры все сжималось то ли от невероятной красоты Венеции, то ли от грусти последнего дня в Италии, то ли от солнечного удара. Ей настолько хотелось запечатлеть в сердце этот момент, что она снова достала блокнот:
«Прощай, Венеция. Я дышу соленым воздухом, все быстрее удаляясь от тебя. Но мое сердце, наоборот, стучит все медленнее. Спасибо за этот секрет…»
– Извините, можно я присяду рядом? – Кира чуть не выронила за борт ручку, услышав знакомый акцент.
Повернув голову, она увидела рыжеволосого юношу с озорной улыбкой и задиристыми звездочками зеленых глаз.
Ксения Орлова. ACQUA ALTA
Она проснулась от звона колоколов. Каждое ее утро начиналось так – с колоколов Марии Формозы. Церковь находилась совсем рядом, за поворотом канала.
Пора было вставать, сегодня ожидался насыщенный денек. Сначала традиционный для четверга поход на рынок. А затем предстояло поработать над текстом лекции – в марте Венецианскому гетто исполнялось пятьсот лет. Розу, как эксперта, пригласили принять участие в нескольких культурных мероприятиях, посвященных этому печальному юбилею.
Сварив утренний эспрессо, она выглянула в окно. Из него открывался чудесный вид на перекресток каналов. По утрам, как всегда, по воде спешили многочисленные лодочки – развозили товары по магазинам, тратториям, ресторанам. Водители катеров весело махали Розе и приветствовали ее:
– Giorno, синьора.
Роза улыбнулась. Когда-то она была молодой. Стоило только выглянуть в окно, как на канале начиналось столпотворение. Мужчины останавливали катера, поворачивали головы, чтобы лучше ее разглядеть и более щедро поприветствовать:
– Ciao bella, ciao cara!
Кто-то пел арии, кто-то насвистывал красивые мелодии. В конце концов Роза закрывала створки, и поклонники со смехом и криками разъезжались. Все в прошлом, теперь приветствия – просто дань вежливости, но Роза не горюет. У нее были и любовь, и страсть, и поклонники. Всему свое время, а к ней сейчас пришла спокойная старость. Да, иногда становится грустно. Когда ветер бросает капли дождя в оконные ставни, когда темной ночью долго не уснуть, когда подступают воспоминания.
Роза собралась и вышла из квартиры. С собой взяла трость – колено подводило. На площадке женщину ждала неприятность: лестница на первый этаж была до половины затоплена.
– Mamma mia, за что мне это наказание?!
Наводнение, как всегда, оказалось некстати. Обычно звуки сирены заранее предупреждали горожан о приближающейся acqua alta. Жители первых этажей и магазинчиков спешно убирали повыше все, что могли, запирали двери, поднимали железные пороги, хоть немного задерживающие воду.
Что ж, в этот раз Роза сирену не услышала, проспала.
Она вернулась в квартиру, достала удобную резиновую обувь. Ходить в ней Розе непросто, но менять планы она не привыкла. Спустилась по лестнице. Да, вода сегодня и правда высокая, доходит почти до краев сапог. Она знала, если идти очень медленно и аккуратно, ноги останутся сухими.
На улице уже вовсю плавал мусор. Всему виной туристы, гостившие в Венеции. Они не вешали пакеты так, как это делали горожане – на ручки дверей, а просто ставили их вниз на мощеный камнем тротуар.
«И к этому мы привыкли», – подумала Роза и остановилась около лавочки на углу. Там работал ее старый приятель Джованни. Он уже успел убрать наверх все ценные вещи и теперь спокойно наблюдал за картиной происходящего, напевая любимую арию из Травиаты.
– Giorno, Роза! Как твои ноги сегодня? Куда собралась? До Пескерии? Тебе придется нелегко. Сегодня вода особенно высокая!