Сусанна Ткаченко – Как я получила премию и опыт (страница 13)

— А я-то как рад! Теперь премию точно дадут!

— Ой, да. Если бы не Марьяна, неизвестно чем бы дело кончилось, — покивала Ветка.

Я зарделась от удовольствия и впервые почувствовала себя полноправным членом отряда. Я ведь даже не надеялась на дружбу с эльфийкой и оборотницей, а они меня взяли и признали!

Чашу мы сдали в сейф с вещдоками — самое надёжное место во всех мирах — и, так же непринуждённо болтая, отправились в раздевалку принимать душ и ставить костюмы на подзарядку.

Переодевшись в офисную форму, я расчесывала волосы перед зеркалом и думала о прошедшей операции. И о нехорошем ощущении неудовлетворённости результатом тоже думала. Сейчас оно исчезло. Так, может быть, всё хорошо, а возникло оно под влиянием эмоций Вирги, которому очень хотелось, чтобы злодеем оказался его старый враг? Вполне возможно…

Я собрала волосы в хвост и вышла из раздевалки, предпочтя думать исключительно о хорошем. Например, куда потрать премию, которую мне скоро выдадут.

Глава 21

— Узнал что-нибудь интересное? — устало потирая шею, спросил Виргу вернувшийся от эльфов командир.

Мы опять всем отрядом собрались в кабинете босса, чтобы получить дальнейшие распоряжения. Время близилось к полуночи, но домой нас пока никто не отпускал.

— Дирга утверждает, что это полностью его затея и больше никто из демонов отношения к ней не имеет. Менталист не смог найти в его словах признаков лжи, — нехотя проворчал Вирга.

Наш штатный демон был в человеческом облике и выглядел лукавым красавчиком, но у меня так и осталась стоять перед глазами его вторая ипостась.

— А по Гонзес что? Эльфы сказали, что колья в сердцах вампиров не их рук дело.

— На вампирах стояла ментальная кодировка. В случае провала операции они должны были самоуничтожиться, чтобы не попасть в плен. Гонзес находилась в той пятёрке.

— Но какой в этом смысл? — задалась справедливым вопросом Ветка. — Что такого они могли нам рассказать, если главарь оказался у нас в руках?

— В том-то и дело, — мрачно протянул Хордан.

— Уверен, что за всем стоит Хирог, — упрямо продолжил настаивать Вирга.

Хордан поджал губы и раздосадовано мотнул головой:

— Но доказательств нет. Ладно. Главное, Чаша у нас. Расходимся по домам, а завтра послушаем, что скажет милорд Ага-Тог. Жду всех к десяти.

Стулья заскрежетали по полу, и все, кроме меня и Хордана, повскакивали с мест, чтобы поскорее закончить этот сложный день чем-нибудь приятным. Я же ждала, когда лорд отвезёт меня в Перламутр или даст какой-нибудь пропуск в свой район. По брошенным на выходе из кабинета Лисой и Веткой любопытным взглядам моя заминка выглядела в их глазах неоднозначной. Но что мне было делать? Выходить вместе со всеми и путать следы? Наверняка они все равно скоро узнают, где я живу. Так что лучше вести себя невозмутимо и не испытывать неловкости. Я сделала вид, что смотрю в окно.

— Ты большая молодец, Марьяна, — вдруг сказал командир, когда дверь за всеми закрылась. Я встрепенулась. — Сегодня ты показала, что способна реагировать быстро и чётко, а также вполне адекватно использовать все три дара. Я завтра же переведу тебя на должность оперативника с начальным окладом и внесу в премиальную сетку.

Мне захотелось вскочить на ноги и несколько раз подпрыгнуть, хлопая в ладоши. Какое счастье! У меня прямо началась белая полоса! Но я просто приложила ладонь к груди и от души дракона поблагодарила:

— Большое вам спасибо за доверие, лорд Хордан. Я обязательно использую свою новую зарплату и возможную премию с умом.

— Кстати, об этом я и хотел с тобой поговорить, — перешёл Хордан на тон наставника. Я хлопнула глазами. Он собирается мне диктовать, как тратить честно заработанные деньги? — Теперь ты сможешь позволить себе снять жилье в Жемчужине, но я прошу тебя пока остаться в моем особняке. Я так же, как и Вирга, нутром чую в этом деле подвох, поэтому мне будет спокойнее, если ты пока побудешь у меня под наблюдением. Боевой практики у тебя нет, так что ты продолжаешь оставаться самым беззащитным сотрудником бюро.

Признаться, я немного растерялась. Неужели наш завскладом гоблин Аулум — мастер боевых искусств? Или та же фея Мальмалина из кадров? Но ведь не может же командир выдумывать всякое, чтобы меня возле себя удерживать, правда? Значит на самом деле есть причина подстраховаться.

— Хорошо. Я прислушаюсь к вашему совету, лорд Хордан. Но мне же теперь можно перемещаться на Землю самостоятельно? И по Жемчужине ходить?

— Да, можно, но пока обязательно сообщать где ты, с кем и когда вернёшься.

Да уж! Такого контроля надо мной даже в глубоком детстве не было! Хорошо бы скорее это дело закрыть и пройти курсы боевой подготовки, чтобы дракон меня с лёгким сердцем в самостоятельную жизнь отпустил.

— Договорились, — тем не менее без возражений пообещала я и бросила взгляд на висевшие на стене часы.

Время перевалило за полночь, глаза уже резало от усталости.

— Тогда поехали домой. Нам завтра вставать рано, хочу до допроса успеть провести экспертизу Чаши.

Я подскочила и без лишних понуканий поспешила на крышу. Ещё и вставать рано! Вообще произвол. Остальные-то явятся только к допросу — к десяти!

В Перламутр влетели, когда район уже погрузился в сон, и только особняк семейства Золотых горел огнями. А едва мы вышли из машины, на крышу выскочили леди Шайда и Баст. Кот при этом выглядел крайне возмущенным.

Глава 22

— Где ты была?! — патетично воскликнул Бастет. — Ты время видела? Я все когти сгрыз от волнения!

— Не ври, ты наелся и спал на ковре у камина, — сдала кота драконица и повернулась ко мне, улыбкой демонстрируя вполне себе рабочие огромные зубищи. — А я тебе письмо от бабушки принесла.

Я сбилась с шага, и Хордан меня подхватил под локоть.

— Как письмо? — не поняла я.

Сердце забилось часто-часто.

— Ну она диктовала, а я записывала, — заявила леди Шайда, и я недоверчиво покосилась на её драконьи лапки.

На мой взгляд, шутка (или это такой акт моральной поддержки?) вышла так себе. Но я так сильно хотела спать и вообще не имела желания портить отношения с прабабушкой командира, что даже с воздействием персистента смогла справиться и вежливо ответить:

— С удовольствием почитаю, спасибо вам за участие.

— Ты мне не веришь, — фыркнула леди Шайда и вытащила из-под крыла сложенный лист бумаги. — Буду ждать повторной благодарности, но уже настоящей.

Я протянула руку и взяла листок, а драконица гордо развернулась, задрала голову и поцокала в дом.

— Не обращай внимания, Марьяна, она такая вредная, потому что всех видит насквозь, — выразил мне своеобразную поддержку Баст перед тем, как проследовать за бабулей.

— Советую прямо сейчас лечь спать, а послание прочесть утром на свежую голову, чтобы не страдать бессонницей, — порекомендовал Хордан.

На него я глянула исподлобья, боюсь, что и с нескрываемым раздражением. Нервы сдавали. Дракон пробурчал «Спокойной ночи» и широким шагом двинулся по лестнице вниз, чтобы поскорее скрыться в своём крыле. Что-то меня, привыкшую к самостоятельности, ответственности и свободе, начало ужасно раздражать внезапно появившееся в моем окружении количество советчиков. Как они все, и дракон в частности, себе это представляли? Побороть любопытство и лечь спать? У меня не настолько сильная воля.

Естественно, умывшись и переодевшись ко сну, в кровать я легла с листочком. А Баст уселся рядом с подушкой, как будто тоже приготовился читать. Прогнать его, у меня язык не повернулся и, вздохнув, я развернула письмо.

«Маняша, детка моя любимая!..» — было написано немного корявым, но вполне разборчивым почерком.

У меня по спине пробежал мороз. Я подскочила, села в кровати прямо и, протерев заслезившиеся глаза, перечитала фразу — она не изменилась. Бастет перебрался мне на грудь и вцепился лапой в пижаму где-то в районе сердца. Меня немного отпустило от его тёплой тяжести, и я смогла принять прочитанное как данность. Ведь именно так бы обратилась ко мне бабушка, если бы писала сама. Я с жадностью погрузилась в дальнейшие строчки.

«…Прости меня, родная, что подвела и не смогла сохранить дух в теле невредимым. Милая женщина Шайда, которая сегодня ко мне пришла от тебя, объяснила, что мой час пробил, когда я упала, но так как я не хотела оставлять тебя одну и цеплялась за жизнь, такая котовасия со мной и приключилась…»

Я опустила письмо на колени, чтобы опять вытереть слезы.Котовасия— любимое слово моей бабули. Сколько себя помню, она обозначала им непредвиденные проблемы.

Сердце разрывалось от тоски по ней и в то же время от разливающегося на душе тепла. Я ведь и не чаяла, что смогу ещё хоть раз пообщаться с бабулей, а сейчас читаю строчки, переданные мне практически в реальном времени. От этого было и печально, и радостно одновременно.

Проморгавшись, я взяла письмо в руки, чтобы продолжить чтение.

«…Маняша, я знаю, что ты меня очень любишь и будешь скучать, но я уйду на днях, прямо когда ты придёшь ко мне и сообщишь, что согласна. Шайда мне всё объяснила, обещала встретить и проводить. Я теперь уверена, что ты под присмотром и не пропадаешь, а мы с тобой обязательно ещё встретимся. Шайда мне в этом поклялась, а ещё гарантировала, что наши души друг друга узнают и сразу потянутся навстречу. Жди меня, милая. Я скоро приду. Обнимаю тебя крепко и целую в щёчки. Твоя бабуля Настя.