Светлана Алешина – Дешевле только даром (сборник) (страница 11)

Анатолий Николаевич чуть поднял брови и переглянулся со своим заместителем.

– Наверное, это ошибка, – сказал он. – У нас в штате нет женщин. И никогда не было. Мы исходим из принципа, что игорный бизнес – это чисто мужское дело.

– Я имею в виду подсобный персонал, – объяснила я. – Уборщицу, которую вы уволили после единственного выхода на работу…

Владелец казино посмотрел мимо меня на своего помощника. К сожалению, я не могла обернуться, чтобы проследить за реакцией Александра Николаевича. Но взгляд хозяина показался мне достаточно многозначительным. Однако голос его прозвучал совершенно равнодушно.

– Я вас понял, – сказал он. – Александр Николаевич даст вам необходимые объяснения. Лично я не занимаюсь подсобным персоналом. Если у вас больше нет ко мне вопросов, тогда извините… Я очень занят.

Тут же надо мной недвусмысленно нависла фигура Александра Николаевича. Поняв намек, я поднялась.

– Благодарю вас, – сказала я с милой улыбкой. – До свидания.

Анатолий Николаевич коротко кивнул и демонстративно отвернулся к окну. Я вышла из кабинета, чувствуя за спиной дыхание застегнутого на все пуговицы заместителя. В коридоре, обернувшись к нему, я спросила:

– Где мы сможем поговорить, Александр Николаевич?

Не дрогнув ни единым мускулом, он сдержанно сказал:

– В этом нет необходимости. Интересующий вас вопрос в компетенции нашего распорядителя. Он все вам объяснит. Прошу в эту дверь!

Он предупредительно распахнул передо мной какую-то дверь, и мы оказались в большом зале, задрапированном темной тканью. Здесь стояли игорные столы, покрытые зеленым сукном, а в углу располагался бар, сверкающий никелем и хрусталем. Возле бара толпилось несколько молодых людей в дорогих костюмах. Александр Николаевич властно махнул рукой.

– Виталий, подойди к нам! – сказал он строго.

От стойки бара отделился широкоплечий светловолосый парень в голубой рубашке и черных наглаженных брюках. На шее его красовалась золотая цепочка. Приблизившись, он оценивающе посмотрел на меня и преданно уставился на заместителя. У него было смышленое самоуверенное лицо и светлые нагловатые глаза.

– Вот тут, Виталий, пресса интересуется, – сказал Александр Николаевич, значительно понижая голос. – Кого мы принимали из уборщиц, а потом сразу уволили?

– Ее фамилия Чижова, – подсказала я.

– Была такая? – спросил Александр Николаевич. – Значит, все объяснишь и проводишь. А я с вами прощаюсь, извините.

Я почувствовала себя футбольным мячом, который отпасовывают из стороны в сторону, чтобы в итоге выбить за боковой. Александр Николаевич, посчитав свою миссию исчерпанной, тут же испарился, и я осталась один на один с деловым молодым человеком, который беззастенчиво разглядывал меня холодными светлыми глазами.

– Из какой вы газеты? – небрежно спросил он.

– Из «Свидетеля», – ответила я. – Вы помните Чижову?

– Вы имеете в виду уборщицу? – усмехнулся Виталий. – Да, что-то припоминаю. Но не уверен, что запомнил ее фамилию. А почему она вас интересует?

Я решила быть понахальней.

– Кажется, это вам было дано задание все объяснить, – напомнила я. – Вы все тут чрезвычайно заняты, поэтому давайте ближе к делу.

– А чего тут объяснять? – неприязненно сказал Виталий. – Приняли какую-то женщину. Она нам не подошла. Мы попросили ее освободить место.

– Что значит «не подошла»?

– Она плохо выполняла свою работу. У нас высокие требования.

– А вы не могли бы уточнить, в чем выражалось плохое выполнение работы?

Мой собеседник презрительно поморщился.

– А что, собственно, случилось, мадам? – спросил он раздраженно. – В вашу газету поступила жалоба? Но вы учтите, у нас тут нет профсоюза, и мы не благотворительная организация, бездельников мы не держим, даже если им очень хочется кушать!

– Дело не в жалобе, – ответила я. – Просто мне интересно, что за хитрость в уборке ваших помещений, если не каждый может с этим справиться?

Виталий оскалил в улыбке идеально белые зубы.

– А вы попробуйте! – предложил он, нахально глядя мне в глаза.

– Воздержусь, – ответила я. – Не за тем сюда пришла.

– Понятно! Еще есть вопросы?

Он явно торопился меня выпроводить. Я достала из сумочки фотографию покойного.

– Вы случайно не знаете этого человека? – невинно спросила я, протягивая снимок Виталию. Он нехотя взглянул, и, могу поклясться, настроение у него моментально испортилось. Он даже не взял фотографию в руки, а лицо у него сделалось напряженным, как у человека, который с минуты на минуту ожидает какого-то неприятного гостя.

– Никогда не видел! – отрезал Виталий, глядя поверх моей головы. – Кто это?

– Не знаю, – спокойно ответила я, пряча фотографию в сумочку. – Думала, вы знаете…

Виталий сделался совершенно официальным. Вся небрежность и снисходительность в его поведении исчезли. Он холодно сказал:

– Если не возражаете, я бы хотел заняться своими делами. У вас нет больше вопросов?

– Вопросов у меня полно, – весело сказала я. – Но, кажется, у вас туго с ответами…

У Виталия слегка дернулась щека.

– Я дал вам исчерпывающую информацию, – категорически заявил он.

– В самом деле? – удивилась я. – Тогда большое вам спасибо. Пожалуй, я пойду.

– Я провожу вас, – заметно оживляясь, сказал Виталий.

Он поспешно направился к дверям, беспрестанно оглядываясь, – видимо, опасался, что я потеряюсь по дороге. Мы вышли в отделанный мрамором вестибюль, где степенно прогуливались уже знакомые охранники. Виталий отпер входную дверь и с поклоном распахнул ее передо мной.

– Заходите к нам лучше вечерком, – сказал он с прежними интонациями. – Вечером здесь гораздо веселее. Отдохнете, расслабитесь…

– Непременно загляну как-нибудь, – пообещала я, улыбаясь в ответ на его ухмылку.

Застекленная дверь с треском захлопнулась за мной.

Глава 6

– Итак, что мы имеем по казино «Колесо фортуны»? – объявил Кряжимский, раскрывая свою записную книжку и водя пальцем по строчкам. – Выяснить удалось немного… Хозяин казино Анатолий Николаевич Коровин. В нашем городе он недавно, всего год. До последнего времени владел залом игровых автоматов в универмаге «Северный». Видимо, конфликтов с администрацией не имел, налоги платит исправно. В приватной беседе мне сообщили, что Коровин – человек жесткий, но щедрый, никогда не отказывает в помощи, если к нему обращаются, например, инвалиды, какие-то детские организации…

– Интересно, он никогда не помогал детскому дому? – задумчиво проговорила я.

– Что? – удивился Кряжимский. – Э-э… К сожалению, подробности мне неизвестны… А почему вас это интересует?

– Просто мне хочется призвать нашу редакцию вспомнить о детском доме, – сказала я. – Кто-нибудь из вас бывал там? Двести детей без родительской заботы! Это что-нибудь вам говорит? Раз уж судьба свела нас, мне будет стыдно, если мы не порадуем этих детишек хоть какой-то мелочью! Предлагаю всем скинуться и сделать детскому дому подарок!

– Это мысль! – лаконично отозвался Виктор.

Меня поддержали и остальные, но Кряжимский, как всегда, внес уточнения.

– Безусловно, я тоже – «за», – сказал он. – Но предлагаю пока не отвлекаться и закончить наше расследование. Никаких реальных нитей у нас в руках пока нет, и мы не знаем, миновала ли опасность.

– Вы правы, Сергей Иванович, – согласилась я. – Просто эта мысль постоянно беспокоит меня, и я решила наконец изложить ее. Прошу вас, продолжайте!

Кряжимский опять заглянул в свою книжечку.

– Работают с ним те же люди, что и год назад, – сказал он. – Как мне намекнули, коллектив у Коровина весьма своеобразный. Головорезы не головорезы, но многие из них в свое время имели неприятности с правоохранительными органами. Обычный набор – рэкет, ношение оружия, мелкое хулиганство. Правда, до суда дело не доходило, так что формально все чисты перед законом… Ну, вот, пожалуй, и все…

– Любопытно, откуда этот Коровин приехал в наш город? – поинтересовалась я. – Случайно не из Нижнего Новгорода?

Кряжимский развел руками.

– Увы, на этот счет у меня никаких сведений не имеется, Ольга Юрьевна! – сказал он.

– Ну что ж, тем не менее, вы узнали гораздо больше меня, – сказала я. – Мое посещение казино закончилось практически ничем. Меня выставили быстрее, чем карточного шулера. И мне ровным счетом ничего не сказали. Единственная положительная сторона – теперь я еще больше убедилась, что с казино что-то нечисто. Уж слишком старательно они подчеркивали свое нежелание разговаривать со мной. Виктор, а у тебя все готово?

Утвердительный ответ фотографа-телохранителя был выражен, как всегда, без слов.