Светлана Алешина – Алиби второго сорта (страница 9)

– Так он и при жизни отца мог проживать! Папаша не гнал его, это я точно знаю! Наоборот, хотел, чтобы он вернулся из Израиловки, боялся, что сынок там совсем погибнет. Так что нет ему резона! К тому же он, хоть и чувак стебанутый, а на убийцу не тянет, это я вам говорю! Вы же знаете, я хорошо в людях разбираюсь, – гордо сказал Дмитрий Степанович. – К тому же семья все-таки приличная, порядочная, и вдруг – сын-убийца?

– Хорошо, кто же у нас тогда остается? – сдвинула брови Лариса.

– Никого! – торжествующе поднял палец Степаныч.

– Не скажи, – не согласилась Лариса. – Краем уха я слышала о некоем Жоре Серегине, скажем так, Зинином ухажере.

– Скажете тоже! – фыркнул Степаныч. – Ухажере! Да они вечно как кошка с собакой! Сколько раз Зинка прибегала жаловалась! Его-то она точно в квартиру к себе не взяла бы, а больше с нее и взять нечего.

– А если это произошло не по расчету, а под горячую руку? – не успокаивалась Лариса. – Пришел этот Жора пьяным и поскандалил с Солодовым и тут же задушил его.

– А вот вы и проверьте, проверьте, Лариса Викторовна, – обрадованно посоветовал Дмитрий Степанович. – Вот, так сказать, и версия у вас появилась. Хотя я в нее тоже не очень верю, потому что Виктор этот сам не пил и вообще слыл человеком добропорядочным. Вряд ли он бы этого забулдыгу к себе пустил и разговаривать с ним стал, а тем более скандалить.

– Вот как? – усмехнулась Лариса. – А ты знаешь, что твой «добропорядочный» родственник сам находился под следствием?

Степаныч онемел от неожиданности.

– Как это? – только и смог выговорить он через некоторое время.

– Очень просто, за взятки в своем институте!

Степаныч шумно вздохнул и задумался, после чего выдал:

– М-да… Чертова семейка! – Правда, почти тут же маленькие глазки его заблестели, и он оживился. – Лариса Викторовна! – с жаром воскликнул он. – Ну вот вам и вторая версия!

– Какая версия? – не поняла Лариса.

– Институт! Мало ли что может быть! Обманутые студенты, обиженные за что-то коллеги… Может, он с кого-то бабки взял, а зачет не поставил! Или переманил у кого-то клиента. Вы разберитесь, Лариса Викторовна, разберитесь!

– Ну что ж, посмотрим, – кивнула Лариса. – Ты пока иди, Дмитрий Степаныч, принимай команду и хозяйствуй, а я тут посижу, подумаю.

– Думайте, Лариса Викторовна, думайте, – ласково проговорил Городов, на цыпочках выходя из кабинета. – Не беспокойтесь, все будет в лучшем виде.

Разговор с администратором действительно заставил Ларису задуматься. Степаныч был абсолютно прав – подозреваемых практически не вырисовывается. У всех либо алиби, либо напрочь отсутствует мотив. Неизвестна пока, правда, подноготная взяточничества. И это казалось Ларисе интереснее, чем забулдыга Жора Серегин, которому от смерти Солодова ничего не светило. Но расследование она решила начать именно с него – хотя бы ради того, чтобы поскорее исключить его из числа подозреваемых и больше не возвращаться к этому типу. Но для начала нужно выяснить результаты экспертизы.

Олега Валерьяновича на рабочем месте не оказалось – телефон его молчал. Оставалось только догадываться, отлеживается ли подполковник дома, мучимый похмельем, или же направился на другую работу, в школу милиции. Зато Ларисе ответил Гунин, который четко, конкретно и ясно изложил ей результаты экспертизы.

Выяснилось, что смерть наступила от удушья, но, прежде чем задушить жертву, преступник напоил его снотворным. Причем подмешанным в водку – в крови, кроме снотворного, обнаружены следы алкоголя. А бутылку водки и стакан или рюмку, из которого Солодов-старший пил, преступник унес, по всей видимости, с собой, а потом избавился от улик.

И все это наводило на мысль, что сын Солодова, Андрей, здесь скорее всего ни при чем. Судя по описанию, он был человеком вспыльчивым и возбудимым. А все детали свидетельствовали о продуманности преступления.

Относительно отпечатков пальцев в квартире Гунин ничего обнадеживающего не сообщил. Ясно присутствовали отпечатки пяти разных людей. Причем трех из них удалось идентифицировать сразу же. Они принадлежали убитому, сыну Андрею и приемной дочери Зине. На этом, собственно, сообщение Гунина и исчерпывалось.

Лариса поблагодарила лейтенанта и решительно поднялась с места. Она накинула плащ и прошла через холл ресторана к выходу. К ней тут же подскочил Степаныч.

– Я поеду поговорю с твоими дурами, – усмехнулась Лариса.

Степаныч на мгновение опешил, соображая, кого она имеет в виду, потом понял и удовлетворенно закивал начальнице. Он был рад, что его мнение по поводу домочадцев разделяет кто-то еще, пускай даже временно и не всерьез.

Раиса Васильевна и ее мама были дома. Они как две клушки-наседки вывалились в прихожую и с умильным видом наблюдали за тем, как раздевается Лариса. Потом Котову пригласили в комнату и тут же налили чаю. Чай был, откровенно говоря, жидким. Лариса такой чай не любила, да и пить, собственно, ей не очень хотелось, но из вежливости пригубила чашку.

– Я решила выяснить, кто действительно повинен в смерти вашего брата, – начала она, обращаясь к Раисе Васильевне.

Лица тещи и жены Степаныча стали еще более умильными, они даже подались вперед, заглядывая Ларисе в рот.

– Расскажите, пожалуйста, о своем брате, – попросила Котова.

– Ну как… – сразу растерялась супруга Городова. – Хороший человек он был.

– Хороший, – тут же подхватила теща. – Всегда уважительный такой, рассудительный. Вот только в жизни ему не особо-то везло… – Она вздохнула.

– А в чем не везло?

– А вам Дима не рассказывал? – удивилась Раиса Васильевна. – Ведь там горе какое! Их дочку машина сбила. А потом Валя, жена его, от горя умерла.

– Да, – скорбно подтвердила теща, поджав губы.

– Это я знаю, – сказала Лариса.

– Вот, а это немало, – вздохнула Раиса Васильевна. – Потом еще… дети непутевые. Зинка-то, она ведь… – Она махнула рукой, словно не зная, что сказать.

– Да бестолковая она. Мужиков нормальных выбирать не умеет, – почему-то понизив голос, сказала теща. – Они с Динкой два сапога пара. Вчера я на них посмотрела – о-о-ой! – Она тоже махнула рукой, выразив таким образом свое отношение к непутевым бабам. – А Андрюшка! Он же лечился от этого самого… – мрачно продолжила теща. – Да, а вы как думали! Поэтому из Израиля-то он и приехал. Выгнали его оттуда, выгнали, и все. А зачем там такие нужны? Такие, милая моя, нигде не нужны. – Она проиллюстрировала свои слова выразительным пощелкиванием указательного пальца по шее.

– А у Зинки что, лучше, что ли? – возразила вдруг Раиса Васильевна. – Ухажер-то ее… Видела его один раз – страх божий! Небритый весь, какой-то помятый. Где она его подцепила – на помойке небось.

– А кто ж с ней будет валандаться? – задала обидный вопрос теща. – У нее ведь ни кола ни двора, сирота, высшего образования нет. Сейчас ведь все стараются, чтобы повыгоднее девица… Не больно-то бедных хватают… Вот только такие, как этот Жора.

– Вы, кстати, не знаете, где он живет? – спросила Лариса.

– Это вы у Зины спросите, мы не знаем. – Теща снова поджала губы, давая понять, что с подобными типами она не имеет ничего общего.

– А вот насчет дел Виктора Васильевича в институте вы в курсе? – поинтересовалась Котова.

Раиса Васильевна и ее мама переглянулись, и Лариса сразу же поняла, что они-то в курсе, да решают, стоит ли об этом вообще говорить. Они как-то разом вздохнули, набрали побольше воздуха в легкие, и… Первой заговорила Раиса Васильевна:

– Это на него поклеп возвели, будто он взятки брал. А какие взятки? Если студенты какие привезут яички, сальца, маслица… Разве это взятки? Сейчас время-то какое!

– Вот-вот, – тут же подхватила теща. – Небось ему от чистого сердца в благодарность привезли мяса три кило, а они – тут как тут! Хвать – говорят, взятка!

– Значит, вы в курсе того, что Виктор Васильевич был под следствием?

Родственники нехотя были вынуждены это признать.

– А вы знали кого-нибудь, с кем общался Виктор Васильевич на работе? – спросила Лариса.

Обе женщины отрицательно помотали головами, а Раиса Васильевна добавила:

– Он с нами не так уж часто и общался. А про работу и не рассказывал совсем. А про неприятности-то нам Зина доложила. Он бы сам никогда и не сказал…

– Понятно, – констатировала Лариса. – Ну что ж, спасибо за беседу. У меня к вам последняя просьба – скажите мне адрес квартиры, где произошло убийство.

Раиса Васильевна тут же продиктовала ей адрес, и Лариса, оставив на столе недопитый жидкий чай – видимо, экономия в семье была введена с легкой руки Степаныча, – удалилась.

Глава 3

Едва Лариса остановилась у подъезда дома Солодова, она поняла, что здесь происходит какой-то скандал. Причем центральными фигурами были Зина Карпухина и незнакомый Ларисе парень лет двадцати пяти. Его можно было бы назвать симпатичным, если бы не следы от оспин на лице и общий несвежий вид – припухшие веки, покрасневшие глаза.

Он наступал на Зину с кулаками, а та, подняв руки и беспорядочно размахивая ладонями, пронзительно визжала:

– Отстань от меня, скотина такая! Все нервы уже вымотал! Не успели отпустить – он уж напился! И опять ко мне прется! Я тебе сколько раз говорила, чтобы ноги твоей больше у меня не было! Когда же ты мне жить дашь спокойно?!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».