Светла Литвин – Обманутый муж (страница 9)

— Вкусно, — прожевав, соглашаюсь я и забираю у Игоря свой бутерброд, желая его усовершенствовать на свой вкус.

— Что ты делаешь? — с обаятельной улыбкой спрашивает меня Игорь, наблюдая, как я произвожу вскрытие несчастном панини.

А я не понимаю, как у него так получается? Одновременно хмуриться, щуриться и улыбаться.

— Так вкуснее будет, — уверяю я Игоря, укладывая между ломтиками хлеба прозрачные ломтики ветчины.

— Какая ты милая, — ещё обаятельней улыбается Игорь, отчего вокруг его глаз появляются гусиные лапки, а тонкая кожа на пухлых губах опасно натягивается.

— Ты тоже ничего, — чудом произношу чётко, откусив почти треть своего бутерброда.

Мы быстро утоляем голод лишь под взгляды друг на друга и когда рот уже не занят едой, я хочу поговорить на более серьёзные темы. Узнать человека сидящего напротив по-человечески, потому что не покидает ощущение знания на каком-то ином, космическом, что ли, уровне.

— Так ты с папой и дедом живёшь? — спрашиваю я, бесстыдно собирая пальцем сладкие крошки от круассана с тарелки и слизываю их.

Отправила бы палец в рот при Шурике, получила бы двойную дозу звездюлина, но Игорь облизывается, следя за моими действиями. Делаю вид, что ничего не замечаю, но внутри всё трепещет. Ух! Были бы у нас уже справки на руках, я бы с него не слезла. Поднимаю глаза и смотрю в голубые глаза, чтобы как-то прийти в себя.

— У меня есть мама, если ты об этом, — вздохнув, отвечает Игорь.

— Она с вами живёт? — уточняю я, хотя понимаю, что исходя из вчерашнего вечера, мамы с ними не живёт.

— Нет. Они с папой развелись, мне тогда десять лет было. У неё сейчас другая семья и ребёнок. Дочка.

Игорь рассказывает честно, но по ставшему серьёзным лицу видно, что ему это тяжело даётся, и даже о сестре он говорит по-особенному. Не называет её сестрой, словно это что-то постороннее и его не касается. Вижу это и не уточняю ни имя, ни возраст. Не хочу бередить ему душу.

— А у меня две сестры, с Шуриком ты вчера знакомился, есть ещё младшенькая, Таисия.

— Красивое имя, необычное. Сколько ей? — с интересом спрашивает Игорь, подавшись чуть вперёд.

— Восемь. У моих родителей странная традиция, — смеюсь я.

— Какая? — спрашивает Игорь тут же повеселев.

— Рожают раз в десять-двенадцать лет новенького ребёнка, — смеюсь я.

— И как? Дружите?

— Ну… Как сказать… — тяну я, закатывая глаза.

— Что такое? — улыбается Игорь, а на самом деле просто расстреливает меня своей обаятельной улыбкой. Эти эго гусиные лапки уже наследили в моём сердечке, прочно там отпечатавшись.

— Когда я родилась, Шурик страшно бесилась, то всё было ей одной, а тут я. Конкурентка! Я подросла, мне было пять, а у неё переходный возраст и мы страшно дрались, прям до крови. Да, да, — подтверждаю я, получив от Игоря удивлённый взгляд. — У меня даже шрам есть на коленке, я тебе потом покажу. Это она меня с велика толкнула, хотя сама вызвалась учить меня на нём кататься. Потом мама забеременела в третий раз. Шурик ждала возмездия, рассказывала всякие ужасы о том, как маленькой исчадье ада не будет давать мне спать и нормально учиться, а потом подрастёт и начнёт совершать набеги на мою комнату.

— И как набеги? — Игорь торопит меня с продолжением, когда я отвлеклась на глоток кофе.

— Не хан Батый, конечно, но я и откупаюсь добровольно, а разграбления Шурика так и продолжаются.

— Бедный Шурик, — по-доброму сочувствует Игорь и встаёт из-за стола. — Пойдём? Нам ещё борщ готовить.

— Точно! — вспоминаю я.

Ладно на учёбу я временно забила, но борщ уже обещан и его отменить никак нельзя. Да и Шурику нос утереть охота, чтобы сама лично убедилась, какой Игорь у меня замечательный.

Борщ не ждёт, его ещё сварить надо! И мы с Игорем, понимая это, оперативно совершаем набег на рынок.

Я с улыбкой хожу по пятам за Игорем и наблюдаю, как он выбирает сметану, зелень, мясо и с азартом торгуется. В список моих желаний автоматически входит ещё один пункт. Там теперь не только желание затащить его в кровать и прожить всю жизнь с этим мужчиной родив ему обещанных сыновей, но ещё и по магазинам с ним готова таскаться хоть круглосуточно.

— Что? — спрашивает Игорь, замечая мой пристальный взгляд.

— Что? Что? — переспрашиваю я, прикидываясь ветошью.

— Всё купили, — переводит тему Игорь и улыбаясь отводит взгляд в сторону.

Не знала бы как он смел и решителен, подумала бы что смутился от моего взгляда влюблённой кошки.

— Тогда поехали? — спрашиваю я и улыбаюсь.

Улыбаюсь бесконечно. Улыбка уже приросла к моему лицу и ничто не сможет меня от неё избавить.

— А что это там? — Игорь тянет меня за руку в сторону отдела с цветами.

— Букетик для будущей тёщи? — смеюсь я.

— Конечно. Обязательно. Надо же налаживать контакт, а цветы для этого очень хорошо подходят.

В цветочном Игорь покупает сразу три букета и плюшевого медведя. Я почему-то так и поняла, что всем по букету, а Таське ещё и игрушку, но один букет с чайными розами Игорь сразу передаёт мне.

— Спасибо, — быстро целую его в губы, чтобы не задерживать, а то он обвешан пакетами и букетами как верблюд торговца.

Мы идём к машине и по пути я делаю несколько попыток помочь Игорю с пакетами, но он даже не даёт медведя и пресекает каждую попытку забрать хоть что-то, а на последнюю выдаёт:

— Отшлёпаю, — взгляд его голубых глаз таков, что я понимаю, он не шутит.

— Неа, у тебя руки заняты, — смеюсь я и вытягиваю-таки медведя из-под руки Игоря, воспользовавшись тем, что у него руки заняты для сопротивления и наказания.

— Вот же ты упрямая, — вздыхает Игорь.

— Так ты определись, я милая или упрямая? — смотрю Игорю в глаза лукаво, и он смеётся.

— Мило упрямая. Ключи достанешь? — просит Игорь, подойдя к машине.

Мне хочется хулиганить, обшарить все карманы на его брюках, а заодно и пощупать все стратегически важные места, но я этого не делаю. Вижу, как на напрягшихся от тяжести руках вздулись вены и лезу рукой в тот карман куртки, который мне подставил Игорь. Снимаю с сигнализации и открываю багажник. В глаза бросается капуста без макушки.

— Как ты и её ещё потащишь? — спрашиваю, пока Игорь ставит пакеты в багажник. Хочу уговорить его помочь ему.

— Я справлюсь. И не смотри на меня так, ты кроме наших детей, ничего тяжелей таскать не станешь, — уверенно отвечает, даже на секунду не задумался.

— А как же Боня? Большая собака вырастет, — улыбаюсь я.

— Собака считай как ребёнок, — подмигивает Игорь и нахлобучивает на мою голову капюшон, одновременно закрыв багажник.

— Мне нужна шапка, такая с вязками как у варежек в детстве, чтобы не терялась.

— Ага, на петельку привязать, только ты надевать её забудешь, — посмеивается Игорь и даже немножечко ворчит.

— Обещаю не забывать.

— И колготки с начёсом, — требует Игорь.

Вот откуда только такие познания и такая забота о женском здоровье?

С шутками про замороженных девиц и подруг менингита, садимся в машину и едем ко мне. По пути домой я немножечко отвлекаюсь на телефон. Мои подруги уже проспались и отдохнули после пятничного отдыха и дают о себе знать. В общем чате с аватаркой ошалевших курочек и под названием «Банда вонючий ветер», количество сообщений растёт в геометрической прогрессии. С промежутками в несколько секунд Лиза с Ксюхой делятся впечатлениями о наших пятничных кавалерах, Аня всё это щедро разбавляет вопросами по учёбе и стенаниями по поводу предстоящего зачёта.

В моей голове сразу строится логическая цепочка. Зачёт в среду, а мы справки получим в среду утром и на зачёт я если и пойду, то точно завалю, а значит, переживать по поводу его нет смысла.

Я не пытаюсь всё прочесть и вступить в беседу, мельком пробегаюсь глазами и думаю улизнуть по-английски, но Ксюха с воплем замечает, что галочки посинели, а значит, все собеседники в сети и я в чате. Следом от неё же прилетает вопрос:

«Как зять? Ещё не слился?»

— Игорь, — обращаюсь я к потенциальному зятю своей мамы.

— Да, — он отвлекается от дороги и бросает в мою сторону взволнованный взгляд.

Ну что ты так волнуешься? Всё хорошо!

— Девочки переживают, можно, я тебя им отошлю?

— Меня? Им? Не не надо, мы же борщ готовить хотели, — отвечает Игорь, мотая головой туда-сюда, чтобы и на меня посмотреть и на дорогу.