Сурути Бала – Пойман с поличным. О преступниках, каннибалах, сектах и о том, что толкает на убийство (страница 4)
Когда читаешь такое, просто челюсть до пола отвисает. Тяжелое детство для убийц не является чем-то аномальным, – об этом расскажем в следующей главе, – и оно редко выступает в качестве важного смягчающего обстоятельства на судебных процессах. А если и выступает, то не до такой степени, чтобы наказание за убийство первой степени было заменено приговором за непредумышленное убийство. Из интервью, данных присяжными после суда, становится ясно, что на их решение повлиял аргумент «ген воина плюс жестокое обращение». Но, как мы увидим дальше, наука с таким подходом не согласна.
В 2014 году было проведено крупнейшее в истории исследование подобного рода – «Генотип МАОА, жестокое обращение в детстве и их взаимодействие в этиологии антисоциального поведения во взрослом возрасте». Было обнаружено, что, хотя перенесенное в ранние годы насилие и является значительным фактором риска для проявления антисоциального поведения во взрослом возрасте, вариант гена MAOA-L не оказывает на это
Честно говоря, мы могли бы бесконечно продолжать разговор об этом спорном гене и различных исследованиях, но наша главная мысль заключается в том, что этот вариант гена
На конференции Ciba Foundation Symposium в 1995 году Бруннер ясно дал понять: «Понятие гена агрессии не имеет смысла, и было бы неправильно предполагать, что какой-либо один ген или их набор может объяснить что-то столь сложное, как агрессивное поведение человека». Он подчеркнул, что его исследование продемонстрировало только то, как очень специфический генетический дефект может привести к довольно специфическому поведенческому отклонению в одной конкретной семье, а не в обществе в целом.
И если у вас все еще есть какие-то сомнения, обратите внимание на такой нюанс: лекарства, которые фактически блокируют моноаминоксидазу A (фермент, лежащий в основе всей этой истории с геном воина), на самом деле широко использовались для лечения депрессии и не вызывали у пациентов очевидного усиления склонности к насилию.
Так указывает ли ген воина на склонность к насилию? Похоже, что нет. Некоторые из этих исследований в лучшем случае свидетельствуют о том, что носители варианта гена MAOA-L с большей вероятностью будут более остро реагировать на угрозу, только и всего. По крайней мере, помните, что этот вариант гена есть у колоссальных 40 процентов людей, но лишь
Возможно, в некоторых комбинациях с другими генетическими факторами и факторами окружающей среды ген воина может повлиять на способность человека контролировать побуждения к насилию – и это максимум из того, что мы можем сказать. Но эти факторы, безусловно, не предопределяют склонность к преступлениям. И они абсолютно не освобождают от уголовной ответственности. Главный вывод заключается в том, что ни один ген
Уолдроуп, по нашему мнению, прекрасно знал, что делал. Как мы уже говорили, вариант MAOA-L
В 2010 году в Италии судья смягчил заключенному приговор за убийство, когда было обнаружено, что у того есть ген MAOA-L. Научное сообщество снова пришло в ужас.
В 2010 году в Италии судья смягчил заключенному приговор за убийство, когда было обнаружено, что у того есть ген MAOA-L. Научное сообщество снова пришло в ужас. Если подобные аргументы защиты продолжат работать, несомненно, они станут все чаще звучать в залах судебных заседаний – и тем более нужно быть осторожными, прежде чем возлагать ответственность за поступки на какой-то один ген.
Итак, теперь, когда мы показали вам, что ген воина после тщательного изучения не выдерживает никакой критики в качестве причины формирования склонности к убийствам, давайте перейдем к агрессии. Потому что, честно говоря, есть много других черт, которые определяют «хорошего», если не «лучшего» убийцу: отсутствие эмпатии, манипулятивность, черствость, обаяние, безжалостность. Звучит знакомо, правда?
Пришло время взглянуть на расстройство личности, которое мы чаще всего ассоциируем со склонностью к убийствам и другим преступлениям, –
Они родились такими или это антиобщественное расстройство личности?
Вся эта дискуссия о роли генетики в определении предрасположенности к совершению преступлений принимает совершенно иной оборот, когда мы рассматриваем психопатию.
За последние 20 лет, во многом благодаря работе доктора Роберта Хаэра, в медицинских кругах произошел полный разворот от идеи о том, что психопата
Мы знаем это, потому что дети начинают проявлять признаки психопатии с самого раннего возраста, и эти черты, как правило, остаются довольно стабильными на протяжении всей жизни. Мы обсудим детей-психопатов более подробно в главе 2, но если что и ясно из работ доктора Хаэра (например, из его исследования 1993 года «Психопатия, психические расстройства и склонность к преступлениям»), так это следующее: дети с психопатическими чертами «необъяснимо отличаются» от сверстников – изначально проявляют агрессию, манипулируют и обманывают.
Как заявляет доктор Хаэр в своей книге «Лишенные совести. Пугающий мир психопатов», большинство психопатов, с которыми он работал на протяжении многих лет, не сообщали, что подвергались насилию в детстве. Фактически большинство из них выросло в относительно «нормальных» семьях с заботливыми и любящими родителями.
Итак, приняв во внимание эти данные, исследователи начали искать
Ключевое отличие здесь состоит в том, что никто не заявляет – как и в случае с геном воина, – что существует один-единственный ген психопатии. Это было бы в корне неверно. Возможно, имеет место множество генов, работающих в сочетании с различными структурами мозга, которые коррелируют с психопатическими тенденциями или поведением.
В этой главе мы вернемся к тому, как выглядит структура мозга психопата, а пока давайте поговорим о том, что такое психопатия и как ее диагностируют.
Психопаты и где они обитают
В наши дни слово
Психопатия, возможно, является наиболее известным, но наименее изученным расстройством личности, так что давайте рассмотрим его поближе…
Зачастую
АСРЛ – это диагностируемое состояние, как указано в пятом издании «Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам» Американской психиатрической ассоциации (DSM-5)[13]. Считается, что им страдают около 3 процентов человеческой популяции в целом и около 80 процентов заключенных. Существует семь условий, три из которых должны быть выполнены для постановки диагноза: нарушение социальных норм, лживость, импульсивность, раздражительность, безответственность, манипулятивность и отсутствие раскаяния.