Света Клинг – Марго идёт по следу (страница 1)

Света Клинг

Марго идёт по следу

ПРОЛОГ

Я появилась на свет в самом излете прошлого века, в старом двухэтажном роддоме, утопая в какофонии младенческого рева и неумолчного хора рожениц. Мои новообретенные товарищи оказались народом неугомонным, и посему блаженную тишину сна я обрела лишь спустя пару недель, уже дома, в уютном коконе белоснежной простыни, любовно уложенной в видавший виды чемодан. Очевидно, я спешила увидеть этот мир, ибо покинула материнское лоно на седьмом месяце, недовесив до нормы добрую половину граммов. Три шестьсот на два… да, не густо. В такой чемодан, как в колыбель, можно было уложить троих таких, как я, и места хватило бы всем.

Разумеется, кроватка у нас имелась. Как и положено, с перекладинами, ящичками и прочими атрибутами младенческой мебели. Но она уже года три как была оккупирована моей вездесущей конкуренткой – старшей сестрой Софочкой, а скромные габариты нашей «малосемейки» не позволяли разместить второе спальное место. Мне были обещаны собственные апартаменты, но только после расширения жилплощади. В далекой перспективе, так сказать. Но я не обижалась – миллионы детей по всему миру спят в кроватках, даже не смея мечтать о личном чемодане. Поэтому я весело улыбалась немногочисленным родственникам, друзьям, подругам и просто маминым знакомым, пришедшим поглазеть, в большей степени на мое экзотическое ложе, нежели на мою, скромную во всех отношениях, персону.

Поначалу чемодан вызывал у них гораздо больший интерес, чем я сама, но вскоре всеобщее внимание переключилось на меня, и число желающих посетить наше жилище заметно возросло.

– Ой, а что у нее с глазками? – спросила однажды крашеная в огненно-рыжий цвет тетка мою родительницу.

– А что у меня с глазками? – настороженно промычала я и затаила дыхание, дабы не пропустить ответ своей экспрессивной maman.

– Не знаю, – мамочка моя всегда отличалась удивительной честностью, – так и было.

– Наверное, в отца, – резюмировала Рыжая.

– Не в меня – это точно, – ответила мамуля и, дабы пресечь поток моих вопросов, сунула мне в рот соску, а затем прикрыла мое «гнездо» красивой ажурной занавеской, пряча от нескольких пар любопытных глаз.

– А кто он? – не унималась тетка. – Я его знаю?

– Может быть, – уклончиво ответила родительница, – да это и не важно.

– Как это не важно? – хотела возмутиться я, но неожиданно для себя уснула.

Это сейчас у меня пять или шесть отцов, а родилась я наполовину сиротой. Бывает и такое.

Время шло, я росла, и вскоре моя необыкновенная кровать стала мне тесна. Мамочка к тому времени затеяла небольшую перепланировку, и на месте некогда просторной ниши появилась тесная детская комната. Нас с Софочкой разместили по этажам двухъярусной кровати, где мне было отведено место внизу, что безмерно обрадовало старшую из дочерей и ничуть не огорчило меня. Что ни говори, а карабкаться с верхнего яруса на горшок было весьма неудобно. Пока мамуля, Рыжая и еще несколько малознакомых мне людей праздновали завершение ремонта, по счастливой случайности совпавшее с моим днем рождения, мы с Софочкой наслаждались своими «шикарными» квадратами. Теперь у нас были личный стол, кровать – одна на двоих, но зато какая, и даже таинственный шкаф с зеркалом на лакированной дверце. Одним словом – мечта! Именно в этот день, а если быть точнее – ночь, со мной произошло то самое нечто, которому я до сих пор не могу дать объяснения. Софочка уже мирно спала над моей головой, прижимая к себе огромного плюшевого медведя, подаренного мне на годовой юбилей, когда дверца шкафа сама собой тихо отворилась, и из образовавшегося проема высунулась огромная голова со сверкающими в полумраке зелеными глазами, а вслед за ней оттуда же вывалились четыре лапы и длинный кошачий хвост.

Не скажу, чтобы я сильно испугалась, но на мгновенье все же беззвучно открыла рот. Оглядевшись по сторонам, невиданный мною доселе зверь шмыгнул ко мне на кровать и, обнюхав со всех сторон, лизнул шершавым языком в левое ухо. На ощупь он оказался мягким и очень приятным, что несказанно меня обрадовало, и я незамедлительно потянула это чудо за хвост. Ошарашенное таким поведением животное поспешно ретировалось и резво юркнуло обратно в шифоньер. В погоне за ним я звонко шлепнулась на пол, но когда добралась до места таинственного посетителя, там уже никого не было.

1

С того дня минуло больше двадцати лет, но, как ни странно, я до сих пор помню всё до мельчайших деталей. Я по-прежнему живу в этой квартире, но теперь одна. Софочка упорхнула за границу с мужем, maman, напротив, в который раз сбежала от супруга и обзавелась собственным, комфортабельным жильём, щедро подаренным третьим мужем, и теперь навещает меня лишь изредка. Двухъярусная кровать и прочая мебель тех времён давно покинули эти стены, уступив место современной, пусть и недорогой, но вполне приличной обстановке. Лишь старый деревянный шкаф с зеркалом во всю лакированную дверцу по-прежнему возвышается на том самом месте, словно не прошло и четверти века. Теперь здесь мой кабинет, а я – молодой и, как говорят, перспективный специалист в области ландшафтного дизайна.

– Ритка, ты там уснула что ли? Пятый раз названиваю, а ты трубку не берёшь! – ворвался в тишину голос Катьки, моей лучшей подруги. – Опять где-то ночью пропадала?

– Нигде я не пропадала, – рассеянно ответила я. – Просто задумалась.

– Вообще-то, мы сегодня собираемся, забыла?

– Нет, не забыла, – соврала я, бросив взгляд на мерно тикающие под потолком часы. – Уже одеваюсь.

– Ну, тогда ладно, не буду мешать, – мгновенно успокоилась подруга и тут же отключилась.

Времени оставалось в обрез, нужно было поспешить. С зеркала на меня насмешливо взирали огромные, чуть выпуклые глаза, совсем не похожие друг на друга. Один – ярко-голубой, другой – тёмно-карий, почти чёрный. Именно это обстоятельство когда-то давно поразило рыжую тётку и значительно увеличило число желающих поглазеть на диковинное дитя. Чуть вздернутый нос, усыпанный россыпью веснушек, и немного великоватый рот дополняли картину. С волосами тоже был полный бедлам: красно-рыжие кудри тугими пружинками торчали во все стороны, словно взбесившиеся штопоры. Зрелище не для слабонервных, но сейчас мы это исправим. Собрав непослушную шевелюру в хвост, больше похожий на метлу после удара током, я слегка коснулась тушью длинных ресниц. Всё, половина дела сделана – осталось подобрать наряд. Мой выбор пал на глухое спереди и весьма откровенное сзади платье цвета морской волны. Я мигом нырнула в него и, накинув сверху серый кардиган свободного кроя, почувствовала себя полностью экипированной и покинула квартиру.

Муж Катьки – Константин, бизнесмен, а сама она – типичная блондинка, одна из тех, про кого сейчас модно рассказывать анекдоты. Причём подруга их просто обожает. Не знаю, мне было бы, наверное, обидно. Кажется, Катька вообще не умеет обижаться – она всегда в прекрасном расположении духа и в отличной форме, несмотря на недавние, тяжёлые роды, подарившие ей очаровательных двойняшек. Живёт она со своим семейством на окраине города, в огромном трёхэтажном особняке постройки конца позапрошлого века, и наслаждается тишиной и свежим воздухом, недоступными рядовым горожанам. Взяв такси, я взглянула на часы: у меня ещё целых полчаса, значит, я успеваю на праздник без опоздания. Меня это не особо волнует, но вот Костика всегда раздражают непунктуальные люди. Вслух он, конечно, ничего не скажет, но потом Катька, в силу своего интеллекта, просто изведёт любого, кто посмел не прибыть вовремя.

Машина остановилась у массивных ворот, и, расплатившись с таксистом, я направилась через маленькую калитку, встроенную в забор, вглубь двора, усаженного подстриженными кустарниками. Мельком отметила несколько дорогих автомобилей, припаркованных у самого въезда. Не перестаю удивляться, как ей удаётся содержать в полном порядке такую огромную территорию. Конечно, ей помогает садовник – немолодой уже дядька с помятой внешностью, но всё же уследить за таким объёмом работ для меня нереально. А вот и она сама, как всегда великолепна. Красное платье с кружевными вставками изящно облегает её безупречную фигуру, длинные, почти белые волосы аккуратно забраны в замысловатый пучок, делающий Катьку похожей на учительницу младших классов элитной школы. Туфли на таких высоченных каблуках, что мне даже подумать страшно о том, чтобы такие надеть. А она хоть бы что, руки расставила для объятий и семенит, не глядя под ноги. Я бы давно уже переломала свои и спешила не на вечеринку, а в травматологию, если не в реанимацию. В своём лучшем платье я сейчас выгляжу кухаркой по сравнению с ней, но прячу смущение и тоже развожу руки для "обнимашек". Не доходя пару шагов, спотыкаюсь и валюсь в объятия своей давней подруги.

– О, да ты не меняешься, Маргарет, – весело рассмеялась Катька, обнажив два ряда безупречных зубов. – Всё так же спотыкаешься на ровном месте.

– Постоянство – мой конёк, – отшутилась я, нагнувшись, чтобы вытащить туфлю, застрявшую каблуком между брусчаткой.

– А я уж подумала, что ты про меня забыла.

– Ну что ты, дорогая, – с силой выдернула я башмак. – Ты же моя лучшая подруга!

Катька довольно кивнула и, схватив меня за локоть, потащила к открытому бассейну, расположенному справа от центрального входа.