Сусанна Ткаченко – Судьба исправлению подлежит. Шаг первый (страница 9)

Конечно же, он мне не поверил. А рассказывать ему сразу всё, что произойдет, — неумно. Видения — это короткие, не всегда понятные сценки. Даже если у меня было их несколько подряд (что уже нереалистично), я бы не смогла сложить из них картину будущего.

— Мне не плевать на империю. Я люблю свою страну и желаю ей процветания, — ответила я твердо и достала из кармана часики, глянула время. — Давай поговорим с тобой обо всём подробнее позже. Сейчас у меня лекции, а вечером я хочу позвать в гости друзей. И тебя тоже. Карсиан, у меня есть мысли, как помешать техномагистрам нас поработить. Будем союзниками?

Его высочество смотрел на меня, как на букашку, которую хотел раздавить взглядом, и гневно раздувал ноздри. Я не поняла, что именно его так сильно разозлило, но была уверена, что сейчас последует твёрдый и грубый отказ.

Однако раздался робкий стук в дверь, и она сразу, без разрешения, приоткрылась.

— Тея, мы не опоздаем? Мне уже не терпится на уроки пойти, — сказала заглянувшая в щель Мари.

Теперь, зная о её истинных способностях, я была уверена, что она подслушивала и явилась как раз вовремя, чтобы помешать нам поссориться. Мари и в будущем всегда приходила очень вовремя. И я только сейчас поняла почему.

— Да, дорогая, поспешим! — воскликнула я и, улыбнувшись Карсиану на прощание, выскочила за дверь.

— Ну, мне кажется, всё неплохо, — пробормотала Мари. — Шансы у нас точно есть.

Я уверенно кивнула. Главное, что он нас не выгнал из корпуса, и теперь у меня есть время обдумать, что ему ещё сказать и как именно. Но это позже. Сейчас на повестке дня — Ирма. Я всей душой надеялась, что Майкл и его дружок — глава тайной канцелярии Херман Бама — её вчера не дождались.

Первой лекцией сегодня стояла магическая этика — предмет и так всем нам с детства известный. Родители, гувернантки и первые магические наставники постоянно твердили: «Не бахвалься силой, не показывай слабому его ущербность, никогда не спрашивай посторонних о его способностях, не используй магию там, где можно обойтись без неё». Поэтому я раньше на этот предмет вообще не ходила — прогуливала.

А вот Ирма — нет. Ее тетушка — сестра отца — работала секретарем ректора и строго контролировала посещаемость племянницы. Чуть что — сразу доносила брату, и Ирму наказывали. Так что едва мы с Мари вошли в аудиторию, сразу увидели мою счастливую подругу и… ее новую сумку. У меня все опустилось от досады.

— Тея, ты только посмотри, что у меня есть! — воскликнула Ирма и погладила красную лакированную крышку, ухватила своё сокровище за черную ручку и легко помахала туда-сюда. — Я сложила в нее все учебники сразу, а она все равно ничего не весит! Хочешь попробовать?

Я хотела запихнуть эту сумку в глотку мерзавцу Херману, который ее Ирме подарил. Когда увидела этот чемоданчик, вспомнила, что пять лет назад он у нее тоже появился, правда, чуть позже — через пару дней. Мы с подругой набили его техномагическими журналами и сомнительной беллетристикой, чтобы принести в академию и раздать студентам. Там были и откровенные любовные романы, от которых краснели щеки и снились стыдные сны; и учения, как стать успешным, как разбогатеть ничего не делая, как нравиться женщинам, как увлечь собеседника первой фразой и заставить исполнять твои желания без магии; и десять способов сделать приятное своему парню… и много чего еще совершенно ненужного.

Но это мелочи по сравнению с тем, что Ирма все же встретилась и провела с техномагами время.

Я втянула носом воздух и сжала руку Мари.

— Очень красивая сумочка. Конечно, хочу попробовать, — с улыбкой сказала я и подошла к парте.

Раньше мы с Ирмой всегда сидели за одной, но теперь мне нужно пересесть.

Я взяла сумку и взвесила на руке — действительно, как пушинка. И можно было бы восхититься искусством врагов, если бы я не знала, что, возможно, на ее создание забрали пару жизней каких-нибудь аборигенов из диких племен. Есть у нас еще такие на других континентах, и до их судьбы никому нет дела.

6/2

— Студенты, займите свои места! — раздался от двери брюзжащий женский голос. Я обернулась и встретилась взглядом с пожилой леди в серой мантии магистра. Она приподняла бровь и добавила: — Надо же, какая честь нам сегодня выпала. Сама Алтея Бузинская пожаловала. По такому случаю я даже тему лекции сменю.

Как звали преподавательницу, я не имела понятия. Вроде бы видела ее когда-то, но лично не общалась. Однако она меня, как видно, прекрасно знала и не испытывала ко мне теплых чувств. Какой же я всё-таки была неприятной личностью! И, к сожалению, мнение о себе придется исправлять долго и усердно. Это вызвать к себе негатив никакого труда не составляет, а вот его убрать…

— Здравствуйте, меня зовут Мариэлла, я облако Алтеи и очень хочу учиться. А вас как зовут? — тоненьким детским голоском спросила Мари.

Я едва удержала нейтральное выражение лица. Стыдно, но я не знала, что полное имя моей горничной — Мариэлла. А еще она совершенно точно сейчас пыталась изобразить детскую непосредственность и тем самым расположить к нам магистра. Я не сомневалась, что моя Мари очень умна и быстро соображает. Она не раз это в будущем доказывала.

Например, старалась не попадаться Майклу на глаза и умудрилась сделать так, что в лицо он ее не помнил (сейчас-то я знала, что это удавалось ещё и благодаря ее магии метаморфа). Но до такой тактики поведения с моим мужем она сама додумалась. И вот благодаря ей у нас получалось его иногда обманывать. Мари могла постучать в дверь, прикинувшись посланницей от целителя, модистки, цветочницы, парикмахера или еще кого-то, чтобы срочно вызвать меня из дома, если вдруг намечался какой-то крупный скандал или у Майкла собирались его отвратительные дружки.

Благодаря ее находчивости я и сейчас совсем не переживала, что Майкл ее опознает. Нет, если вдруг он тоже перенесся, то он уже догадался, что и я перенеслась — история ведь изменилась, — но вряд ли он будет уверен в том, что мое облако это именно Мари.

— А меня зовут магистр Агнесса Вагнер, деточка, — уже совсем другим, мягким, голосом ответила магистр. — И сегодня, как только вы с твоей хозяйкой усядетесь, мы поговорим об этике в отношении с облаками.

Меня слегка замутило, а Ирма обернулась ко мне и сочувственно закатила глаза, одними губами произнеся: «Валларий». Напоминала, что, защищаясь, надо приводить в пример императора.

Мы с Мари заняли свои места и изобразили заинтересованные лица, а магистр подошла к доске и вывела на ней крупными буквами: «Почему облаками предпочитают делать животных, а не людей» и снизу поставила цифру «1».

— Итак, у кого есть предположения? Подсказка: пунктов будет всего три.

Руку поднял неказистый парень, сидевший на первой парте. Он запомнился мне как зануда и круглый отличник. Кажется, он из мелких захолустных дворян и к техномагистрам относился негативно. А вот имени его я не помнила. То ли Олег, то ли Глеб…

— Да, Леон, внимательно слушаю, — кивнула ему магистр.

Парень бесшумно поднялся.

— Из-за ответственности. Нести ответственность за человека гораздо сложнее, чем за животное. Животное не воспользуется силой хозяина, чтобы, к примеру, ограбить банк, а человек вполне может.

Я ахнула. Мари у меня сама честность! Я ей доверяю даже больше, чем себе!

— Верно! Может, ты знаешь и второй пункт?

— Да, это дилемма забора магии у того, кого сначала ею наделил и дал почувствовать могущество.

— И опять совершенно верно! И третий, самый главный пункт?

Отличник призадумался. Я, признаться, вообще предполагала только один — тот, что он только озвучил.

— Может, то, что человека содержать дороже? — с места предположила Ирма.

— Нет, не потому, — отрезала магистр и уставилась на меня. — Бузинская, надеюсь, ты из скромности сидишь и молчишь, а на самом деле тщательно изучила все этические аспекты, прежде чем взять себе облаком эту прелестную девочку.

Я прикусила щеку изнутри, а Мари под партой подбадривающе сжала мою руку.

— Потому что облако — это на всю жизнь, — тихо сказала я, поддавшись наитию.

— Вот именно! Животные живут намного меньше людей. Магу вполне достаточно его помощи в первые десять-двадцать лет освоения своей силы. Потом животное спокойно уходит, и маг продолжает жить без оглядки на облако. Он не должен его постоянно подпитывать. Его близкие — муж, жена, дети — не должны смиряться с тем, что облако — неотъемлемая часть их семьи. А человек — это человек. Ты будешь до конца своих дней жить вместе с облаком. Ваша связь может вам обеим помешать устроить личную жизнь. Вы не сможете надолго расставаться, потому что облако без подпитки твоей магией не проживёт и недели. Прости, Бузинская, но я сомневаюсь, что ты полностью отдавала себе отчёт в этом, когда брала облако. И очень удивлена, что тебе позволили это сделать.

Теперь и я была удивлена. Ладно отец — он мог пойти на всё, чтобы получить с меня клятву не общаться с техномагистрами. А декан? Почему он категорически не воспротивился или хотя бы всё то же самое мне сегодня утром в кабинете не сказал?

Ярко вспомнилась одна из причин, почему пять лет назад я так увлеклась чужой идеологией — было в нашей империи много такого, что меня искренне возмущало.

6/3

К примеру, взяточничество и лизоблюдство. Отец щедро спонсировал академию, поэтому, увидев письмо с его разрешением, декан даже не подумал оспаривать распоряжение достопочтенного благотворителя.