Светлана Алимова – Буря в Кловерфилде (страница 54)

— Надеюсь, ты понимаешь, что это значит? Если в будущем я заведу любовников, то ты не будешь устраивать мне сцены и лезть с ними в драку. И «передумать», требуя верности от меня одной, после развеселого романа тоже не выйдет.

— Сцен не будет. Но я надеюсь, ты не сделаешь этого просто назло мне.

— Не сделаю.

Напряжение, повисшее в воздухе, незаметно рассосалось. Беата расслабилась. Джеральд выглядел задумчивым, но больше не злился. Похоже, как следует все обдумав, он не пожелал лишаться того, что обрел в Кловерфилде, и постарался усмирить свою ревность. Или успокаивал себя тем, что раз любовника у его жены за два года брака не появилось, то значит и не будет.

— Ого! Вы оба серьезно? — изумилась Алиса.

— Да. Беата сказала, что не против наших отношений, — несколько неуверенно сообщил Джеральд.

— И на меня не наведут порчу? — подозрительно уточнила Алиса.

Беата хмыкнула.

— Порча — это нанесение вреда человеку. Подсудное дело.

— Само собой, но такие вещи очень трудно доказать. В полиции не любят возится с подобными делами. Разве что это будет порча на смерть, но тогда торжество справедливости меня уже не порадует.

— Расслабься. Я не собираюсь тебе вредить. Я не ревнива. Но учти, этот упрямец очень крепко держится за наш брак и не намерен разводиться.

— Я бы на его месте тоже не сделала подобной глупости, — усмехнулась Алиса, — где он еще найдет жену, которая позволит ему завести любовницу? Он будет дураком, если тебя упустит.

Джеральд едва заметно улыбнулся.

— Вот именно.

Беата перевела взгляд с одного на другую и махнула рукой.

— Давайте закончим с этим и вернемся к расследованию. Алиса, ты можешь вновь достать мне все вещи пропавших, кроме жертв Хильды Крейн?

— Могу, но мне нужно будет как-то объяснить это их родственникам. К слову, они активно интересуются результатами прошлых спиритических сеансов. Тед Каннингем, отец пропавшей школьницы Кейт, из меня чуть душу не вытряс, и ответ «она не пришла на сеанс» его не удовлетворил. Он хотел встретиться с тобой, но я не дала твоих контактов. Этот тип — бывший военный и отчаянно ищет свою дочь. Боюсь, он может натворить бед. Будь осторожна, если он к тебе придет.

— Ясно. Принеси мне три-четыре вещи тех, кого сможешь раздобыть, — попросила Беата.

— Постараюсь. Что с Рэйчел Фиск?

— Она мертва.

Алиса рвано вздохнула.

— Бедная девочка. Она приходила? Что рассказала?

— Она не приходила. Но я использовала новые чары: поиск души в загробном мире. Она там, значит, мертва. Но сам поиск все еще продолжается. Результата пока нет.

— Жаль. Ладно, будем работать с тем, что есть.

Незаметно наступил май, и Беата занялась подготовкой к весеннему празднику Калунны в Кловерфилде. В Хисшире, Морланде и других местах этим, как обычно, занималась Голди, и Беата отправила Валери ей в помощь: той давно уже следовало поручать больше дел. Праздник в Кловерфилде, однако, был самым большим и важным мероприятием: после них обычно случался активный приток верующих, принявших вересковую магию за божественный экстаз. Требовалось провести праздник с размахом, чтобы привлечь как можно больше людей в культ, и Беата решила устроить очередной концерт Адалинды. Для этого они обе целый час уговаривали недовольную Калунну выпустить ее со своих земель, а та упорно сопротивлялась.

— Там опасно. Пой здесь, пусть люди сами приезжают чтобы услышать твой голос, — сердилась Калунна, — у тебя уже достаточно влияния на их сердца, чтобы они отправились в паломничество за твоими песнями.

— Но нам нужны новые поклонники. И тебе, и мне, о моя богиня, — ласково ворковала Адалинда, — чем больше их будет, тем лучше, ведь так?

— Так.

— Значит, надо очаровать их и заманить в наш культ. Это же всего на один вечер. Я буду петь им о твоих красоте и величии, о сладости вересковой магии и блаженстве веры в правильную богиню. Они полюбят тебя так же сильно, как любим мы, твои жрицы. Ведь для этого ты нас и возродила.

Калунна улыбнулась и бережно взяла ее на руки. Обняла.

— Тебя я возродила, потому что ты это заслужила, моя хорошая. Ты была со мной до самого конца. Я не забываю добра. И ты не забывай. Однажды ты станешь самой сильной и талантливой целительницей на всем белом свете. Твои песни будут менять жизни и давать людям новый смысл существования. Ты утонешь в любви и обожании своих поклонников. Мужчины будут биться за право целовать твои ступни.

Адалинда счастливо заулыбалась.

— А у меня будут дочери-ведьмы?

— Будут. Но для этого придется потрудиться. А пока что не хочешь ли отрастить кудри подлиннее? Я дам тебе чудесный бальзам для их роста. Смотри, какие у Беаты роскошные волосы.

— У меня зато они длиннее!

— Разве? Беата, распусти-ка свои.

Та хмыкнула и подчинилась. Повернулась спиной, демонстрируя длину.

Адалинда нахмурилась.

— И правда, у нее длиннее. И хорошие какие стали! Моя богиня, мне срочно нужен твой бальзам!

— Держи, моя золотая. Но обещай, что твои волосы никогда не будут короче, чем у нее, — лукаво улыбнулась Калунна, — тогда я поделюсь с тобой его рецептом.

— Конечно, они будут не хуже, чем у Беаты! Мне же выступать перед людьми, я должна быть идеальна! — Адалинда вздернула подбородок вверх.

— Будь осторожна на концерте. А теперь ступай, нам с Беатой нужно многое обсудить, — Калунна поцеловала ее в макушку и опустила на землю.

Адалинда обняла ее на прощанье, уткнулась лицом в золотые волосы богини и пошла прочь с вересковых пустошей, разглядывая подаренный бальзам.

Беата усмехнулась.

— Плюс одна длинноволосая ведьма. Интересно, как ты уболтаешь Валери? Она точно не захочет мучиться с гривой до пят.

— Раньше она с ней прекрасно справлялась. Это не мешало ей сражаться.

— А ты ведь очень любишь своих жриц, моя богиня. С каждой возишься, как с любимой кошкой. Кстати, а чем Адалинда заслужила честь быть воскрешенной в первой тройке твоих жриц? Я заменила Ату, Валери сражалась с армиями Безымянного бога и наводила на них ужас, а Адалинда чем отличилась?

Калунна тихо вздохнула.

— Она была последней моей жрицей. Повсюду уже стояли храмы Безымянного бога, а его солдаты жгли ведьм на кострах. Она родилась, когда это было уже нормой, а мои земли съежились до крошечной деревушки в глуши. Авелин, ее мать, бабка и прабабка были потомками одной из моих жриц и поддерживали веру в меня тайком, как тлеющий огонь. Я учила ее колдовству, полезному в простой жизни: зельям, исцелению, родовспоможению, красоте, плодородию земель и скота. Она была трудолюбивой девушкой и очень любила петь, что казалось крестьянам глупостью. Но я открыла ей множество прекрасных песен и обожала слушать ее звонкий голосок, а она ценила их чуть ли не больше заклинаний. Я не могла дать ей многого. У нее никогда не было собственных охотников, слуг, дворца и власти. Ни почета, ни вечной жизни, ни свободы от жестких правил, навязанных новой религией. Но Авелин продолжала верить в меня, даже когда ее потащили на костер. И пела одну из моих любимых песен, пока ее пение не превратилось в предсмертные крики. Я так ослабла, что даже не смогла спасти ее. После смерти Авелин я исчезла, ведь больше некому было поддерживать тлеющую веру в проигравшую богиню. На этом история моего культа была завершена.

Беата сочувственно помолчала.

— Соболезную. Но Адалинда не похожа на ту девушку.

— Тебе так только кажется. Адалинда свободнее и капризнее, но такая же легкая пташка с чудесными песнями. И весьма трудолюбива. Авелин не могла раскрыть свой потенциал раньше, но в новой жизни у нее это получится. Преданность мне всегда окупается. Я подарю ей силу, свободу и долгую, яркую жизнь. И не только ей. Но для этого следует служить мне на совесть, а не изображать видимость деятельности.

Калунна вдруг оказалась рядом и нависла над Беатой, подавляя ее своим огромным ростом. Она была сильно выше двух метров, и Беата едва доставала ей до груди.

Лиловые глаза Калунны были полны недовольства.

— Где мои жрицы? Ты обещала, что через год их будет тринадцать, но прошло уже больше полугода, а я получила только трех. Или ты думаешь, раз тот жалкий червь покинул мои земли, я не смогу достать до него? Ошибаешься. Джеральд умеет охотиться на людей и убьет любого, на кого я укажу.

Беата содрогнулась.

— Не надо. После праздника к нам придут новые бесплодные пары, моя богиня. Твои драгоценные жрицы вновь увидят этот мир.

— А если не придут? Что ты будешь делать, если к ноябрю ситуация так и не изменится?

— Обещаю, я выполню свою часть сделки, — Беата опустила голову, пряча лицо в распущенных рыжих волосах.

— Ты почти перестала об этом думать. В твоей голове пропавшие девушки, трое мужчин, которых ты жаждешь, и хлопоты о празднике. Ты забросила обучение Даны, Эвы и Лили. Навещаешь их лишь изредка, а в остальное время они предоставлены сами себе, — неодобрительно заметила Калунна. — Мой праздник — это важно, но его устроение не единственная твоя обязанность. Будь порасторопнее.

— Да, моя богиня. Но мне для праздника понадобится много вереска.

— Пошли учениц собирать его, а сама займись более важными делами. Когда поедешь в Кловерфилд, не забудь надеть обереги и взять с собой фамильяров. И Джеральда. Ему тоже нужно трудиться, а не только отдыхать.

— Как прикажешь.

К счастью, на этом выговор закончился, и Калунна отпустила ее.