Светлана Аксенова – Кладбище посреди города (страница 12)

– Мне интересно, если у меня была такая возможность, совершила бы я такой поступок? А? Вот ты Надя сделала бы такое? Понесла бы своего мертвого сына закапывать на каком-то древнем и странном кладбище, откуда все мертвые возвращаются живыми?

– Я? – испуганно протянула подруга. – Нет! По коту же было видно, что там хрень творится.

– Тоже так думала, когда первый раз читала, – задумчиво произнесла Катя, отпивая остывший чай.

– Теперь думаешь иначе? – Алексей так взглянул на невесту, будто от ее ответа зависела его жизнь.

– Да, теперь бы я поступила как и убитый горем отец.

– Обалдеть, – откинулась на спинку дивана Надя. – Да ты что? И тебя не смутили бы предостережения и рассказы о вернувшихся оттуда?

– Нет! Значит, они что-то неправильно сделали. Вот эта фраза: «Земля тверже человеческого сердца». Что она значит?

– Как-то не думала насчет этой фразы, – пожала плечами Надежда. – Что она может значить?

– Там же на этом акцент сделан! Из-за того, что земля тверже человеческого сердца, они такими и возвращаются. И вообще, как мой сын может стать плохим? Что там за той чертой? Только тьма и ужас? Ну, где есть тьма, должен существовать и свет. Должен же кто-то пронести свет? Вот надеясь на это, я отнесла бы туда Сашу. И не ушла бы домой, а продолжала лежать там, на его временной могиле, любящим сердцем пытаясь размягчить эту чертову твердую землю!

– Катька, – охнула Надежда. – Ну, ты даешь… Я бы сроду никуда не пошла…

– Ты просто никого не теряла, поэтому так думаешь, – тихо обронила Катерина.

– Может быть, – согласно кивнула подруга.

– И если бы Саша вернулся нормальный, ты любила бы его как раньше? – опустив глаза, спросил Алексей.

– А почему должна любить его меньше?

– Он же умер, а потом ожил.

– И что?

– Понятно. А мужа отнесла бы туда?

– Какого мужа? – удивленно подняла брови Катя. – Владимира не отнесла бы. Пусть покоился бы с миром. А вот тебя бы потащила.

– Да что за разговоры у вас? – не выдержав вскочила Надежда. – Оба ненормальные какие-то!

– И продолжала бы любить меня, как ни в чем не бывало? – Алексей пристально взглянул невесте в глаза и замер в ожидании ответа.

– Да! Стала бы любить еще больше, если такое возможно.

Алексей, услышав эти слова, просиял.

– На какой разговор нас подвигнул Стивен Кинг, – заметил он. – Люблю писателей. Интересные они люди. Как по-разному погружают они читателя в свой мир. Одни постепенно и осторожно, словно заботливая мама, которая учит малыша плавать, аккуратно поддерживая его в воде. Другие с первых страниц зашвыривают читателя в свои фантазии, и бедняга только и успевает, что изредка выныривать и хватать ртом воздух. Но не факт, что у вторых читать страшнее! Первый писатель просто, таким образом, усыпляя нашу бдительность, так ошарашит в конце, что читатель, потеряв почву под ногами, камнем пойдет ко дну. Потом конечно выплывет, сядет на берег и начнет перечитывать заново. А потому что в этом романе не все так просто, как казалось вначале. Вот такая странная аллегория нарисовалась у меня в голове, – и, закрыв книгу, Алексей встал. – Разрешите откланяться, милые барышни, я спать. Мне все-таки на работу завтра, то есть уже сегодня. А вы, набравшие отгулов, можете полуночничать, разрешаю.

– Спасибо, сударь, – поцеловав жениха, Катерина вздохнула. – На новый год тебя точно отпустят?

– Не переживай, отпустят. Долго не засиживайтесь.

– Слушаемся, – разом ответили подруги. – Спокойной ночи.

Дождавшись, когда Алексей скроется в спальне, Катя повернулась к подруге.

– Ты ему рассказала, что мы на кладбище ходили?

– Да, – кивнула Надя. – А что такое?

– Да ничего. Леша еще осенью попросил не злоупотреблять этими прогулками.

– А причину назвал?

– Нет, не назвал. Просто попросил и все.

– Мы и не злоупотребляли, – усмехнулась Надежда. – Просто зашли разок.

– Ага! Зато как зашли! – рассмеялась Катя.

– А как вышли! – уткнувшись в плечо подруге, Надя принялась подвывать от смеха.

– Тихо, Леша же спать пошел. Ой, а мне та женщина с кладбища снилась.

– А знаешь что? – подруга покосилась в темный коридор.– У твоего Леши есть медальон с ее портретом. Он мне сам показал, когда про наши приключения услышал. Правда, там еще один портрет был, но я его не разглядела. Лешка его пальцем прикрывал. Уверена, что намеренно!

– Надя! Стихами только не надо, ладно? – попыталась пошутить Катерина. – Интересно, что за медальон и кем ему приходится эта женщина?

– А мне интересно, кто на второй фотке изображен. Предлагаю завтра устроить небольшую уборку, пока Леша на работе будет. Убрать в шкафах, в тумбочках, в письменном столе. Намек поняла?

– Поняла, – кивнула Катя. – Итак, завтра уборка!

На следующий день, дождавшись, когда Алексей уйдет на работу, подруги принялись наводить порядок. Увлеклись так, что сами не заметили, как перестирали шторы и накидки на диваны. Чехлы от диванных подушек тоже попали под раздачу. Пропылесосили книги и мягкую мебель. В шкафах и в тумбочках навели идеальный порядок. Вырезав из бумаги снежинки, расклеили ажурную красоту на окна и зеркала. И устало плюхнувшись на диван, удивленно посмотрели друг на друга.

– Чего это мы? – озадаченно произнесла Надя, обводя глазами сверкавшую комнату.

– Вот это нас разобрало! – весело откликнулась подруга.

– А медальон так и не нашли.

– Значит, не там искали. Во что Леша был одет, когда показывал его?

– В домашний спортивный костюм.

– Может просто в карман положил и все?

– Так пошли, посмотрим! – вскочив, подруга направилась в спальню.

Костюм аккуратно висел на спинке стула. Наугад хлопнув по карману, Надя оглянулась на подругу.

– Он здесь, – прошептала она.

– Вытаскивай!

– А почему не ты?

– Женам нельзя у мужей по карманам лазить, – усевшись на кровать, заявила Катя. – Ты не жена, тебе можно.

– Здорово устроилась, всю неблагодарную работу на меня свалила, – открыв медальон, Надежда передала его подруге.

На одном портрете Катерина узнала женщину с кладбища, которая показывала им могилу Ушакова. На втором была изображена молодая черноволосая красавица, которая примерещилась ей у ограды, а потом привиделась во сне.

– Это же она? Я не ошиблась? – шепотом спросила Надя.

– Она, – кивнула Катерина. – А чего шепчешь? Нас никто не слышит.

– Да так что-то… А вторая кто?

– Вторая, та же самая, что и первая, только в молодости.

– Откуда ты знаешь? – недоверчиво фыркнула Надежда.

– Внимательней приглядись.

– Действительно похожи.

– Алексею будешь говорить? – кладя медальон на место, поинтересовалась Надя.

– Еще не знаю, – неуверенно отозвалась Катерина. – Если разговор зайдет, то скажу. Но сдается мне, он сам будет избегать этой темы.

– Почему?