Суббота Светлана – Шесть тайных свиданий мисс Недотроги (страница 26)

Мимо носились сотрудники с повязками, выгребали из стола и ящиков документы, снимали фотографии со стен. Зачем это делали, если были убеждены в виновности девушки — неясно, но я зауважала коллег за педантичность и добросовестность.

По некоторому размышлению я даже решила не раздражаться на лейтенантшу с косой, которую подчиненные звали по имени — Ноа.

В конце концов, по себе помню, как трудно удержаться от взглядов, когда кое-кто бродит полураздетым. Для оборотней в этом нет ничего зазорного, а мы люди, непривычные к такому телесному позитиву.

— Фаворра, я принесла тебе подходящие по размеру шмотки и ботинки, — сообщила Ноа, появляясь в дверях. Она ходила в зал узнавать, как прошел опрос гостей в зале. — За это будешь должен.

Нет, все же неприятная особа.

— Договоримся, — хмыкнул тиг… мартовский котяра. — Ты лучше скажи, есть ли новости?

Никак не пойму, он ей глазки строит или информацию выуживает.

— Никто ничего не видел, — пожала плечами офицер, нехотя отдавая одежду и с сожалением наблюдая как быстро золотистое, играющее мускулами мужское тело закрывается тканью.

Нечто любопытное внутри меня потянулось тонкими нитями к нему и… ткнулось в надежно поставленный щит. Принимать эмоции обиженной толпы, задерживаемой в зале, я не собиралась, поэтому закрылась почти сразу после поимки девушки и некоторое время приходила в себя. Открытость меня морально выматывала. И сейчас хотелось отдохнуть, расслабиться в блаженном белом спокойствии, которое скрывалось в… чужом, чтоб его, теле.

Я с трудом укротила сбившееся дыхание и старательно опустила глаза в пол.

Надо отдать должное Диего, он не стал тянуть или манерничать, сначала ловко натянул штаны и только потом снял прикрывающую бедра яркую рубашку Буча.

— Совсем ничего?

— По мелочи. Охранник у лестницы говорит, что управляющий был в дурном настроении, когда позвал к себе мисс Дебору Юнг. И до нее у него были какие-то посетители, но все сюда ходят по делам тайным и личным, поэтому он не присматривался. Говорили пустить — пропускал… Что еще… Ну и мои орлы с цифрами опять намудрили. Насчитали в зале на одного человека больше, чем в итоге допросили, хотя выйти точно никто не мог. Сколько я раз говорила им быть внимательней…

Мы переглянулись, одновременно вспомнив про технический проем на самом потолке. После нашего ухода в кабинет, скорее всего, его никто не охранял. Проклятие. Неужели соучастник убийства ходил где-то рядом и дышал нам в затылок?

Это означало только одно. Кто-то, ловко ушедший от контакта с полицией, теперь знал меня в лицо и примерно представлял мои ментальные возможности.

Глава 18. О старом вампире, полицейских отчетах и одной очень ловкой девице

Диего Тайрен Квенто дель Фаворра

— Какого хера мне тут из убойного пишут?

Квестор Игнац, глава отдела Спецотрядов, хрястнул пачкой бумаги по столу. Солнце пыталось палить через толстую штору, но начальство давно перешло границы вампирской юности, и могло безболезненно для себя орать хоть сутками на пролет, не боясь рассветов.

— Диего, тудыть твою через пепелище! Вы, три оперативника, выпустили из комнаты подозреваемую? При наличии трупа?

— Два оперативника и новенькая менталистка, — ровно поправил я.

Для точности.

— Ладно, два оперативника, — покладисто пропел вампир, обходя вокруг стола. Воззрился на меня через красные круглые очки, которые он надевал для солидности. — ДВА! ДВА ОПЕРАТИВНИКА-ОБОРОТНЯ упустили человеческую девку?

— Она вышла из соседней двери и пройти ей на выход был ровно шаг, а мы с Вито находились на другом конце комнаты. В человеческих ипостасях стояли над трупом. Но вы же и так все знаете, не только от коллег, но и наши отчеты читаете. Так что оправдываться не буду, но готов выслушать критику и с ней согласиться.

Я наглел, но по-другому с Игнацем было сложно. Он любил ругаться, шипеть в лицо, пугать всеми возможными способами, причем каждый раз по-разному, в поисках слабины.

А я… как-то не собирался его бояться, даже показательно и театрально, для облегчения совместной работы. Поэтому уселся в кресло у письменного стола, положил ногу на ногу и расслабился. Вежливо кивая и думая о своем.

— Вот что мне с тобой делать, а, Фаворра? — совсем другим произнес вампир. — Ты от одного моего вида трястись, между прочим, должен, и бежать работать еще лучше, как заведенный.

Он боком уселся на стол и еще ниже опустил очки на нос, они явно мешали ему нормально видеть.

— Это все фейри-кровь, — изящный белый палец покачался в воздухе. — На вид типичный оборотень, но, признайся, в глубине души ждешь, чтобы тобой все восхищались, на руках носили и детородный орган зацеловывали.

— Да не дай Холмы! — искренне отрекся я.

Только такой старый вампир как Игнац мог фривольно отзываться о фейри в присутствии самого фейри, а как-никак я им был. Пусть и оборотня во мне всегда было больше. И за эту бесшабашную наглость я уважал квестора, терпел все его уже ставшие привычными наезды.

Остальные, как только узнавали про примесь в моей крови, начинали смотреть снизу вверх, восторженно радуясь присутствию «высшего наставника». Даже парней из отряда пришлось долго приручать, доказывать, что я нормальный.

— А, будь по-твоему! Можешь продолжать идти по следу, — пробурчал Игнац. Я ничего так ни о чем и не попросил, но мы оба понимали — не отступлюсь и продолжу поиск «грозы менталистов». — На сегодня у отряда отгул, отдохнете, родных проведаете. Очень тебя прошу — хоть один день тишины. Такая мелочь — день без трупов. Просто не надо и все. Сейчас Зарембе сообщу, чтобы он официально вас в график отгулов поставил. Скажем… в награду за кузнечика! Вот так! А? Молодец я? Молодец!

И начальство принялось с довольным видом печатать в коммуникатор.

Да не вопрос, день так день. Потренирую своих, встречусь с Ноа, узнаю какие новости по Павлини. И, самое важное, — спокойно спланирую операцию по близнецам, чтобы в этот раз прошло без форс-мажоров.

— Квестор, все будет нормально, — сказал я, вставая с кресла.

— Ох, ты не представляешь сколько я раз это слышал за службу, — хмыкнул тот, сверкнув клыками. — Помнится, брали банду кастратов лет десять назад. Полкоманды в отключке, трупы вокруг. Мне эти тонкоголосые хирурги обе ноги резаками отхерачили. И подбегает ко мне молодой командир Ночного, вот прям как ты, пару месяцев как на должности и орет прямо в лицо: «Квестор! Не волнуйтесь! Все будет нормально!». А штаны у него, как сейчас помню, вдрабадан мокрые. Хех. Нормально будет. Да.

Он подмигнул мне нежно-голубым, почти прозрачным глазом и проникновенно сказал:

— Иди-иди, котик, только когда обделаешься, вспомнишь мои слова — нормально у нас не бывет. А я пока наверх объяснительную подам. Красиво объясню зачем мои силовики вдруг поперлись в стрип-клуб. И как случайно нашли там жмурика. Отлично звучит, а? Следственных же действий вы проводить не имеете право, поэтому о трупы исключительно спотыкаетесь. Но не будь сукой, сходи в убойный и расскажи сам что к чему. Ноа в курсе, что вы держите след и прикроет, если ее в дело возьмете. Присмотрись, она дамочка дельная.

Квестор Игнац

Мой коммуникатор дернулся, выдавая сообщение от Зарембы о плановом выходном. Звук я, следуя привычке, отключил прямо перед встречей. Эх, день простоя…

Мы еще немного поговорили с квестором о возможности совместной работы с ребятами из отдела убийств. И выходил я из кабинета начальства уже с определенными планами, которые осталось только полирнуть в спокойном одиночестве.

Ноа. Ноа. Я пытался представить сочную брюнетку, а вместо нее вспоминал большие наивные глаза да пряди с медной рыжинкой. И это было проблемой.

Связаться с менталисткой — дурь редкостная, чем я только думал. Такие девушки витают в облаках, требуют внимания, заботы и серьезного отношения. Эти самые «отношения» мне и раньше были не к месту, сейчас и вовсе не по судьбе.

Надо перестать тянуть к ней лапы. Показательно, чтобы ни у кого не осталось сомнений или надежд, выгулять Бродягу, отдохнув с кем-нибудь ненапряжным. С Мирабеллой, например, или той же Ноа, совмещая приятное с полезным. Чтобы все было со мной ясно, кобелем распутным.

— Диего! Привет! — окликнул меня бодро рысящий через двор Вито.

— Ты чего не спишь? — удивился я. — Только не говори, что Буч или Джок тоже встали.

— Эти-то? Дрыхнут! Куда им по солнцу-то, — беззаботно ответил леопард. — Только Ева наша с утра своего приятеля дожидалась, а как только Заремба за подписью Игнаца отпускной день официально подтвердил, с ним, в смысле с твоим братом и умчалась. Ты же ей вчера на прямой вопрос не ответил. Имеет право. Только вот что я скажу…

Я уже не слушал, а мчался к проходному пункту.

Наглая. Р-р-р! Безмозглая. Упрямая. Девица.

— Ушли они, — отрапортовал на мой вопрос дежурный. При виде меня он начал судорожно застегивать верхнюю пуговицу кителя, но никак не попадал в петельку. — Точнее уехали. Жених ейный посадил коппера Нитароку в авто и укатили, только пыль столбом.

Проклятие! Я-то не мог легкомысленно сбежать из участка. По факту убийства предстояло заполнить несколько бланков на десятки страниц, передать их в отдел Ноа, лично с ней встретиться, чтобы объяснить кое-какие тонкие моменты…

Пришлось доставать коммуникатор и писать брату.