Светлана Бриса – Любовь и театр (страница 8)

Та равнодушно пожала плечами, пытаясь скрыть радость от того, что именно ей предстоит играть с Лоренцо.

– Конечно, все мелкие актрисишки об этом мечтают… – зло продолжила Нина. – Но все же хочу тебя предупредить. – Прима остановилась и вперилась взглядом в соперницу: – Это мой мужчина! Не пытайся его соблазнить!

– Ха! – издала нервный смешок Людмила. – Прекрати, Нина. Лоренцо не мальчик. Он сам, кого угодно соблазнит. И ты это прекрасно знаешь. Разберитесь лучше в чувствах друг друга.

– Не дерзи мне, девочка! – прошипела Нина.

– А ты не угрожай. В этом театре художественный руководитель, Алевтина Михайловна, как она решила, так и будет. Пожалуйста, не злись, Нина, – добавила она мягче. – Я не виновата. Это решение худрука.

Нина фыркнула и удалилась.

Людмила заметила Юлиану и, улыбаясь, спустилась к ней в зрительный зал.

– Представляешь, Юляш, мне дали главную роль. Я в восторге!

Юлиана с улыбкой погладила девушку по плечу.

– Я очень за тебя рада. У тебя замечательно получится сыграть Элеонору.

– Спасибо за поддержку. Вот только Нина теперь начнёт доставать меня своими претензиями.

– Почему?

– Как? Ты разве не знаешь? Лоренцо её парень, ну, по крайней мере, был им до того, как уехал в отпуск. В этом сезоне она играла с ним все главные роли, а теперь буду играть я.

Людмила гордо вздёрнула очаровательный носик.

– Ну насколько я поняла, – пытаясь разобраться в интриге, произнесла Юлиана. – Она играет жену генерала, а это значит, что любовная линия у них все равно будет.

– Будет. Но в финале-то он будет со мной, – с энтузиазмом воскликнула Люся.

– Не понимаю, что такого в этом Лоренцо, что все мечтают играть только с ним? – расправляя юбку на коленях, поинтересовалась Юлиана.

– И не только играть, – весело захихикала Людмила. – Многие актрисы в нашем театре не прочь завязать с ним роман.

Юлиана равнодушно пожала плечами и встала с кресла, собираясь уходить:

– Неужели всем хочется быть очередной его подружкой? А как же глубокие чувства, привязанность, любовь?

Людмила удивлённо посмотрела на собеседницу:

– Такие мужчины, как Макс, могут разжечь любовь с первого взгляда.

– Возможно. Но лично я сомневаюсь, что они разжигают настоящее чувство.

Тон девушки был такой равнодушный и абсолютно незаинтересованный, что Людмила опешила.

– Да ты просто не знаешь его! Макс обаятельный, страстный, харизматичный мужчина. Одним словом – мечта!

Актриса сладострастно закатила глаза.

– Мечта? А вот в этом я сильно сомневаюсь, – парировала Юлиана и весело рассмеялась.

– Говорю тебе, Макс – мужчина мечты! – не унималась Люда.

– Каждому своё, – философски закончила разговор Юлиана, собираясь покинуть зрительный зал. – Я, конечно, совсем его не знаю… Но мне бы хотелось, чтобы мой мужчина любил только меня, а не волочился за каждой юбкой.

Люся расхохоталась, грациозно откинувшись на спинку кресла.

– Лоренцо, точно не твой тип мужчины. Вы слишком разные, как два полюса земли. – Она поднялась вслед за Юлианой. – Ладно, побегу домой.

– Всего хорошего.

Девушки расцеловались в щеки, и Люда упорхнула. А Юлиана отправилась в костюмерную, по дороге размышляя над словами коллеги.

«Неужели действительно можно обладать таким обаянием, какое есть у Лоренцо? Быть может, он просто прекрасный актёр и может сыграть любые чувства?»

В костюмерной девушка повстречала Кирилла. Увидев Юлиану, молодой человек обрадовался и нежно обнял её:

– Прогуляемся перед сном?

– Конечно. Я закончила работу, так что можем идти прямо сейчас.

– Замечательно.

И они вместе покинули театр.

Глава 9

В кабинете худрука было темно. Алевтина Михайловна уверенным шагом проследовала к столу, умышленно не включая свет. Зажгла лампу. В комнате сразу стало уютно, по-домашнему. Женщина присела в кожаное кресло руководителя, а Лоренцо разместился напротив неё.

– Есть какие-то новости о моих родителях, Алевтина Михайловна? – поинтересовался Макс, лениво разглядывая тени на стене.

Она внимательно посмотрела на мужчину, нервно теребя угол шали.

С минуту размышляла, затем произнесла:

– Хочу показать тебе кое-что.

Алевтина Михайловна поднялась и подошла к большому, старинному шкафу, со стеклянными дверцами и резными металлическими ручками, цвета тёмной меди. Достала ключ из сумочки, которую постоянно носила на поясе и отворила дверцу. Немного покопавшись в недрах шкафа, она достала оттуда шкатулку.

Это была достаточно большая деревянная коробочка для дамских штучек. Рисунок на ней изображал двух лебедей, склонивших голову навстречу друг другу. В этом незамысловатом сюжете прослеживалась тайная задумка художника – любовь и преданность. Шкатулка выглядела достаточно потрёпанной, местами лак немного потрескался. Но Алевтина Михайловна очень любила эту драгоценную для неё вещицу.

Шкатулка сразу приковала к себе взгляд Максима. Он нервно ожидал, что же будет дальше.

Алевтина Михайловна открыла музыкальную коробочку и оттуда раздалась тихая, но красивая мелодия.

– Эта шкатулка – мой подарок от дорогого мне человека. А вот это – твои детские памятные вещи.

Она стала по очереди вытаскивать из коробочки маленькие предметы.

– Это серебряная ложка, на твой первый зубик. Вот этот кулон был подарен тебе на крестины. А это – твоя любимая мягкая игрушка…

Она показала ему маленького плюшевого мишутку, потрёпанного и местами потёртого. Было видно, что его часто использовали по назначению.

– А это твои детские фотографии.

Она протянула ему стопку пожелтевших от времени бумажек.

Максим осторожно взял их и молча принялся разглядывать. Его сердце глухо стучало в груди. Мужчина искал на этих помутневших снимках своих родителей, но тщетно. Там был только маленький мальчик с большими глазами и пушистыми ресницами.

– А это… – продолжила Алевтина Михайловна. – Твои волосики. Первый раз тебя подстригли ровно в год. Это была традиция советского времени.

Максим поднял глаза и с подозрением посмотрел на женщину:

– Откуда у вас всё это? Вы же говорили, что меня привели в театр, когда мне было три года.

– Женщина, которая сопровождала тебя, передала мне все эти вещи. Я собрала их, чтобы оставить на память.

– А почему вы раньше не показывали мне шкатулку?

Алевтина Михайловна грустно улыбнулась:

– Я её потеряла. Потеряла, когда мы переезжали из Москвы в этот город. Мне понадобилось несколько лет, чтобы найти пропажу. Хорошо ещё, что она была заперта. Секрет этой шкатулки разгадать непросто.

– Почему моих родителей нет на фотографиях?

Алевтина Михайловна пожала плечами: