Sveta Bel – Веда (страница 50)

— Думаю, что так будет правильно — ответила я ему

— Согласен — улыбнулся он мне — Извини, что напугал

— Ничего. Я просто задумалась.

Он кивнул на мои слова

— Ашгары далеко? — спросил он меня

— В лесу. Я просила из не подходить близко, чтобы с ними ничего не случилось. Но они сказали, что будут рядом и чтобы я позвала их если понадобиться их помощь

— Хорошо — опять кивнул Джаринг и одновременно вытащил из-за моих плеч мои мечи

— Что ты делаешь? — возмутилась я

— Забираю оружие — совершенно спокойно ответил он

— Но!..

— Сейчас мы идем ужинать — перебили меня — И девушка ужинающая в полном военном обмундировании вызовет подозрение у наблюдающего за нами противника

А ведь он прав! Мы же должны им показать, что мы ужинаем и собираемся отдыхать. И тут я такая вся вооруженная! Что-то я не подумала.

— Ты прав — согласилась я

— Конечно прав! — щелкнул меня по носу Джаринг

Я только глазами на это захлопала.

Это что такое? Он меня так дурочкой обозвал? Мне нужно на него обидеться? У меня непроизвольно надулись губы.

— Ты что обиделась? — спросил Джаринг и обнял меня свободной рукой за плечи

Мои мечи он аккуратно держал одной рукой

— Не обижайся на меня, посланница Старого Бога! — серьезно сказал принц, а в глазах плясали чертята — Потом мне все выскажешь, если еще будет настроение на это. А сейчас пошли кушать и ждать «гостей»

И он прижал меня к себе еще крепче и повел к костру. Подвел, усадил и к ногам сложил мои мечи. Оружие всех воинов, кто сидел сейчас тут, так же лежало у ног воинов.

Когда я села мне в руки передали миску с ужином и кружку с отваром. Отвар я тоже поставила к ногам, а за ужин принялась с большим аппетитом. Ели все быстро и тихо, как и в моем видении. Миски после того, как мы поели были собраны, но пока отставлены в сторону. А вот с отваром в руках все сидели в ожидании сигнала.

— Пейте! — посоветовала я — Это придаст вам сил. Наш противник тоже за день устал. И у них нет возможности сейчас поужинать, как у нас. А отвар еще и восстановит ваши силы.

Говорила я тихо, но меня услышали все. И отвар стали пить, а не просто держать в руках создавая видимость. Я обратила внимание как Рэм посмотрел на свою чашку. Ему хотелось попросить кипятку, но он помнил о моих словах. Я смотрела на него, когда он оторвал взгляд от своего отвара и глянул на меня. Ему я просто улыбнулась.

Он кивнул в ответ и стал пить. Он делал довольно большие глотки, но пил не залпом, а поддерживая впечатление неспешного ужина. И вот от очередной раз подносит чашку с отваром к губам и тут раздается стук о ствол дерева. Он дергается и опрокидывает на себя отвар.

Нервничают все. И это заметно.

Сама я все это уже видела и пережила, потому что каждое видение — это маленькая жизнь. Мы, веды, не только картинки видим, но и настроение чувствуем и переживания. Так что среди воинов я, вроде как самая подготовленная к грядущим событиям, но… Я нервничаю.

И сильно!

И переживаю я за всех.

Но сейчас не время на эмоции, сейчас время на действия! Мы все подхватили свое оружие и ринулись на сигнал охранки. Я взяла в обе руки свои мечи и так и шла замыкающей. С той стороны уже слышались звуки боя.

Это наши не давали возможности нападавшим прийти в себя и понять, как вернуть преимущество. А их преимущество в количестве.

Вот именно сейчас я почему-то это поняла очень остро.

Наши воины ринулись в лес. Несколько человек окружили короля и принца, а они, в свою очередь, встали впереди меня

— Их больше нас — сказала я в спины мужчин

— Ничего, пока мы их опережаем, а это не мало — ответил мне Крист не оборачиваясь — Алула, постарайся держаться за нашими спинами

— Постараюсь — не стала его расстраивать

А звуки боя уже были намного четче и мы ринулись туда. По шуму стало понятно, что противник не успел еще окружить наш отряд. А нападение наших воинов из засады заставил противника не рассредоточиться вокруг лагеря, а вернуться туда, где им оказали сопротивление. Вот и мы двинулись на помощь нашим.

На руках наших воинов была привязана белая полоска. Уже стемнело и это помогало ориентироваться. Свет от костра помогал заметить эту нашу примету. Мужчины вклинились в бой прямо со спины противника. Наш первый отряд пропустил противника слегка вперед и напали на них с тыла.

Отряд противника развернулся в их сторону отбиваясь, а вот мы опять зашли им в тыл.

— Алула, смотри, чтобы нас не окружили — отдал мне приказ Джаринг

— Хорошо — ответила я

Я озиралась по сторонам стараясь замечать все подозрительные движения. Но противника я не видела. Похоже мы все таки смогли их обмануть и окружить. И сейчас мужчины уничтожали отряд нападавших.

Бой был ожесточенным, но коротким.

Наш маневр удался! Противник был повержен! Среди наших воинов были раненые. Троих зацепили. Но все ранения оказались не самыми серьезными.

А вот противника в живых не оставляли. Вернее парочка были еще живы, но им уже ничто не поможет. Меня старались отгородить от тел мертвецов, но я настояла на «общении» с теми, в ком еще теплется искра жизни. Возможно удастся узнать что-нибудь полезное.

Я подошла к первому, взяла его за руку. Его взгляд был равнодушный и пустой. Лицо перекошено болью.

Семья довольно крепкого, зажиточного крестьянина. Он младший из сыновей. Вот только его мать жива, а мать старших сыновей умерла. Отец женился на его матери после смерти первой жены.

Его мать не питала теплых чувств к сыновьям мужа, но старалась не сильно показывать это при муже. А вот когда она сама родила сына — сын для нее стал центром ее вселенной. Муж был не плохой. Не злой, не жадный, работящий, спокойный, даже заботливый.

Но вот любила она только своего сыночка. Ему доставалось все самое лучшее. Старшие сыновья во всю помогали отцу, а вот он, младшенький, был младшеньким и маленьким. Так он и рос, пока не вырос в оболтуса, который верил, что вся семья должна крутиться вокруг него.

И как же его возмущало, что отец и старшие братья отказывали ему в деньгах, развлечениях и просто по пустякам — в покупке новой одежды, не купили ему коня, которого он приметил на ярмарке, не завели для него собаку… Нет собаки то в хозяйстве были, но то был особый кобелек. С такими зачастую гуляют представители высшего света.

Так вот его и довели, что однажды он познакомился с людьми, которые проповедывали новую религию. Что Старый Бог изжил себя и его больше нет в нашем мире. А новый Бог он думает о всех и прежде всего о тех, кто думает о себе сам. Вот он о себе думает и поэтому о нем всегда и Бог думать будет.

Одним словом он достоин быть богатым, знаменитым, а для этого нужно просто брать от жизни все, что Бог дает.

И такие как его старшие братья умеют только работать и не умеют радоваться жизни в отличии от младшенького. Поэтому младший и достоин жить хорошо.

Ему понравилась философия нового Бога и он примкнул к рядам его последователей. Да, они брали у тех, кто не умел радоваться жизни.

Вот и сейчас их заданием было взять все, что было в королевском отряде. Ну да, королевская семья в лице братье должна погибнуть, а вот к власти придет представитель новой веры, а вот он младшенький будет в числе его приближенных. И ждет его богатая и праздная жизнь!

Он бы доказал отцу и братьям чего смог добиться…

Однако вот все пошло не по их плану. Не по плану их старшего.

А он ведь умный мужик и раньше все у них получалось. И деньги у него всегда водились. И своих братьев, то есть их, примкнувших к его отряду, он никогда не забывал.

Вот и сегодня они должны были просто окружить отряд, дождаться, когда все крепко уснут и просто уничтожив всех и забрать их сокровища. Но все пошло не так. Они даже окружить отряд еще не успели, как один из воинов зацепился за что-то и раздался громкий стук о ствол дерева, а потом, как из под земли, выросли воины, которые порешили сразу несколько человек.

А дальше пришла подмога со стороны отряда, что находился у костра.

Так глупо все получилось и все они полегли тут.

Не быть младшенькому приближенным нового короля.

Лицо их предводителя последнее, что он вспомнил.

25

Это лицо я уже где-то видела. Вспомню чуть позже, а сейчас нужно успеть считать что смогу со второго умирающего. Если еще не поздно.

Он мечтал стать главой рода. Под его умелым правлением род будет только прирастать землями и богатствами. Он не будет мягкотелым мямлей, кого каждый паршивый крестьянин сможет облапошить сославшись на свои трудности.