Света Тень – Мои путешествия во сне и наяву. Сборник рассказов (страница 18)

И я понимаю, почему на улицу нельзя. Там нечего делать. Зрелище очень унылое, деревьев нет, запах дыма и гари, нечем дышать, в горле сразу запершило, я закашлялась, лишь красную пыль ветер гоняет по пустынным улицам, да проносятся по воздуху редкие автомобили. Дома все уродливые, это старые дома, которые я помню, но сверху надстроено по пять-шесть этажей, никакой красоты, никакой архитектуры, некому смотреть, кое-где остались просто стены, фасады старых домов, руины, а за ними высятся многоэтажки, уродливые, современные здания, я с трудом узнала бывший ВостСибУголь. Я вышла на поверхность на улице Ленина, я узнала улицу, иду в сторону площади Кирова. Машины летают по воздуху. Иногда они приземляются не на асфальт, а на крыши домов. Я наблюдаю за этими машинами. Машины все гоночного типа. Резкий старт. Машина проезжает метров 10 по улице и потом резко взлетает, колеса убираются, как шасси, из сопла вырывается красное пламя, вот, кто загрязнил весь воздух, а после на бешенной скорости с рёвом она исчезает вдали. В зданиях работает система очистки и хорошо развита вентиляция, здесь же, на поверхности, нечем дышать, совсем нечем, на улицах никого нет, ни кошек, ни собак, ни птиц – мёртвый город.

Как мне объяснили, человек тут совсем безправен, если какой водитель случайно разобьёт окно, а это происходит постоянно, ему за это ничего не будет. Человека закон не защищает, только убийство может привлечь внимание суда, а что-то менее страшное нет. Так вот, если кто разобьёт окно, то если ты подашь жалобу, это дело будут тянуть годами, поэтому житель берёт с виновного без суда 500 рублей (с его карточки, реальных денег нет) – это половина стоимости окна, а вторую половину выплачивает сам, потому что без окна жить нельзя, надо срочно застеклить, пока не отравился этим воздухом, пока красная пыль не поселилась в лёгких, не убила тебя. И вот какой пенсионер отдаёт половину своей пенсии за окно (эти окна очень дорогие), потом живёт месяц впроголодь, но за стеклом. Я наблюдаю за этими машинами, как он взлетают, как садятся, как убирают колеса, на таких шарнирах выдвигается колесо и складывается боком под брюхом машины, пилоты в шлемах и модных, спортивных костюмах, похожих на скафандры, они гоняют по городу на большой скорости, частенько не вписываясь в повороты, сносят куски крыш или же ещё чего, но этих машин совсем мало, это, наверное богачи. Но тут позвонил папа и вернул меня из будущего в настоящее.

Сны апреля

сон 1

Приснилась сегодня Нора. Сначала мы бухали с Горыной и Олегом в нашей комнате у родителей, пили пиво из кеги, оно во все стороны брызгало через щели, а папа принимал ванну и топил соседей, у него вода протекала. И мне сказали, что Нора умерла, и пили мы За упокой! Но потом я пошла на кухню, а там Нора живая, я так разозлилась, зачем обманули? зачем похоронили раньше времени. Нора, конечно, совсем плоха, даже встать не может, лапы разъезжаются на линолеуме, вся попа в какашках, сама какая-то грязная, но аппетит хороший, я скормила ей три сырых лытки, она лежала широко расставив лапы и с удовольствием грызла сырое мясо. Жить будет! Раз ест, значит все в порядке. И мы продолжили пить уже За здравие!

сон 2

Приснилось мне, что в гости ко мне пришли Таня Свистунова и Варвара Бойкова. Очень плохо помню, что мы делали, зачем они ко мне пришли. Помню, что Варя принесла зелёный виноград, а он оказался плохой, в плесени, половину пришлось выкинуть. Она не специально, просто у нас любят подсунуть гнилой товар доверчивому покупателю. Помню, что они смотрели телевизор, хотя я телевизор вообще не смотрю. Этот сон мне приснился в середине ночи, до других снов, поэтому к сожалению не помню, что там ещё было. И ещё один сон потерялся, если вспомню, напишу позже.

и снова снилась Красноярская, щенок-младенец, я кормлю его молоком из груди, он засыпает, но прибегает большой доберман, я его отгоняю, малыш просыпается и кричит, плачет, приходится снова кормить. Молока много, так и брызжет.

Сон о том, что долго спать вредно

Сегодня я выключила все будильники и спала до последнего, точнее до половины двенадцатого. Воскресенье же, хоть раз в неделю выспаться. И приснилась мне Красноярская. И как всегда это бывает со снами про Красноярскую, был кошмар про дверь. Я дверь закрываю, а некие подозрительные типы её открывают снаружи, я снова закрываю, а они снова открывают и так до бесконечности, пришлось мне их пристрелить, этих двоих в костюмах, так как это было начало долгого кошмарного сна, то я уже не помню, каким пистолетом я их застрелила, было ли у меня своё оружие, или же отобрала у них табельный пистолет. Неважно, в общем я их застрелила на площадке. Они улыбались. Один умер сразу, второй был ранен, я его стала добивать ножом, но не смогла, рука не поднялась убить, я ударила его в шею, он лежал и истекал кровью. Тогда я позвонила в милицию 02, назвав адрес сообщила о преступлении, зайдя в дом я стала вызывать и скорую 03, ведь один был ещё жив, надо его спасти. Потом пошла на площадку встречать врачей, настроение хуже некуда, в тюрьму не шибко охота, но у меня не было выбора, они хотели залезть в мой дом, очень хотели. В коридоре стояли вежливые военные и сказали, что не надо скорой, не надо милиции. Я опять заскочила в квартиру, и всё повторилось, я закрываю дверь, они открывают. Нора рычит, я её привязываю, боюсь, что её убьют люди в форме. Я закрываю, они открывают, высверливают замок. Вижу, что они с той стороны стены установили какой-то следящий датчик, его почти не видно, но если долго и внимательно смотреть на стену, ведущую в подъезд, видно некоторое свечение, прямо внутри стены. Мне страшно, это кошмар. Я выглядываю в подъезд, тел уже нет, военные прибрались, ни милиция ни скорая помощь так и не приехали. Это не просто военные, догадываюсь я, это спецслужбы, чувствую себя совершенно беззащитной. Моя маленькая дочка плачет, я прячу её в дальней комнате, успокаиваю. Я очень боюсь за детей, что они вломятся и застрелят Бернарда, он же такой большой, а на самом деле ещё ребёнок. Я боюсь, что они отнимут у меня детей, что ювеналы заберут их, ведь я убила одного из них. Я думаю, куда нам сбежать? И понимаю, что бежать некуда, сбережений совсем нет, к родителям? Нас там сразу найдут, бежать некуда и не на что, мы в ловушке, такая безысходность. Безнадёга. Военные наконец проникают в квартиру, они вежливые, но мне всё равно страшно. Начинают обыск. Достают такой типа большой магнит, который притягивает к себе всё крупное железо, женщина в форме, светит специальным фонариком, она нашла, что искала, в стене, под полом тайник. Я же, прижав к груди напуганную дочурку, пытаюсь подружиться с военными, завожу разговор, ищу общие знакомства. Но я не так уж и много военных знаю. Спрашиваю, знают ли они Лободу Владислав Ивановича, он полковник, лётчик, штурман. Мне кажется, что звание полковник должно подействовать. Тут выходит один из следователей из дальней комнаты, вынося охапку различных вещей, которые принадлежали как раз Владислав Ивановичу. Они там были сложены в шкаф, их никто не трогал, назначения их я не знаю, компьютеры, какие-то навороченные лампы, что-то видать сверхсекретное. Военные уходят довольные, забрав всё то, что они нашли. Я было уже успокаиваюсь, закрываю дверь, захожу на кухню, а там на верёвках у окна со стороны улицы, висит Аркаша Баиров и ковыряет отвёрткой в окне. Я подбегаю и спрашиваю, что он делает? Аркаша отвечает, что его наняли, чтобы он так сделал окно, чтобы через него можно было проникнуть внутрь, чтобы оно не закрывалось окончательно, ну точнее оно закрывалось, но его при этом можно было открыть снаружи. Я возмущаюсь, пытаюсь ему помешать. Но он уже всё подкрутил и лишь проверяет свою работу. Окно открывается, не полностью, но достаточно для того, чтобы человек мог протиснуться в образовавшуюся щель. И удовлетворённо сваливает на своих верёвках вниз. Меня это ужасно злит, мало того, что они открывают без спросу мою дверь, что они установили датчики слежения в стену, так теперь они и через окошко могут влезть теперь в любой момент. Ну тут я и проснулась, спать долго вредно. От этого сна осталось очень тяжёлое чувство, будто я вовсе и не выспалась, а наоборот жутко устала, устала воевать, убивать, бояться. Такая вот пасхальная история.

сон 3

Довольно забавный сегодня случился сон-матрёшка, это когда во сне думаешь, что не спишь и вспоминаешь сон, который снился только что, и уже и впрямь непонять, какой сон был первый, какой второй? Ну и вообще в голове у меня всё перемешалось, остались лишь обрывки. Попробую записать, пока всё не забыла.

Снилась мне общага или коммуналка, некое общежитие, мы там спать легли, ванна тут же, текут все краны, как обычно в коммуналке, я спрашиваю Сашу, почему он не отремонтирует краны? Пытаюсь закрыть, но бесполезно, а ещё лужа на полу, мутная, мыльная вода. У нас есть ещё комната пониже этажом, надо забрать туда наши вещи. И нас там много, ещё народ подселили. Вдоль стен постелены матрасы, спим прямо на полу, а в центре лежат собаки, штук двадцать, не меньше, спят в обнимку, большие, маленькие, щенки и взрослые, породистые молоссы: доберманы, боксёры, мастифы. И вот кто из них рыкнет, все остальные тут же начинают шевелиться, поднимать головы, навострив уши, всматриваться, вслушиваться, успокаиваются, снова засыпают таким живым ковром, потом снова какой щен во сне заскулит, затявкает, переполошит всю стаю. Мне говорят, возьми собаку. Я отвечаю, не могу, вот не могу, хотя если бы кто подарил мне щенка добермана, то взяла бы, пожалуй, питаю я к этой породе слабость. Вот проснулась и думаю, а ведь верно, не отказалась бы, но только не от щенка-подростка или взрослой собаки, которую уже испортили, а от месячного щенка, но кто же мне его подарит?