Светлана Дениз – Знахарка для северного лорда (страница 14)
Суп оказался вкусным, но немного пересоленым, а вот рулетики, стряпчий, наоборот недосолил, зато в глинтвейн навалили столько перца, что свело рот и я пыталась протолкнуть напиток в себя, а как только это получилось сделать, огнем воспламенился живот.
– Лешего мать! – проскрежетала я, вытирая рукавом платья рот, – совсем что ли уже?
Слоулюмы замерли, выпучив большие глаза.
Сначала я подумала, что им не понравилось упоминание лешего, но вдруг все услышали звук со двора.
Громкое рычание и вой, наперевес каким-то странным звукам.
Я вскочила первая, ощутив укол нехорошего предчувствия и бросив деньги за обед на стол, шустро вылетела из теплой таверны, где уставших путников морило в сон от запахов еды и домашней обстановки.
Как выяснилось, предчувствие возникло не на пустом месте.
Во дворе в стойках встали Ульрих и сноулюм. Последний сложил огромные лапы в подобие кулаков и собирался напасть.
Его зубы, мне как-то изначально не понравились. Острые как лезвия, могли спокойно вспороть толстую шкуру животного.
Ульрих вздыбил шерсть. На удивление, испуга от него не чувствовалось. Он выглядел уверенным и готовым первым броситься в атаку.
Это было странно, так как оборотень обычно предпочитал решать конфликты методом убегания, а тут вдруг взбеленился. Даже в глазах появился невиданный ранее гневный блеск.
– Совсем что ли заняться нечем? – рявкнула я, привлекая к себе внимание, – разошлись быстро. А ты что взвился? Это сноулюмы, они безобиднее зайца, – отмахнулась я, стараясь не встречаться взглядом со снежными людьми, которые никак не могли понять с кем их сравнили. – Ну что же, милейшие, спасибо за гостеприимство, мы едем дальше! Обед вкусный, но ваш стряпчий явно влюбился!
Отвадить Ульриха от предстоящей битвы оказалось не так-то просто. Оборотень стоял как зачарованный и озлобленно смотрел на сноулюма. Что с ними случилось никто не понял, но видно точно что-то не поделили.
Выяснять я это не хотела, еще предстояло забраться на какой-то холм, чтобы попасть в замок, поэтому я уселась на напряженного оборотня и хлестнув его ладошкой по щеке, направила животное на объездную дорогу, которая, как раз, вела в правильном направлении.
Пока мы отъезжали, местные жители Нортена, глядели нам в спины и о чем-то думали. Возможно, восхищались столь интересным дуэтом, невиданным ранее в этих местах.
Мне вдруг стало интересно, кто еще населял эти земли? Возможно, кроме снежных людей, тут был кто-то еще, типа карликов с тремя ногами или кентавры. Я слышала, что их было много на юге, но я сама этих товарищей в глаза не видывала, только на картинках.
Ульрих, вроде как, успокоился.
– Что на тебя нашло? Хотели курицу отнять?
Зверь лишь выдал рык, в котором понимания не было.
– Ну ясно, – пожала я плечами, чувствуя, что жутко хочу пить от всех этих солений и перца.
Дорога постепенно стала создавать наклон. Снег скрипел под ногами оборотня, но по крайней мере, не проваливался, был плотным и чуть скользким местами.
Через полчаса пути между высоких отвесных скал, появились очертания замка. Я даже раскрыла рот, так как таких величественных строений мне еще не удавалось лицезреть.
Здание из темно-серого камня казалось опасным и таинственным, а еще и огромным. Высокие своды уходили вверх и будто сливались с потрескавшимися скалами.
Чуть правее виднелся кусок хвойного леса, молчаливый и застывший, навевающий умиротворение и тоску.
При приближении, я разглядела черные кованные решетки на окнах и пугающие статуи птиц, которые намертво застыли с распахнутыми крыльями, словно поглощающими горизонт.
Замок внушал трепет и напряжение.
До мощного строения оставалось всего ничего, как перед нашими с Ульрихом взорами оказался большой вырытый ров. Радовало то, что к воротам вел мост и не нужно было переползать яму и брать замок штурмом.
Архитектурное величие постройки, наполняло трепетом и одновременно завораживало. Вплоть до того момента, как стая огромных ворон не заорала над нами и не стала кружить как ненормальные.
Черные глаза птиц, будто смотрели с намёком на разумность, что заставляло задуматься о чем-то странном. В миг мне почудилось, что я собственноручно, пришла в место жительства колдуна, чтобы предстать перед ним некой добровольной жертвой.
На удивление, ворота распахнулись, стоило нам к ним подойти. Я вздрогнула и Ульрих тоже.
Чувство что надо бежать отсюда без оглядки, отступило. Бежать уже было некуда. Мы вошли внутрь.
Перед входом в замок, имелась небольшая въездная зона, чуть в стороне кучковалось несколько экипажей, огромная конюшня и что-то типа прогнившего за века фонтана, который последний раз включали, наверно лет сотню назад.
Чаша фонтана выглядела убогой, плесневелой и старой. Сверху чаши лежала огромная груда снега, которую никто и не планировал убирать, свыкнувшись с убожеством.
Вообще, входная группа замка, показалось мне настолько неухоженной, что тут же оставила какой-то странный отпечаток.
Что же ждало меня внутри? Полный бардак?
Я слезла с волка, потопталась на месте, глянула на конюшего и нескольких работников и пошла в сторону лестницы, чтобы постучать дверным молотком. Ручка оказалась ледяной и тяжелой. В пору, качать мышцы!
Не успела я прикоснуться к ней, как дверь распахнулась тут же. С натягом, нажимом и оглушительным скрипом.
Передо мной вырос невысокий мужчина. Его важность отражалась на его лице в виде маски горделивой надменности, которую он и не пытался скрыть.
Роскошная шевелюра каштановых волос, выглядела впечатляюще, но почему-то имела выразительный налет пыли, бросающийся в глаза.
Сначала я подумала, что мудрые седины пробиваются наружу, но приглядевшись, удивленно вскинула на мужчину глаза.
Его парадный сюртук черного цвета, в золотую строчку, тоже выглядел старинным. Ну, не таким как вековой замок, все же, помоложе! Я смутилась, но не подала вида. Сдержала порыв, почувствовав пыль. Много пыли от человека и от холла.
– Госпожа Соре, мы ждали вас, прошу!
Глава 5
– Откуда вы узнали, что это я?
Мужчина ухмыльнулся.
– Чутье, опыт, интуиция, – высокопарно заметил мужчина, слегка ухмыльнувшись. – Меня зовут Бертран, я управляющий замком «Воронье гнездо».
– Очень приятно, я Лили Блум Соре, – вспомнила я про манеры и протянув руку управляющему, жадно пожала ее, вдруг ощутив смятение Бертрана.
Бертран дернул уголками губ, будто что-то прошептал, но в итоге лишь кивнул.
– Пройдите в зал. Леди Равель будет с минуту на минуту, а пока мы готовы угостить вас чаем.
Я кивнула, немедля отправившись за ровной и уверенной походкой мужчины.
Пока он шел, я оглядывала темные стены, на которых висели стяги, старинные полотна, с изображениями рыцарей и миниатюрные пуфики бордового цвета, которые распихали по углам, видимо служившие для отдыха тех, кто устал от экскурсии по замку.
Зал, в который меня пригласили, казался невероятно большим и просторным.
Огромные окна, в которых пробивался дневной свет, наполняли помещение живым освещением, но все равно, черные углы пространства словно хоронились в темноте.
Я сразу же увидела камин. Он казался королем во всем убранстве, даже не смотря на то что стены украшала лепнина, выкрашенная сусальным золотом, местами сильно облупившаяся, но все равно напоминающая о той изысканности, которая когда-то наполняла это место.
Темно-фиолетовые бархатные стулья на крученых ножках, сочетались с софой и креслами, которые поставили с двух сторон от камина. Поленья лежали сложенными с одной стороны бесхозной горой, пока сама черная пасть камина оставалось пустой, словно декоративной, хотя в зале было зябко, а с учетом что я, итак, замерзла, ноги в ботинках на двое носок сжались, ощущала я себя некомфортно. Вся надежда была на горячий чай и хваленое гостеприимство, а не позерство этого Бертрана.
Усевшись на софу, я взглянула в наполовину занавешенное окно.
Оказывается, возле замка имелся парк или сад с расчищенными от снега дорожками. Вдали я разглядела пушистые голубые ели и удивительной по красоте альмарийские клены с маленькими листочками. Огненно-красные, яркие, они невероятно констатировали с белоснежной пеленой и казались волшебными еще и от того, что в этом холоде умудрялись не опадать.
Огромное полотно портрета над входом в этот зал для встречи гостей, заставляло задумчиво застыть.
Старинное древнее изображение являло миру мужской лик какого-то сурового старика с кустистыми седыми бровями, полусумасшедшим взглядом и сомкнутыми губами. Наряженный в роскошный сюртук, мужчина был изображен с таким лицом, будто его приговорили быть натурщиком.
В общем, портрет мне не понравился, даже разозлил. Захотелось накинуть на него занавесь и не видеть, посему, я отвернулась.
Через пару минут, я услышала шаги, немного разочарованная замком, но все еще оставалась надежда, что тут были роскошные места, от которых я могла быть в восторге.
В поле моего зрения оказалась прислужница с подносом, чем вызвала некую потаенную радость в груди. Наконец-то я могла перекусить!
Очень худая девушка в сером платье ниже колен и белом переднике, походила на моль, влетевшую в старинный обитель. Ее светлые волосы, заплетенные в косу, как и лицо, выражали лишь уныние.