Светлана Алимова – Плата за ритуал (страница 40)

— Ступай в ведьмин круг! — крикнула ей Беата.

Лили кивнула и прыгнула в серебристое озерцо, окруженное грибами, через которое они все сюда переместились. Исчезла, отправившись на ту сторону.

— Все, я побежала! Не задерживайся тут, пока злые духи не налетели, — посоветовала Адалинда.

— Конечно, — рассеянно ответила Беата.

А сама рванула к источнику силы.

Всего один раз! И она оставит себе хоть что-то от похода сюда! Хоть четверть новых сил! Калунна наверняка не будет против!

Ее вновь закрутило, а колдовской дар с радостью впитал магию источника. Беата ощутила огромную уверенность в себе. Теперь она справится с любыми опасностями. Ни ночные кобылицы, ни восставшие из мертвых не смогут ей навредить.

Все, пора было возвращаться.

Она подошла к лиловой тропе и остановилась.

Если у нее будет достаточно силы, она всегда будет в безопасности.

Три — волшебное число.

Беата оглянулась на источник магии.

Она ведь больше никогда сюда не попадет. Это ее единственный шанс стать могущественной ведьмой. А главной жрице культа это очень пригодится.

Один раз. Последний.

Беата поспешно зачерпнула из источника и нырнула в него. В глубине души она опасалась, что переборщила, но колдовской дар отозвался той же жадной радостью, разрастаясь и увеличивая ее магический резерв. Беата никогда не была особенно сильной, хотя и на слабость не жаловалась, но сейчас наслаждалась своим новым могуществом. Она ощущала его! Теперь даже самые сложные чары будут ей по плечу, а ее щиты никто не пробьет!

Она выскочила из ромба целая и невредимая.

Все. А теперь — домой.

Беата подошла к лиловой тропе и внимательно огляделась. Адалинда уже ушла, и вокруг не было ни души. Ритуал усиления прошел благополучно. Она шагнула вперед и спокойно пошла вниз, к ведьминому кругу.

И тут тропа под ней треснула и развалилась.

Беата рухнула на каменные ступени и покатилась по ним. Чудом сумела затормозить, не слетев в пропасть, и села, не понимая, что произошло.

— Моя богиня? Что я сделала не так?

Ей никто не ответил.

Беата попыталась вспомнить слова Калунны: вроде бы она все правильно делала, так почему тропа разрушилась? Ведь все же шли по ней и спустились в полном порядке!

А почему, собственно, наверх они поднимались гурьбой, а вниз требовалось идти по одной?

Она поняла и замерла от ужаса.

Из-за силы источника. Она явно могла повредить заколдованную тропу. Но как?! Ведь ее делала богиня! Почему она была такой хрупкой?!

— С тропы не сходи, иначе вы привлечете ненужное внимание…

Вот оно. Калунна отправила жриц в тайную вылазку, рассчитывая, что их никто не заметит. Поэтому и своей силы использовала совсем немного. А Беата насосалась магии, как голодная комариха, и все испортила! Весь ритуал!

— Давай-ка подождем до ритуала усиления. Если ты все сделаешь правильно, то я расскажу тебе о прошлом. А вот если ошибешься… результат будет интересным. И нынешняя жизнь перестанет казаться тебе сложной и запутанной. Ты будешь вспоминать ее, как ту самую, недосягаемо тихую и мирную. Но лишь после того, как утратишь ее.

Беата застонала и оглянулась. Она стояла посреди огромного куска мраморной лестницы, висящей в воздухе. До низа было еще далеко и обрывалась она провалом перед следующим куском. Ни метлы, ни грога Калунны, чтобы слететь к ведьминому кругу, у нее не было. Тупик.

Вдруг она услышала какой-то гул. Он становился все громче и громче, превращаясь в дикие крики. А потом из пустоты под ступенями в воздух взвились десятки черных голодных духов и ринулись к ней. Беата вскрикнула и судорожно принялась создавать защитный круг. Успела как раз вовремя: воющие духи облепили его, пытаясь прорваться к ней. Они были полупрозрачными, злобными и источали ауры смерти. Беата содрогнулась. Вот тебе и набрала силы, идиотка! И что теперь делать? Сквозь круг почти невозможно было колдовать, чары слабели и застревали в нем. Да, у нее много силы, и они к ней не пробьются, но что толку? Не может же она сидеть здесь вечно? Но если убрать защитный круг, ее мигом растерзают. Будь духов поменьше, она могла бы вступить в бой, но не с несколькими же десятками одновременно! Ударить чистой силой? Может получиться, но так она уничтожит духов лишь с одной стороны, а остальные высосут ее досуха за пару секунд.

Беату затрясло от страха. Нет, спокойно, у нее много силы, и она способна сотворить любое колдовство. Нужно лишь понять, какое ее спасет.

Кажется, Калунна говорила, что опыт битвы на кладбище ей пригодится. Но Голди, покинувшую круг, чуть не убили в тот же миг. Выходить самой нельзя. Так что ей применить? Чары уничтожения? Не то. Синее пламя Валери? Нет, не то! Что может сработать сейчас?! Что там еще колдовали? Руну огня, мороки, призыв пса-фамильяра…

Вот оно! Пес-защитник! Его можно призвать, не выходя из круга, и он набросится на мертвецов! Правда, без магической основы он будет нестабилен и просуществует недолго, но долго Беате и не требовалось.

Он ведь справится с такой кучей голодных духов?

Она вспомнила Джеральда, ловко расправившегося с несколькими восставшими из мертвых.

— Молодец. Ты отлично сражался. Не думала, что призрачные псы настолько полезны.

— Буду считать это комплиментом.

Она закусила губу. Ей бы сюда призрачного пса с благословением Калунны, чтобы смог защитить ее! А лучше парочку, чтобы уж наверняка!

Так, все, хватит фантазировать. Пора колдовать.

Беата закрыла глаза и зашептала чары призыва защитника.

Вот будет потеха, если пес окажется стабильным и не рассеется после битвы! Тогда ей придется тащить его домой. Лили будет в восторге. Но гулять с ним однозначно будет Джеральд. Беата была равнодушна к собакам и не собиралась их заводить. Трех кошек ей вполне хватало.

Снаружи раздался грозный рык и ей полегчало.

Получилось. Она спасена.

Затем она услышала птичий клекот.

Беата раскрыла глаза и с удивлением увидела, как на голодных духов бросаются сразу два существа: ягуар и огромный коршун. То, что звери необычные, было очевидно: их глаза горели, как у Джеральда, а по перьям и шерсти скользили лиловые отблески.

Благословение Калунны.

Богиня послала их ей на помощь? А где тогда ее пес? Нет, Калунна предупреждала, что не услышит ее в загробном мире, а чары Беаты были завершены. Она что, настолько не хотела собаку, что призвала…

Да не может этого быть.

Но — могло. И было.

Призванные защитники расправились с духами в считанные минуты. И прежде чем ошарашенная Беата сообразила, что ей делать с ними, коршун и ягуар кувыркнулись через головы и обернулись людьми в старинных одеждах.

На месте коршуна стоял молодой мужчина, лет двадцати пяти-двадцати семи, с темными, немного вьющимися волосами до лопаток, прямыми черными бровями и длинными ресницами. У него были широкие скулы, нос с небольшой горбинкой и красивый, чувственный рот. Но первым, что бросалось в глаза, были веснушки, густо усыпавшие лоб, нос, щеки и подбородок. Кожа под ними была очень светлой и контрастной. При такой нестандартной внешности он был удивительно хорош собой: несколько неправильные черты лица складывались в гармоничную, цепляющую своей необычностью картину. В первую секунду он показался Беате некрасивым из-за обилия веснушек, но со второго взгляда просто заворожил. В голову лезли сравнения с пятнистой рысью на мягких лапах, со спокойным, мудрым, хоть и не человеческим взглядом. Глаза у него были восхитительного насыщенно василькового цвета: сине-голубые с заметным сиреневым оттенком.

Иллюзия? Какая-то ведьма поменяла ему цвет глаз? Или это магия Калунны? У Джеральда тоже иногда светились глаза, хотя оттенок был обычным. Но такого странного цвета Беата ни разу не видела. Он был неестественным и нереально прекрасным.

— Госпожа Ата, ты цела?

— Как я рад снова видеть тебя!

Беата вздрогнула и перевела взгляд на «ягуара». Он был покрепче и пошире в плечах, но заметно моложе: двадцать два года от силы, а то и меньше. Зато внешность у него была почти модельной: мускулистые руки и плечи, правильные черты лица и пышные, густые волосы. Такие четкие, скульптурные лица, как у него, Беата видела только у статуй обнаженных богов и героев в музеях. Прямые золотые волосы падали ему на плечи, кожа была загорелой, а глаза — янтарно-желтыми, с темным кругом на краю радужки. Такого необычного медового оттенка Беата никогда не видела у обычных людей. Вдобавок, половина головы у него была коротко острижена, обнажая совершенно нечеловеческое ухо: оно было покрыто светлой шерстью снаружи и внутри, а заканчивалось темной кисточкой, как у рыси. «Ягуар» постоянно поворачивал его в разные стороны, прислушиваясь к творящемуся вокруг. Светлая шерсть плавно переходила в волосы на голове и сливалась с ними.

«Ягуар» смотрел на нее с таким обожанием, словно ее одну всю жизнь и ждал.

Беата сглотнула и напомнила себе, что она замужем. Что молодые парни — это не ее. Что они призваны колдовством, и с ними обоими что-то не так.

Потом вспомнила, где находится, и потрясла головой.

«Коршун» назвал ее Атой.

— Кто вы?

— Что?

— Кто вы такие? И что с твоими ушами? Ты не до конца вернул себе человеческий облик? — спросила она.

«Ягуар» озадаченно ощупал свои уши.

— С ними все в порядке, госпожа. Что значит, «кто мы»? Это шутка?