Су Вань – Технику Девяти Небесных Преображений, том 2 (страница 2)

Он сделал паузу, внимательно наблюдая за выражением лица Лин Фена. "Объясни мне, Лин Фен. Как тебе удалось достичь таких результатов? Удача? Случайность? Или что-то другое?"

Лин Фен глубоко вдохнул. Это был решающий момент. Он не мог сказать правду. Но и простая ложь не сработает со Старейшиной Мо. Он решил смешать правду с ложью, опираясь на свою "физическую" силу и интуицию, которые, по его прошлой истории, уже были необычными.

"Старейшина Мо", – начал он, его голос был тихим и уважительным. – "Я… я не знаю, как это объяснить. Я не культивирую Ци, это правда. Но, кажется, у меня от природы… очень крепкое тело. Я всегда был сильнее и выносливее других изгоев."

Это было правдой, хотя и преуменьшенной в тысячу раз.

"В Долинах было очень опасно. Я не мог сражаться со зверями напрямую, как ученики. Поэтому я старался избегать их. Я использовал свою… свою скорость и ловкость, чтобы пробираться по труднодоступным местам, где другие не ходили. Там я находил травы и мелких, слабых зверей."

Частичная правда. Он *использовал* свою скорость и ловкость, но они были не "от природы", а от Преображений. Он не только избегал, но и эффективно убивал зверей, которые не были такими уж "слабыми" для изгоя

"Что насчет Существа Темных Корней?" – спросил Старейшина Мо, его взгляд стал острее. "Чень Юань и его группа утверждают, что ты… сражался с ним. И уничтожил его."

Лин Фен покачал головой. "Нет, Старейшина Мо. Я не сражался с ним. Я наткнулся на него совершенно случайно, уже когда он был… очень слаб. Возможно, он сражался с другим, более сильным зверем, или попал в какую-то ловушку. Он был ранен и почти не двигался. Я… я просто осмелился подобраться и взять его ядро."

Ложь. Чистая ложь. Но она звучала *немного* более правдоподобно, чем рассказы о "демоне". Ученики часто сталкивались с последствиями битв более сильных существ.

"А инцидент с Чень Юанем?" – Старейшина Мо перешел к следующему пункту. "Они нашли их избитыми и обездвиженными. Они говорят, что ты напал на них, двигался с невероятной скоростью…"

Лин Фен вздохнул, изображая усталость и неприятность. "Они напали на меня, Старейшина Мо. Устроили засаду на перевале. Хотели отнять добычу. Я… я просто испугался. Я не мог использовать Ци, поэтому я… я просто запаниковал и начал двигаться. Мое тело просто… отреагировало. Я уворачивался, толкал их. Я не знаю, как так получилось, но они как-то сами… упали. Я не сильно их бил. Просто… наверное, они не ожидали, что изгой будет сопротивляться."

Еще одна тщательно продуманная ложь. Списать свою силу и скорость на "панику" и "инстинктивную реакцию" испуганного человека. Отчасти это было правдой – он *действительно* реагировал инстинктивно, но инстинкты были усилены Преображениями. "Они сами упали" – это перекладывание вины и преуменьшение жестокости его ударов.

Старейшина Мо слушал, его глаза не отрывались от Лин Фена. Он видел, как изгой сидит перед ним, грязный, худой, но с упрямым огоньком в глазах. Он слышал его рассказ – полный удобных совпадений и неправдоподобных "случайностей".

"Ты утверждаешь, что твоя выносливость и скорость – это просто природные особенности?" – спросил Старейшина Мо.

"Я… думаю, да", – ответил Лин Фен. "Я не знаю, почему. Может, это как-то связано с тем, что мои меридианы сломаны? Может, вся энергия пошла в тело, а не в Ци?"

Это была догадка, основанная на наблюдении за другими изгоями, которые тоже иногда имели необычные физические черты из-за проблем с Ци, но никогда в такой степени. Лин Фен надеялся, что эта правдоподобная для мира культивации теория объяснит его аномалию без раскрытия истины.

Старейшина Мо молчал. Он чувствовал, что Лин Фен не говорит всей правды. Его рассказ был слишком гладким, слишком удобным. Природная выносливость? Возможно. Но такая скорость, такая живучесть после ударов? Это не укладывалось в рамки его понимания. И отсутствие любого энергетического следа от артефактов или техник было смущающим.

Но, с другой стороны… У изгоя *действительно* сломаны меридианы. Он *действительно* не может культивировать Ци. И он *действительно* принес ядро Существа Темных Корней. Независимо от того, как он это сделал, это был невероятный подвиг.

Старейшина Мо был не только наблюдателем, но и прагматиком. Этот изгой был загадкой, но также и потенциальным активом. Его уникальные способности, пусть и необъяснимые, могли быть полезны секте. И держать его под присмотром было безопаснее, чем позволить ему скрываться где-то на периферии.

"Хорошо, Лин Фен", – наконец сказал Старейшина Мо. – "Твой рассказ… любопытен. Я не могу полностью его проверить сейчас. Но твои результаты в состязании неоспоримы."

Лин Фен затаил дыхание.

"С этого дня ты перестаешь быть обычным подсобным рабочим-изгоем", – продолжил Старейшина Мо. – "Я назначаю тебя Особым Подсобным Рабочим под прямым надзором Старейшины Мо. Тебе будет предоставлено жилье в особой зоне для служащих, более приличная еда, и… некоторые привилегии. Например, доступ к определенным базовым тренировочным площадкам внешнего двора и секциям библиотеки. Твои обязанности будут… особыми. Я буду лично поручать тебе задания."

Глаза Лин Фена расширились. Это было гораздо больше, чем он смел надеяться. Уйти из лагеря изгоев. Получить доступ к ресурсам секты. Это был гигантский шаг вперед.

"Взамен", – сузил глаза Старейшина Мо, – "ты будешь находиться под моим постоянным наблюдением. Ты будешь сообщать мне о своих действиях. И ты не будешь создавать проблем, подобных той, что произошла с Чень Юанем. Понимаешь?"

"Понимаю, Старейшина Мо", – ответил Лин Фен, его голос дрогнул от облегчения и предвкушения. "Я благодарен за вашу доброту и шанс."

"Это не доброта. Это прагматизм", – отрезал Старейшина Мо. – "Не разочаруй меня, Лин Фен. Я почувствовал в тебе… что-то. Время покажет, что это такое."

Он отпустил Лин Фена, приказав ученику-помощнику отвести его к новому месту жительства и объяснить его новый статус и обязанности.

Выйдя из кабинета Старейшины Мо, Лин Фен почувствовал, как на него обрушивается вся тяжесть пережитого напряжения. Он справился. Он прорвался через первую линию обороны. Он получил новый статус.

Но он также знал, что попал под пристальное внимание могущественной фигуры. Старейшина Мо не купился на все его объяснения, но решил использовать его, одновременно наблюдая. Теперь его жизнь будет лучше, но и опаснее. Любой неверный шаг, любое проявление необъяснимой силы – и Старейшина Мо может решить, что он слишком опасен.

Новости о его новом статусе распространились по секте мгновенно. В лагере изгоев царил шок и зависть. Среди внешних учеников – возмущение и гнев. Изгой, мусор, неспособный культивировать Ци, обошел их и теперь получил особое положение.

Чень Юань и Ли Вэй, услышав об этом, пришли в ярость. Мало того, что он унизил их и заставил бежать, так теперь этот мусор еще и возвысился! Их ненависть к Лин Фену стала еще сильнее, перерастая в жгучее желание уничтожить его любым способом.

Лин Фен же шел по территории секты, чувствуя на себе сотни глаз. Его путь стал немного легче физически, но гораздо опаснее политически. Он больше не был невидимкой. Он стал фигурой на шахматной доске секты Чистого Неба. И его тайная игра только начиналась.

Глава 15: Новый Статус, Новые Проблемы

Жизнь Лин Фена после Состязания в Проклятых Долинах изменилась, но не стала легкой. По приказу Старейшины Мо его статус был повышен: он больше не был изгоем, живущим за воротами, но и не стал полноправным внешним учеником. Его определили как "особого подсобного рабочего" – должность, созданную, кажется, специально для него. Это означало, что он получил право жить на территории внешнего двора секты и выполнять работу, чуть менее изнурительную, чем раньше, но все еще черную и низкоквалифицированную.

Ему выделили крохотную комнатушку в блоке, где жили другие низкоранговые работники. Она была грязной и тесной, но по сравнению с лачугой изгоев – настоящие хоромы. Была крыша, которая не протекала, тонкий соломенный матрас вместо голой земли и даже небольшая деревянная тумбочка. Базовые ресурсы, о которых говорил Старейшина Мо, оказались небольшой порцией сухой еды и парой комплектов грубой, но чистой одежды – роскошь, о которой он раньше не мог и мечтать.

Новый статус принес новые проблемы. Если раньше его презирали и игнорировали, то теперь он стал объектом пристального внимания и зависти. Изгои смотрели на него с опаской и ревностью – он вырвался, а они нет. Внешние ученики, особенно те, кто знал о его прошлом или слышал слухи о его "чудесном" выживании и успехе в Долинах, видели в нем выскочку и угрозу.

Чень Юань и Ли Вэй, вернувшиеся из Долин униженными и напуганными, не смели больше напрямую нападать на Лин Фена после пережитого ужаса. Их рассказы о "демоне в облике изгоя" вызвали недоверие и насмешки у большинства, но те, кто их знал, видели искренний страх в их глазах. Теперь они избегали Лин Фена, но их ненависть никуда не делась. Она просачивалась через их друзей и сторонников.

Его новая жизнь была наполнена мелкими, но постоянными провокациями. Кто-то "случайно" опрокидывал ведро с водой, которую он нес. Его инструменты исчезали или оказывались сломанными. Ему давали самые неприятные и грязные поручения, надеясь сломить его или заставить пожаловаться. Повсюду слышался шепот за спиной, презрительные взгляды, открытые насмешки. "Особый подсобный рабочий", "любимчик старейшины", "удачливый мусор" – эти прозвища преследовали его.