Светлана Белоусова – Записки плохого мальчика (страница 4)

– Хорошо. – Евангелина сгребла уже расставленные контейнеры со стола обратно в пакет, потом подошла к мусорному ведру, связала ручки, завернула крепко, и выбросила все, что было куплено за ее, кровные денежки.

– Радикально…

Она молча пожал плечами, а затем вернулась к столу.

– Можем приступать к работе, Антон Львович?

– Да уж не знаю… Тебя не было два часа. Половина рабочего дня прошла. Давай, знаешь, что? Сходи в творческий отдел. Это другой, соседний. Понимаешь? Наш – отдел по работе с клиентами, а тебе нужен творческий. Разыщи Костика и возьми материалы по мебельной фабрике. Он поймет. Ок?

– Отлично! Конечно! Уже бегу.

Девица сразу взбодрилась и расслабилась, решив, будто ей правда дали настоящее поручение, связанное с рабочим процессом. Угу. Конечно.

Она выскочила из кабинета, исчезнув за закрытой дверью. Я откинулся на спинку кресла, потянулся, довольно улыбаясь. Пока эта терпеливая сова ищет человека, которого не существует, метнусь-ка в зал. Сегодня тренировка по расписанию. Для остальных, типа, уеду на встречу с потенциальным клиентом.

Я выбрался из-за стола, максимально неприметно проскочил по коридору к лифту, спустился вниз и довольный жизнью покинул офисное здание.

Зал находился неподалеку, но я все равно поехал на машине. Не охота ноги бить. Постоял, потрындел с пацанами. Потом два часа хорошей нагрузки на спину. Опять потрындел. Куда торопиться то? Телефон молчал, значит, никто не ищет. К тому же, являясь начальником отдела по работе с клиентами, я могу на самом деле в любой момент сорваться, уехать на важную встречу. Это один из плюсов моей работы и моей должности. Поди докажи, где был. Сильно не наглею, конечно, терпение у генерального не бесконечное, но пользуюсь при каждом удобном случае.

В офис вернулся уже после обеда. В теле присутствовала приятная усталость. Так всегда бывает после хорошей тренировки. Осталось продержаться пару часов и можно валить совсем.

– Вернулись?

Открыл дверь в свой кабинет, думая о личном, а, соответственно, не глядя вокруг. Честно говоря, вспоминал Анастасию Николаевну. На следующий день назначена наша встреча и хотелось этого весьма сильно. Всё-таки очень она хороша. Поэтому вопрос застал меня врасплох. Тем более, прозвучал он из кабинета, а не вне его. Стажерка сидела на диванчике, расположенном в углу, чинно сложив руки на коленях.

– О, Господи… А я и забыл про тебя. Напугала. Осторожнее надо быть.

Прошел внутрь, а потом плюхнулся на свое законное место, вытянув ноги.

– Как дела?

– Спасибо, Антон Львович. Все хорошо. Искала Костика, как Вы и велели. Всего в этом здании их оказалось пять. Я, конечно, начала с творческого отдела, но меня заверили, будто это какая-то ошибка и человека с подобным именем у них нет. Но так как Вы точно ошибиться не могли, на всякий случай проверила всех Константинов, существующих на шестнадцати этажах. Ни один из них к рекламному агентству отношения не имеет. Затем снова вернулась в тот отдел, куда Вы изначально отправили. Пошла от обратного и стала выяснять, кто занимается мебельной фабрикой. Нашла троих. Художник, верстальщик, креативщик. На всякий случай отчёт спросила со всех, в том числе в документальном виде. Правда, ни одного из них не зовут Константином. Игорь, Иван и Сергей. Но, думаю, это мелочи. Скорее всего, будучи человеком занятым, Вы просто неправильно сказали имя. Хотя… Нет. Наверное, я неправильно его услышала. Бумаги на столе. Можете изучить.

Я посмотрел перед собой. Рядом с ноутом и правда лежала стопочка с отчетами по работе проекта.

Был ли я изумлен? Да я охренел! И главное, не мог сообразить, она издевается или все это серьезно? Однако, как бы то ни было, девица реально выполнила мое задание. Притащила, конечно, много лишнего, но среди этого хлама была и та самая, нужная информация. Я с подозрением уставился на Евангелину. Даже глаза прищурил, старательно разглядывая издевку.

Однако стажерка сидела с ровной, прямой спиной. Выражение ее лица было совершенно невинным и полным желания трудиться на благо своего временного начальства.

– Мммм… Гелик, напомни, пожалуйста, я сказал взять отчёт по мебельной фабрике?

– Да! – Она ответила уверенно, но под моим взглядом немного растерялась, понимая, сейчас что-то будет.

– Слушай, как нам работать, не представляю. Ты не только неправильно услышала имя, но и совершенно ошибочно восприняла остальную информацию. Я говорил о кондитерской фабрике. Понимаешь? Кондитерской! Ну, как? Как можно было спутать мебель и конфеты? Отвратительно.

Стажерка медленно прикрыла глаза. Такое чувство, что один только мой вид приносил ей физическую боль. Ну… Давай. Давай!

– Простите, Антон Львович. Впредь я буду внимательнее. Могу списать свое крайне непрофессиональное поведение лишь на волнение первого дня. Я исправлюсь.

Тьфу ты! Твою ж мать! Она из камня, что ли?!

– Хорошо. На этот раз прощаю. Но ты давай, бери себя в руки. На сегодня все. Иди домой. Как раз подумаешь о степени своего профессионализма.

Евангелина послушно поднялась и направилась к двери. Прикрыла ее максимально осторожно. Хотя, чувствовалось, что есть в стажерке огромное желание хлопнуть со всей силы. Желательно, по моей голове.

Оставшееся время я провел, рассматривая фоточки симпатичных барышень. Приближался вечер и мне нужно было его чем-то занять. Поэтому выбирал ту, которой сегодня повезет.

Дальнейшее расписывать подробно не буду. Пока что. Не настолько мы хорошо знакомы с Анастасией Николаевной, чтоб читать эти подробности вместе. Но… гарантирую, что в следующих записях обязательно углублюсь в данную тему.

Глава четвертая

Сегодняшний день я ждал. Честно. Не терпелось встретиться с Анастасией Николаевной. Она назначила сеанс на вечер, и до этого вечера ещё нужно было дожить. Ненавижу ждать. Хочется все сразу прямо сейчас. Процесс охоты, конечно, дело увлекательное, но не так, как это видят женщины. В их представлении любая сексуально-желанная цель для мужчины – трепетная лань, которую он, настоящий хищник и самец, будет гнать до последнего, пока, соответственно, не догонит. Затем, как в кино, объятия, поцелуи и занятие любовью под романтическую музыку в красивом антураже. Кстати, «занятие любовью». Что за идиотская фраза? Любовь – это эфемерное чувство. Эмоция. Как ей можно заниматься?

Ну, так вот, открою секрет. Гоняться за ланью, иногда, кстати, даже совсем не трепетной, и часто даже более похожей на лося, интересно. Но до определенного предела. Мы, мужчины, немного ленивы. Бегать, если что, в какой-то момент надоедает. И сколь бы желанной не была цель, не стоит забывать, недалеко бродят совершенно спокойные, уравновешенные косули, и они исключительно не прочь заменить слишком амбициозных стерв, которым постоянно нужно доказывать свое желание. Вот тут не нужно говорить, будто настоящий бриллиант никогда не сравнится с камнями подешевле. Сравнится. Потому что, по сути, все у всех одинаковое. Ни одна не удивила чем-то необыкновенным. Так что в процессе своих завлекательных игр трепетная лань должна понимать, можно вообще остаться ни с чем.

Однако, пока что, Анастасия Николаевна была мне интересна. Процесс только начался и, да, азарт заставлял желать ее с удвоенной силой.

Правда, до нашей вечерней встречи оставался ещё целый день.

Проснулся я как обычно. Не торопясь, выбрался из постели. Гостью, которая была у меня вечером, выпроводил сразу же, как только закончили, ещё в полночь. Не позволяю им оставаться до утра. Спать вместе с кем-то… Не знаю. Это нечто личное. Все остальное – чисто секс и удовольствие. Некоторые, правда, пытаются хитрить, разыскивая причины, чтоб остаться. Но это бесполезно. Такси, поцелуй в щеку и все. Прощай. Редко бывает, до свидания. Не люблю повторятся. Рацион должен быть разнообразным.

Пока шатался по квартире, варил кофе, исключительно зерновой и без сахара, совершенно забыл о том, что в офисе на мне теперь ещё одно пионерское задание. Точнее, даже не столько забыл, сколько был уверен, стажерка не придет. Да, вчера она все вытерпела, но, возможно, лишь по причине нежелания устроить истерику прямо там, на моих глазах, в кабинете. Сто процентов сегодня утром встала, прикинула мужское достоинство к носу…хотя, о чем я. Откуда ей такое счастье? Подумала, в общем. Оценила ситуацию и решила, что работа под началом Антона Львовича ей не по зубам. Поэтому, никуда и не торопился.

Постоял под душем, кайфуя от теплой воды. Позавтракал. Достаточно долго выбирал, что лучше всего подойдёт к темной рубашке. Темные же штаны или серые джинсы. Остановился на первом варианте.

Короче, в офис я попал около одиннадцати. Естественно, сыграл закон подлости. Только вошёл в здание, тут же нарвался на генерального. Он двигался от лифта в мою, как раз, сторону. Засада, однако. И не спрячешься. Холл огромный, просторный, ни одного завалящего фикуса нет, чтоб за него притулиться. Или хоть бы какая колона. Ни черта. Маячу на пути шефа, прямо, как бельмо на глазу.

– Лукьянов! – У него аж лицо озарилось счастьем при виде меня. Ну, конечно, такая чудесная возможность нагнуть Антошу за опоздание. Хоть бы премию не урезал. Козел, блин.

– Я! Слушаю, Николай Андреевич!

– Чё за хрень?

– Николай Андреевич, я… – Договорить не успел. Шеф вдруг порывисто обнял меня, прижимая к своей начальственной груди.