Sveta Bel – Засланка по собственному желанию (страница 59)
И вот ни один, ни второй, ни третий раз не притупили моего желания.
А Кат отвечала и отвечала.
Ее тело было таким уютным для меня, оно с такой готовностью принимало меня! А финал с криком Кат и бурным содроганием наших тел, приносящий неподдельное удовольствие обоим.
Я не помню, чтобы у меня так было с ней в начале.
Больше скажу — такой реакции мой организм не выдавал ни на одну женщину.
А я знаю о чем говорю!
Выпускать Кат из рук вообще не хотелось.
Я и не выпускал. Она засыпала у меня на руках.
Самое поразительное, что она мне ни разу не сказала «нет». Я бы понял ее, если бы она меня остановила. Но она ни разу мне не отказала. А я от нее окончательно потерял голову!
Видно я слишком увлекся и замучил ее. У нее были такие сонные глазки и она еле шевелилась. Устала, моя королева!
Поэтому я уложил ее в кровать и она уснула. А я уснул с ней рядом. У меня тоже было много работы. А сегодняшний вечер принес мне столько удовольствий от общения с женой!
Даже спать рядом с ней было сказочно приятно. Я и во сне не выпускал ее из рук.
38
На самом деле я человек далекий от романтики.
Все эти юношеские сопли из меня выбили военные годы, а потеря семьи сделала меня еще более жестким.
Мне, довольно молодому человеку на момент коронации, пришлось доказывать свою состоятельность, как повелителя этого королевства.
А это не прибавляет мягкости и романтики.
Нужно было с первого раза показать, что я не собираюсь потакать кому-либо из советников и знати или либеральничать с ними только потому, что он мне в отцы годится.
Тогда нужно было сразу показать, что я не мямля и управлять мною у них не получится.
Если жизнь требовала, а она требовала, происходили смещения министров, аресты аристократии, лишения званий и имущества, взыскания, штрафы и даже ссылки. Много чего было и нужно было выстоять, чтобы восстановить королевство после войны и не навлечь гражданское недовольство внутри королевства.
Поэтому я был строг, но старался быть справедлив по отношению ко всем подданным одинаково.
Трудно было.
Очень.
Тем более, что к власти готовили моего старшего брата, а не меня. Но я был военным и умел подчиняться дисциплине сам. А также отдавать приказы и требовать их исполнения.
Вот и пришлось призывать дисциплину в подчинении мне, как молодому королю.
Поэтому, как правильно однажды заметила Кат, я привык приказывать и привык, что мои приказы выполняют. С самого начала моего правления я вынужден стать жестким, требовательным и постоянно быть в курсе всего происходящего в подвластных мне землях. И я уже привык быть таким.
Ну о том, как бесила меня жена, когда спокойно отвечала мне «нет», разворачивалась и уходила, я уже говорил не раз. Такое открытое неподчинение и восхищало (никто такого себе не позволял до нее) и выводило из себя.
Я вот этим вечером она открыла для меня новую грань себя.
Оказывается она может быть прекрасной хозяйкой. Именно хозяйкой, которая умеет приготовить покушать, помыть посуду и даже выпить с мужем.
Моя мама устраивала нам с братом пикники, но сама никогда не готовила, не убирала и не мыла посуду. Думаю и с папой она никогда не выпивала. Ну если только иногда бокал вина... А так больше чай.
Но вот так как мы с Кат сегодня... А мне понравилось!
Весь вечер я любовался своей женой.
Эта малышка с лицом наивной девочки и характером опытной женщины, кажется, покорила меня окончательно.
И после всего она еще оказалась потрясающей любовницей.
Про жену так не говорят, наверное.
Тогда я не знаю, как правильно сказать.
Нет, знаю — моя Жена. Именно так, с большой буквы.
А еще в ее глазах светятся такие звезды! И я готов приклоняться перед моей королевой, пусть только эти звезды светят мне постоянно.
И вот я, засыпая с ней рядом, испытываю такую гамму чувств одновременно. Тут и гордость, и тепло, и возбуждение, и расслабленность, и открытость, и желание ей угодить, и заботиться о ней, и оберегать. Давно я уже не был таким ... человечным.
Она мне опять напомнила мою семью и как нам было хорошо вместе. В кругу родных мы были просто людьми, а не правителями и их наследниками. Мы интересовались делами друг друга, заботились и помогали кто и чем мог...
А еще я понял, что теперь точно ее не отпущу! И как я мог отказаться от такой женщины? И что я за слепец, что не смог разглядеть раньше, какое сокровище мне досталось? А еще король! У себя под носом не замечал такого подарка судьбы!
Одним словом мне хочется ее обнять, спрятать от всего мира и наслаждаться ее обществом постоянно и неотрывно. И это со мной сделала женщина, которая еще недавно смотрела на меня запуганным мышонком, а я планировал от нее избавиться.
Как же однако радикально жизнь порой меняет наши планы! И я рад, что все так случилось и получилось с нами. На этой радостной мысли я и уснул держа в объятьях свою Кат.
Проснулся я по привычке очень рано. Не смотря на то, что мы уснули совсем поздно (или уже рано), для сна мне хватало несколько часов. Вот и сейчас я уже чувствовал себя выспавшимся.
На душе было спокойно и хорошо, а под боком спала моя жена.
В комнате было очень тепло и простынку, которой я накрыл нас Кат сбросила.
В свете раннего утра она выглядела восхитительно. Спящая она походила на ангела. Ее слегка вьющиеся волосы разметались по подушке, Она лежала на спине и одна рука была поднята над головой, головка повернута в мою сторону и лицо милое и спокойное. Вторая рука вытянута вдоль тела. Одна ножка тоже вытянута, а вторая согнута в колене и откинута в сторону.
Красивая грудь мягко вздымается при каждом вздохе, треугольник волосков между ног так и манит погладить.
Я даже не представлял, какая манящая моя малышка, когда спит.
То, что теперь я не смогу отказаться от нее я уже понял еще вчера.
А вот именно сейчас я опять хочу ее!
И вот пока она спит мне захотелось поцеловать ее в самое сокровенное.
Этот цветок вырос и раскрылся именно для меня и именно я был первым.
Но тогда я не почувствовал всей «сладости» этого цветка. А теперь я распробовал его. И не могу (и не хочу) отказывать себе в этом удовольствии.
Вот и сейчас хочу поцеловать «лепестки» и сердцевину моего цветочка. Осторожно я опустился, аккуратно подсунул руки под такую упругую и приятную для прикосновений попочку и поцеловал свой цветочек.
Тело моей Кат ответило мне согласием.
Оно слегка выгнулось и открылось еще больше, а от Кат послышался сонный, но вожделенный стон. Это воодушевило меня и я постарался, чтобы пробуждение Кат было очень приятным.
А потом она окончательно проснулась и отблагодарила меня доставив удовольствие. Она приняла меня, подарила всю себя и покричав для меня с утра.
Правда потом попросилась еще немного поспать, что я ей и позволил.
С улыбкой на губах я решил вставать. Иначе не дам ей поспать.
Пока Кат спит, решил помыться, немного размяться на улице и приготовить нам завтрак.
Жутко хочется доставлять удовольствие своей девочке всеми доступными мне способами. Мне очень хотелось приручить эту строптивицу к себе.
Сняв с нас одежду в первый вечер я больше не одевался сам и не позволял одеваться моей девочке. Мне было очень приятно на нее глядеть, чувствовать ее тело.
Я думал, что она будет очень сильно сопротивляться и стесняться. Но опять был удивлен ее смелостью в этом вопросе. Конечно я поддерживал в доме ту комфортную температуру, что бы она не мерзла и не старалась завернуться в плед, одеяло или вообще натянуть на себя платье.
А она и не пыталась скрывать от меня свою красоту. А ее походка... Упругие бедра плавно покачивались, ровные ножки ступали мягко и грациозно, гибкая спинка была ровной... И когда я протягивал руку и звал: