Светлана Бурилова – Если Ты Будешь Рядом... (СИ) (страница 20)

Смущённо вырвалась из крепких объятий, глянула вслед голосам и увидела лишь мелькнувшие спины гномов. Это они что, уже видели нас в таком состоянии? Кошмар!

Посмотрела на Каййерина, тот продолжал довольно лыбиться.

— Ладно, показывай своё сокровище.

Я тут же вспомнила, чем до прихода дракона занималась и снова протянула ему находку. Каййерин взял камешек далеко не маленький, повертел его и так, и этак, потом поднял на меня вновь удивлённый взгляд.

— Это, малышка, 'драконий глаз' — очень редкая драгоценность, на которую охотятся с давних времён. За всё время было найдено лишь чуть больше десятка подобных камней. Но такого размера и чистоты цвета вряд ли кто находил, — пояснил Каййерин.

— Значит, он очень дорогой?

— Не просто дорогой, он бесценен. Такие камни украшают венцы повелителей.

— Ух, ты! Ай, да я!

— Идём, добытчица, — рассмеялся дракон, — покажем всем находку.

А мне и похвастаться хотелось, и вернуться к работе. Не думала, что мне когда-нибудь понравиться махать киркой.

И тут мой взгляд упал на эту самую кирку, валяющуюся в стороне. Это как же я тогда камешек-то свой отковыряла? Глянула вопросительно на Каййерина, дожидавшегося, когда до меня дойдёт какая-то мысль. Но мыслей умных вообще не было.

— А как я?..

— Хм, совсем-совсем не помнишь? М-да. Лаинне, когти у драконов очень прочные и острые…

— Это я когтями? Но как?

— А ты у меня, оказывается, очень интересный дракончик, который совсем скоро взлетит.

— Что, правда?

— Правда. И я этому безумно рад.

Глава 9

Гномы долго охали и ахали, как и девчонки, завистливо поглядывающие на мою добычу. Самый бородатый из гномов даже посмеялся, что у меня в роду и его народ отметился, раз у меня такая чуйка на сокровища, хотя все драконы к драгоценностям неравнодушны.

После обеда этот самый гном пошёл понаблюдать за моей работой. А я снова долго ходила вдоль своего участка и присматривалась к породе. Гиранир, а именно так звали гнома, пытался подсказать, где искать, но и мне и драконице внутри предложенные варианты не нравились.

И вдруг глаз зацепился за едва заметную трещинку в породе. Постояла, склоняя голову то к одному, то к другому плечу. Гиранир застыл рядом, но, видимо, ничего не заметив, пошёл вправо. Хм, и тяга к трещинке вдруг тоже стала исчезать, интересно…

Попросила гнома подойти ко мне. И, едва он стал приближаться, тяга вернулась. Рассказала о странном чувстве Гираниру, он потрепал немного бороду, хмыкнул и подошёл к самой трещинке. Я тут же оказалась рядом, и мы дружно заработали кирками.

Руки болели жутко с непривычки, но желание откопать сокровище было сильнее, и вскоре, я, снова откинув кирку, заработала когтями.

На этот раз я их внимательно рассмотрела, прежде чем пустить в дело. Красотища! Словно радугой на них плеснули! Гиранир тоже на мои красотулечки полюбовался. И мы с удвоенными усилиями принялись за дело.

Спустя получаса, гном был в шоке, едва мы добыли камень. Застыл, как соляной столп, и на камешек глазами хлопает и держит так, словно боится, что сокровище вдруг исчезнет. Я тоже на камешек смотрела. Красивый, конечно, но мне больше 'драконий глаз' понравился. Попробовала дозваться гнома, но он всё стоял и молчал.

Сбегала за его товарищами. Вот только теперь вместо одного перед камешком застыла композиция из четырёх гномов. Не поняла?!

Пришлось звать Каййенира, находившегося в самой дальней части разработок с одним из друзей. Они весело что-то обсуждали и не сразу обратили внимание на моё присутствие. Я кое-как пояснила ситуацию, и мы дружной толпой понеслись к моему участку.

Гномы всё ещё стояли и пялились на находку.

— Ну, и что с ними? — спросила я.

— М-да, ты оказался прав, Кай, твоя пара необычная. За один день два священных камня: один — 'драконий глаз', второй — 'гномье сердце', - ответил второй дракон, глядя исключительно на Каййерина.

Тот же в свою очередь обожающе смотрел на меня.

— Мне очень повезло, — сказал Каййерин. — МОЯ девочка — особенная. И помни, Наирр, она МОЯ.

— Да я не посягаю, успокойся, — хмыкнул дракон. — Давай в чувство эти скульптуры приводить.

Он похлопал Гиранира по плечу. И тот, как несколько ранее я, судорожно сжал сокровище, боясь, что его отнимут, и мутными глазками посмотрел на Наирра. Через пару ударов сердца, взгляд просветлел, гном бросился ко мне, прося продать ему мою вторую добычу за любые деньги. Ведь по правилам добычи, камушек-то принадлежал мне.

Видя в глазах Гиранира безумную надежду, без сожалений взяла и просто подарила ему камень. А потом, стесняясь и прижимаясь к Каййерину, принимала нескончаемые слова благодарности от всех гномов сразу.

Ну, подумаешь, камушек, я себе ещё добуду.

Но до конца дня больше ничего интересного не нашла, а потому отправилась отдыхать к остальным ребятам. Не многим из них удалось добыть что-то стоящее, но все были рады и тому, что нашли. Вечер перед сном прошёл весело, гномы побаловали нас шашлычком, добытым одним из драконов, слетавшим за добычей в горную долину.

Каййерин снова сидел рядом, подкладывая мне всё новые кусочки мяса. А моё настроение настолько зашкаливало, что я была готова, буквально есть с его рук. И почему-то активно принюхивалась к дракону. Казалось, от него настолько вкусно пахнет, что невозможно удержаться, чтобы не быть к нему ближе и вдыхать аромат, исходящий от него.

Сам Каййерин посматривал на меня с каким-то азартом, блестевшим то и дело в глазах, и тоже, казалось, постоянно принюхивался. Мужская драконья часть нашей кампании понимающе усмехалась, глядя на нас, а девушки лишь смущённо отводили глаза.

— А ты покажешь мне своего дракона? — неожиданно для самой себя попросила я.

Мужчины закашлялись, а сам Каййерин, широко раздувая ноздри, хищно посмотрел на мои губы. И чего это я брякнула? Не понимаю.

— Обязательно покажу, — хрипло ответил Каййерин. — Чуть позже… наедине…

Ребята заржали. Я недоумённо посмотрела по сторонам, затем сцапала за руку Аннаиш и, под предлогом, что нам надо отойти по нужде, утащила подружку в ближайшее ответвление пещеры, потребовав пояснить, почему все так странно отреагировали на мои слова.

Аннаиш ржала долго, не понимая, как я не знаю таких простых вещей. А когда всё же пояснила… Это я что же попросила дракона показать его мужское достоинство, да ещё и при всех?! Стыдобище! И как я теперь вернусь ко всем, когда щёки пылают, как маков цвет. А ещё этот дракон! Мог бы намекнуть, чтобы язык за зубами держала и глупостей не молола…

А потому, вернувшись, выдала:

— А я тебе свою драконицу не покажу!

Грянул дружный ржач, и я вдруг поняла, что опять НЕ ТО брякнула.

Надувшись, как мышь на крупу, быстро ушла к месту ночёвки, не дожидаясь девчонок.

Только вот к утру проснулась опять в объятьях Каййерина. Стала молча выпутываться из его объятий.

— Всё ещё дуешься? — шепнул хриплым после сна голосом дракон.

— Больно надо! В конце концов, отпусти уже меня!

Меня неожиданно кувыркнули и нависли сверху.

— Ни один дракон не выпустит из лап своё сокровище! А я тебя и подавно!

— Пусти, мне надо… — пискнула, чувствуя, как горячее тело Каййерина всё больше вдавливалось в моё.

— Хорошо, но с одним условием… — губы дракона практически касаясь моего ушка, шептали сё жарче.

— Да?

— Ты пообещаешь мне показать свою… драконицу…

Я задохнулась от возмущения и хотела было, кое-что высказать этому нахалу, но губы уже пленили, облизывая и прикусывая, вызывая дрожь по всему телу и пожар внутри него.

— Расти скорее, маленькая, нет сил, терпеть…

Вот и как после такого заснёшь?!

***

В последующие два дня мы находили камни различной ценности, но 'особых' больше не было. Гномы всё время посматривали вопросительно в мою сторону, но на этот раз моё драконье чутьё молчало.

Последнюю ночёвку нам организовали снова у озера с источником. Вечер был насыщен смехом и весёлыми историями гномов. Хохотали беспрестанно, так, что животы болели.

В какой-то момент, незаметно для всех, меня вытащили из общего круга и потянули в самый дальний край пещеры, где быстренько стали избавлять от одежды. Все мои писки и возмущения гасили драконьи губы. В итоге, совершенно обнажённую, меня затащили в воду и начали ласково обмывать тело. От жадных до ласки рук не возможно было укрыться, Каййерин словно бы изучал каждую клеточку, каждый потаённый уголок, путешествуя сначала руками, а потом и губами.

Да что же он творит?! Мамочка моя, да я ж сейчас… Оммммм…