Светлана Белоусова – Детка. Навсегда... (страница 16)

Все вещи Анжеллы благоухали так, будто носились мной. Что за бред... Похожа на меня, пахнет, как я. Причем, духи, мягко говоря, не дешевые. Сколько бы не зарабатывала святая женщина, исполняя песенки в кабаке, но потратить такую сумму денег... Не знаю. Странно все это. Очень странно. Прошла мимо книжных полок. Чего тут только не было. Классики стояли рядом с современными, далеко не лучшими писаками. Очевидно, принадлежат хозяину квартиры. Вряд-ли Анжелла приехала с библиотекой. Внимание привлёк один из томиков Блока, слегка выступающий из общего ряда, буквально на миллиметр. Соответственно, недавно его брали, а потом поставили на место.

Я потянула книгу на себя. Среди страниц торчал краешек бумаги.

"Если ты читаешь это письмо, значит я мертва. Ты убил меня. Я знала, что это неминуемо. Не тот ты человек, просто так не отпустишь и не оставишь лишнего свидетеля в живых. Слишком много знаю. Но это все не важно. Хочу сказать, я люблю тебя. Никогда, никого не любила так сильно. Иногда мне кажется, будто схожу с ума. Разве можно любить того, кто рано или поздно тебя уничтожит? Оказывается, можно. Ты запретил говорить о чувствах, поэтому, обычно, я молчу, не надоедаю. Но сейчас, наконец, могу говорить все, как есть на самом деле. Я рада, что мы встретились. Ты сделал меня счастливой. Конечно, я всегда знала, наша история закончится именно так, но ни о чем не жалею. Прошу только, пожалуйста, хотя бы иногда, вспоминай обо мне. Обо мне, а не о ком-то еще. Интересно, как ты убил меня? Надеюсь, я не мучилась."

Положила листок обратно в книгу и поставила её на место. Вот как, значит, получается. Она знала, что умрет. Знала, но, по сути, шла на подобный исход сознательно. Великая жертва во имя великой любви. Господи, какие же мы, бабы, дуры.

И что у нас выходит? Да ни хрена. Это письмо не предназначено Владику, могу дать руку на отсечение. Остаются Марат и некий таинственный незнакомец, с которым Анжелла целовалась в парке. Меня бы вполне устроил первый вариант, так проще, но что-то подсказывает, а если называть вещи своими именами, опыт общения с мужским полом, Маратик вовсе не тот роковой мужчина, ради которого можно взойти на Голгофу. Да, симпатичный, но нет в нем того умопомрачительного, сводящего с ума, чем явно обладает человек, которому написано письмо.

Выходит, все же третий? Важное неизвестное в уравнении. Анжелла была уверена, он ее убьет. Почему? Бабло? Не хотел делиться? Бред, конечно. Она явно любила его так сильно, что быстрее скомуниздила бы еще пару десятков миллионов, а не потребовала долю. Значит, есть другая причина. И скорее всего, она кроется в биографии святой женщины. Жаль, что никто истории появления красотки не знает. Причина отсутствия информации проста – мужская дубоголовость. Только мужики могут не интересоваться прошлым женщины, что было до их встречи. То ли дело, бабы. Ни одна уважающая себя особа не успокоится, пока не разузнает, где жил, с кем, сколько раз занимался сексом и какие конкретно слова говорил. Что там какая-то биография. Дело принципа выяснить все, вплоть до цвета детских трусиков или времени появления первого зубика.

И эти два дебила, прости господи, утверждают, будто неравнодушны к Анжелке, а сами не знают о ней ни черта.

Однако, не стоит забывать, в жизни бывает всякое, иногда совсем неожиданное. Вариант с грамотно отработанным побегом в сторону Карибских островов или Кубы тоже отметать не надо. Может все это – спектакль, организованный для того же Марата. Думаю, Анжелла знала, чьи деньги будут в сейфе, а соответственно, понимала, их будут искать. Причём, пока Маратику не прижало одно место, он суетится, но верит в свои силы и благополучный исход. Сейчас, спустя еще пару дней, серьезные люди захотят свое бабло, вот тогда он напряжется по полной, перевернув город с ног на голову, дабы в итоге не перевернули его самого.

Бог с ними, с деньгами, меня лично волнует сама девица. Она как-то связана со мной. А вот как, пока не могу разобраться, но чувствую всеми фибрами души, это важно.

Глава четырнадцатая

Итак, день "х". Сегодня, я наконец, получу хоть какую-то определенность. По крайней мере, буду понимать, что именно предстоит сделать.

Прошлый день, все так же следуя совету таинственного друга, закончила на лайте.

Вернувшись из квартиры Анжеллы, обнаружила в номере Владика, который лежал на кровати, вытянув ноги и громко стонал.

– Что такое, малыш? Быть женщиной оказалось не так уж просто? Вы же обычно любите рассуждать о лёгкости бабской жизни. Мол, все нам само идёт в руки. Тут насосала, там насосала – огонь, как в сказке.

– Да ну его к черту. Я не чувствую ног. Мне кажется, их больше нет. Ещё этот извращенец. Не поверишь, еле отвязался, честное слово.

– Никого больше не заметил?

– Что ты имеешь ввиду?

Значит, Владик не обратил внимания, что за ним весь день таскался тип, приставленный одним из "боссов". Господи, и этот человек украл миллионы... Мельчает криминальный мир, скоро вообще не останется серьезных людей, детский сад только с мелкими шалостями. Может, оно и к лучшему. Ну, раз не заметил, то и знать ни к чему.

– Да так, ерунда. Не обращай внимания.

– У тебя что? Есть новости?

– Есть. Осталось, сам знаешь что сделать, и принесть. Слышал такую старую поговорку? Много непонятного с твоей дамой сердца. Могу лишь сказать одно, муть и слишком закрученный сюжет во всей истории. Есть подозрение, весьма основательное, что твоя возлюбленная мертва.

Владик тяжело вздохнул и закрыл лицо руками. Ну, нет. Только мужских слез мне тут не хватало. К счастью, обошлось без трагедии. Хороший парень собрался, хотя, очевидно, это ему далось с трудом.

– Я знал. Чувствовал. Сложно объяснить. Просто интуиция говорила, она не могла меня бросить.

Я, конечно, не стала его разубеждать, что очень даже смогла бы, и непременно бросила бы, но ей не дали этого сделать. Пусть верит в свою большую любовь.

– Ты найдешь его или их?

Я изумлённо приподняла бровь.

– Зачем?

– Хочу, чтоб этот человек получил по заслугам. Да и деньги, так понимаю, нужно искать там же. Ее ведь из-за них убили? Уверен, так и есть.

А вот я совсем не уверена. Даже наоборот. Думаю, дело не в деньгах вовсе. Но говорить это хорошему парню не буду.

– Посмотрим.

После нашего разговора Владик совсем ушел в себя. Лежал на кровати, глядя в одну точку, пока не заснул.

Я же посвятила вечер просмотру всех возможных сериалов и размышлениям.

К тому же, вспомнился один интересный момент. А именно – ложь Марата, когда он сказал, будто, Анжелла к пропаже денег не причастна. Немного подумала, затем собралась и тихо вышла из номера. В этот раз можно было не скрываться. На ресепшне оказалось пусто, а вот в холле сидел тот же тип, что и днём. Бедолага. Я направилась прямо к нему. Мужик задёргался, схватил телефон и принялся лихорадочно в него тыкать.

– Привет, – садиться не стала, остановилась ровно напротив, глядя сверху вниз.

– Здравствуй...те.

– Короче, я сейчас в заведение Марата. Там потусуюсь пару часиков, потом вернусь. Ты за рулём?

– Да. – Он явно не понимал, что происходит и как себя вести.

– Отлично. Поехали.

– Куда?

Господи, что за напасть. Повальное скудоумие.

– Послушай, велено же следить за мной. Я упрощаю задачу тебе и облегчаю жизнь себе. Совместим, так сказать, приятное с полезным. Отвезешь меня к Марату. И давай шустрее. Хотелось бы поспать.

Развернулась и, не оглядываясь, пошла к выходу. Если совсем идиот, останется на месте, если в голове хоть что-то есть, сделает, как я говорю.

К счастью, надежда на присутствие мозга все же была. Две минуты я постояла на улице, прежде,чем доморощенный следопыт вышел из гостиницы и направился к скромной иномарке.

– Как зовут тебя, сыщик?

– Я не сыщик. А зовут Федя.

– Федя... Ну, ок, Федя, погнали. Думаю, мне представляться не нужно.

Всю дорогу бедолага косился в мою сторону, но, честно говоря, было не до него. В голове крутились мысли, формируясь в полне себе четкое видение ситуации, по крайней мере, по одному вопросу уж точно.

Он припарковался прямо перед рестораном.

– Жди. Часа через два буду.

Больше пояснять ничего не стала. Да и он, судя по всему, к разговорам не стремился. Итак, поди, переживает за проваленную миссию.

Марат, ожидаемо, оказался на месте. Что показательно, не один. За столом, помимо хозяина заведения, сидел мой знойный Мачо. Заметив меня, Бельмондо откинулся на спинку стула и, ухмыляясь, наблюдал как я приближаюсь.

– О, Лена, привет. – Судя по слегка тянущейся манере речи, Марат был если не пьян, то близок к этому. – А я думаю, куда запропастилась моя девочка. Извелся весь.

– Ага, я вижу. – Плюхнулась на свободное место, а затем махнула знакомой официантке, – Тащи водки и пожрать что-нибудь.

– Пожрать? Ты совсем не леди, – Бельмондо смотрел все с той же ухмылкой, волнуя мое и без того маятное девичье сердце.

– Правда? Вот неожиданно. А я надеялась... Ну… что поделаешь. Как-то переживу.

– Давай переживём вместе. Поддержу тебя в тяжёлый момент, подставлю крепкое мужское плечо.

Я окинула взглядом предлагаемую часть тела. Эх… хорош, гад.

– Не могу втягивать тебя в это. Слишком тяжела ноша. Ищи другой объект для совместных страданий. Я уж как-то одна. Думаю, в монастырь пойти.