Светлана Дениз – Вивьен, сплошное недоразумение (страница 4)

За что мне дали в путь этих попутчиков? В чем же я провинилась?

Причитать было некогда. Я даже проявила бесстрашие и подлезла к животному, посмотревшему на меня из-под засыпанных бровных дуг как на мелкую вошь, мешающему ему пережидать непогоду.

– Давай, пора двигаться, бес тебя дери!

Все было бесполезным. Дурон накинул на себя шкуру и устало улыбнувшись мне, прикрыл глаза, будто смирился с кончиной.

Это было ужасно!

Понимая, что ничего не добьюсь, только израсходую силы, я кое-как взобралась в сани, ударившись коленом и укрылась шкурой, чувствуя, как ноет нога.

Время будто играло злую шутку, такую же, как и пурга. Ничего не хотело двигаться. Дрожа от холода как лист на ветру, я уже практически смирилась с быстрой кончиной, как ощутила шевеление. Я сначала подумала, что сознание со мной решило сыграть злую шутку, но нет, мы действительно ехали.

Снег перестал валить как ненормальный, уйдя на запад. Дурон спокойно шлепнул вожжами зверя, который, минуя сугробы своими огромными лапами, увеличил темп.

Начинало смеркаться. В мерзлых землях это было нормальным явлением. Сувар прятался как ненормальный после четырех часов дня, дабы покинуть эти места как можно быстрее.

Я даже помыслить боялась, что драген решит снова передохнуть, переждать пургу или прилечь поспать. С таким темпом, я точно не доберусь до обожаемого деда, отправившего меня на погибель.

В полной темноте, спустя тройку часов, показавшейся вечностью, мы добрались до пограничья между землями.

Ветер стих, но было очень влажно и от этого казалось, что еще холоднее.

Дурон махнув мне рукой, распрощался, отправившись в сторожку для ночевки, пока я как ненормальная искала возницу, готового отвезти меня в Вандей.

Такой нашелся, но за увеличенную плату, потому что был поздний час.

Мне было все равно, я оплатила нужное количество лари и привязав сундук к экипажу, скрипящему рессорами, на негнущихся замерзших ногах залезла внутрь.

Спасибо умудренному опытом вознице, он положил внутрь пару горячих кирпичей, чтобы я смогла обогреться.

Жаль, не тепловых кристаллов, но и на том спасибо!

Я дрожала, не в силах унять холод, сковавший меня колкими иглами и устало потерев лицо, облокотилась на спинку прикрыла глаза, представляя как высказываю все недовольство господину Гордону, отправившему меня на смерть. Дед был невозмутимым до корней своих густых голубых волос, в которых серебрилась местами седина.

Хорошо же, отнеслись к главной и, по сути, единственной наследнице.

Андромеда, его дочь, у которой была два малолетних отпрыска, были не в счет. Гордон никогда не брал их в серьез, считая, что его распутное чадо, родила на свет созданий, явно нагулянных на стороне, а не от супруга. Один был темноволосым, а другая рыжей. Андромеда уверяла, что ее младшая дочь копия Ады, представительницы рода в пятом поколении. Та была похожа на осеннюю листву. По крайней мере, такой образ изображал выцветший от времени портрет.

Спустя пару часов, то ли дремы, то ли забытья, я наконец, оказалась в Вандее, где мне снова пришлось встретиться с не самыми ласковыми условиями.

Лил дождь. Я прибыла поздно, посему, ни на какой дирижабль уже не успела. Да и не была уверена, что в грозу, что-то полетит. Только если какой-нибудь ненормальный капитан.

Попросив возницу довести меня до приличного постоялого двора, я уже думала лишь о том, чтобы лечь в постель.

Тело ломило и хотелось просто покоя, но не тут-то было!

Стоило дилижансу остановиться и мне выйти в проливной дождь, как меня тут же окатил другой пронесшийся как ненормальный экипаж.

Я просто закрыла глаза, смахивая с щек грязь. Мое терпение было на исходе.

Глава 2

Старающиеся не смотреть на меня носильщики внесли мой мокрый сундук внутрь уютного небольшого холла, в котором я уловила ароматы остатков еды и сделав самый непринужденный вид, подошла к стойке, где на меня воззрилась женщина с темными как пуговицы глазами.

– Мне нужна комната, вечер добрый.

Смахнув грязную прядь волос с лица, я аккуратно положила на стойку окоченевшие кисти рук.

– И ужин, и помыться, – добавила вдогонку, пока женщина рассматривала меня как недоразумение, свалившиеся на ее плечи. Это она еще не видела, как я натоптала грязными ногами и с плаща налилась лужа. Кстати, тулуп и унты пришлось отдать Дурону, так как эта была собственность дядьки и с такими важными вещами он не пожелал расстаться, а я хоть и окоченела, но отдала, так как не совсем желала оставлять эти вещи на память.

Больше никогда я не попрусь в этот ад, лучше сгину где-нибудь!

– Есть одна, маленькая.

– Мне без разницы размер, леди. Мне переждать ночь, и я двинусь в путь.

– Сто лари.

Хозяйка улыбнулась так нежно, будто растеклась патокой.

– Сколько? – мое возмущение граничило с помешательством. Они что, с ума тут посходили или мое отсутствие привело к каким-то изменениям, про которые я ничего не знала?

– Так ведь, бюджетный дефицит, – пожала женщина плечами.

– С чего ему вдруг взяться? С королем Агларом, наоборот все цветет и пахнет.

Я вздохнула, так как хозяйка как воды в рот набрала. Надулась.

Не став пререкаться, я сунула ей деньги и застыла, ожидая ключ.

– Отдельно ужин и вода, чтобы помыться. Еще пятьдесят лари.

Дрожа от гнева, усталости и наглости, я отсыпала даме нужную сумму.

Взметнув полами бархатного наряда, выглядевшего нарядно, но потертого от времени, женщина поднялась и с осанкой, которой можно было позавидовать направилась к лестнице.

Я поторопилась следом, а за ней носильщики моего сундука, который никак не хотел заходить в узкую арку, но все же прошел.

Мы шли по длинному коридору, стены которого украшали шелковые обои в мелкий василек, пока не уперлись в дверь.

– Как я уже сказала, комната маленькая и простая. Перед вами, хорошие покои занял господин. Вот там и правда уютно и воздуха много.

Я ступила на потертый до дыр ковер, бегло оглядев ночное пристанище.

Язык не поворачивался назвать его убогим.

– Белье застелили чистое. Сейчас принесут трапезу. Чем желаете угоститься? Горячий сбитень с пряностями? Кава? Взвар?

– Первое.

Я скинула на скособоченный стул плащ и отступила в сторону, так как носильщики протащили мой сундук и полностью перекрыли вход.

Теперь мне приходилось перешагивать, чтобы открыть дверь или сходить в отхожее место. Ну, или как крайний вариант перекатываться через узкую кровать, украшенную покрывалом из голубого люрекса.

– Меня зовут Бруклия. Я к вашим услугам.

Хозяйка удалилась, оставив меня в одиночестве в комнате, похожей на подсобку, освещенную кристаллами скудного голубого цвета.

За окном громыхнуло. Молния разрезала небо, вспышкой напугав до чертиков.

Усевшись на жесткий матрас, я ошалело смотрела на темно-синие стены, в ожидании еды и воды.

Воду принесли быстро и залили в купель, оказавшуюся маленькой и неудобной. В ней можно было сидеть скрючившейся в несколько раз.

Бруклия выдала мне несколько согревающих кристаллов и оставив трапезу под крышкой удалилась.

Сбитень оказался сносным, главное горячим, моментально обогрев внутренности. Пряные нотки специй, дали чувство успокоения, как и неплохая еда. Отварной, а потом обжаренный картофель, куриный рулет под грибной подливой, я слопала в один миг. Даже убранство убогих покоев, стало выглядеть вполне себе сносным. Я была в тепле, накормленная и не в землях вечной мерзлоты.

Искупавшись в горячей воде, я провалилась в сон, накрывшись всем чем только можно и кристалл под ноги положила для согрева. Усталость меня сморила моментально, что я не заметила, как наступило утро.

Испытывая недосып и плохое настроение, я торопилась продолжить дорогу до дома.

Дирижабль должен был отправляться в полдень, и я планировала на него успеть. Перекусив принесенным омлетом и кавой, я оставила свое временное пристанище, чувствуя воодушевление от мысли, что скоро окажусь в родных землях.

Подойдя к стойке, где мельтешило несколько людей, я прорвалась сквозь галдящую толпу, чтобы отдать ключ.

– Возьмите леди и спасибо за гостеприимство, – бросила я с дежурной улыбкой.