Су Вань – Дыхание Дракона, Зов Феникса (страница 2)

Марина подошла ближе, ее глаза блестели холодным, хищным, почти безумным торжеством. Она смотрела на меня сверху вниз, словно на мертвое насекомое. "Спасибо, Анечка", – прошептала она, и в ее голосе не было ни капли жалости, только насмешка. "Ты всегда была такой щедрой. Все делилась. Вот и сейчас поделилась последним – своим наследством и… своей жизнью".

От их слов мир пошатнулся. Невозможно. Это не может быть реальностью. Мой Максим? Моя Марина? Предали. Убили. Забрали *все*. И не скрывали этого, уверенные в своей абсолютной безнаказанности. Уверенные, что я уже не представляю угрозы.

Я чувствовала, как силы покидают меня с каждым мучительным вздохом. Тело становилось все тяжелее, а сознание – легче, отрываясь от реальности. Зрение мутнело, края обзора сужались в темный тоннель, на конце которого еще виднелись их силуэты. Последнее, что я видела, – это как Максим небрежно вытер руки платком, словно стирая с себя последние следы моего присутствия, и, обняв Марину за тонкую талию, повернулся к двери. К *нашей* спальне. К *их* дому. Дому, который теперь принадлежал им. К жизни, которую они украли у меня.

Боль в душе затмила физические муки. Гнев. Бессильный, всепоглощающий гнев. Меня использовали, сломали, выбросили. Как ненужную вещь.

"Будьте вы прокляты…" – прошептала я, собирая последние крохи сил, вкладывая в эти слова всю свою боль, весь гнев, все отчаяние. Обращаясь то ли к ним, уходящим в свою новую, украденную жизнь, то ли к несправедливой, жестокой судьбе, которая позволила этому случиться.

Холод усилился. Не только на полу, но и внутри меня. Он расползался от кончиков пальцев, поднимался выше, замораживая кровь, останавливая сердце.

Тьма. Холодная, беззвучная, абсолютная тьма поглотила мое сознание.

Это конец.

Глава 2: Пробуждение в Золотой Клетке

Влажный, густой, цветочный аромат ударил в ноздри, такой сильный и незнакомый, что я невольно поморщилась. Это был запах не больничной палаты, не привычного дома, а чего-то экзотического, сладкого и тяжелого. Тело ощущалось странно легким, хрупким и слабым, словно принадлежало не мне. Я попыталась пошевелиться, но конечности слушались плохо, двигались вяло, как у марионетки на оборванных нитях.

Звуки… не шум города, не тишина смерти. Шелест шелка, тихий, нежный звон нефритовых украшений, едва слышный женский шепот на языке, который был мне абсолютно незнаком, но при этом, необъяснимым образом, понятен. Каждое слово ложилось в сознание с пугающей ясностью.

Я застонала. Головная боль пронзила виски, пульсируя с каждым ударом сердца, словно тысячи иголок впились в мозг, пытаясь вытащить оттуда что-то лишнее.

"Госпожа! Императрица очнулась!" – взволнованный, полный облегчения женский голос раздался прямо над ухом.

Императрица? Что за чушь? Где я? В больнице после покушения? Это бред, вызванный действием яда или травмы? Или я в коме, и мой мозг генерирует эту невероятную фантасмагорию, чтобы защититься от ужаса реальности?

Я наконец смогла приоткрыть глаза. Сначала увидела размытые силуэты склонившихся надо мной женщин в странной, яркой одежде, напоминающей исторические костюмы. Потом – потолок. Не белый, стерильный потолок палаты или моей спальни, а резной, украшенный золотом, инкрустированный темным деревом и расписанный яркими, невиданными цветами и мифическими существами.

Я попыталась пошевелиться снова, на этот раз более целенаправленно. Получилось. Но тело было непривычно слабым, тонким. Руки… Я подняла их с трудом. Тонкие, изящные, с бледной кожей, неестественно длинными, ухоженными ногтями, унизанные массивными нефритовыми кольцами. Это не мои руки. Мои руки были сильнее, с короткими ногтями, привыкшие к клавиатуре, рулю, спортивному залу.

"Госпожа, вы в порядке? Не беспокойтесь, мы уже позвали придворного лекаря", – произнесла одна из женщин, ее молодое лицо было полно искренней обеспокоенности. Ее одежда была из тончайшего шелка, прическа – сложная, украшенная шпильками.

"Где я?" – мой голос прозвучал слабо, хрипло и… непривычно высоким. Как будто принадлежал кому-то другому. И он действительно принадлежал кому-то другому.

Женщины обменялись удивленными, почти испуганными взглядами. "Госпожа, что вы такое говорите? Вы же… вы в своем дворце. Дворце Цветения Персика".

Дворец? Цветения Персика? Что за бред? Это какой-то сложный розыгрыш? Или я в психиатрической клинике?

Я с трудом повернула голову. Роскошная комната. Мебель из темного лакированного дерева, инкрустированная перламутром. Вазы с живыми цветами, которых я никогда не видела, наполняющие воздух сильным, почти удушающим ароматом. За окном виднелся сад – не просто сад, а произведение искусства, с извилистыми дорожками, павильонами, мостиками и прудами с лотосами, больше похожий на пейзажную картину, сошедшую с музейной стены, чем на реальный парк.

Это не моя квартира. Не больница. Не что-то знакомое из моей прошлой, оборванной жизни.

Я посмотрела на женщин снова. Их прически, сложная одежда из шелка и парчи, украшения… это было поразительно похоже на костюмы из исторических фильмов про древний Китай, только настоящие, осязаемые. Но это не мог быть фильм. Ощущения были слишком реальными. Боль в голове, слабость в теле, чужой запах благовоний, ощущение мягкой, но непривычно жесткой постели под спиной. И… понимание незнакомого языка.

"Кто… кто я?" – спросила я, чувствуя, как волна нарастающей, ледяной паники подступает к горлу, грозя захлестнуть меня.

Женщины снова выглядели шокированными, словно их госпожа потеряла рассудок. "Госпожа, что вы такое говорите? Вы же… вы Императрица! Императрица Лин Мэй!"

Императрица? Слова прозвучали как гром среди ясного неба. Императрица? Я? Анна? Та, которую только что убил собственный муж, ограбив до нитки, теперь… Императрица? В этом странном, древнем, роскошном месте?

Я посмотрела на себя – на тонкие запястья, на изящные пальцы, унизанные нефритовыми кольцами, на рукав шелкового одеяния, покрывающего мое тело.

Это не мое тело. Это не мой мир.

Я умерла. И вернулась к жизни… в другом мире. В другом времени. В теле… Императрицы.

Невероятная, безумная, шокирующая правда обрушилась на меня. Вместо смерти – перерождение. Вместо ада или забвения – золотая клетка Императорского дворца. Вместо нищеты, которую мне готовили муж и любовница – высший титул в этой странной, незнакомой иерархии.

Почему? Как? И что стало с той, чье тело я теперь занимаю? Где Императрица Лин Мэй?

Паника отступила так же внезапно, как и накатила. Ее место заняли холодное, расчетливое спокойствие и обжигающая волна решимости, выкованной в пламени предательства. Я умерла ужасной смертью, преданная самыми близкими людьми, теми, кому безоговорочно доверяла. Меня использовали, сломали, выбросили. Как ненужную вещь.

Теперь у меня есть второй шанс. Власть. Пусть и в чужом теле, в чужом мире, окруженная неизвестными опасностями, правила которого мне неведомы.

Я не повторю ошибок прошлой жизни. Больше никто не сможет меня обмануть. Больше никто не сможет у меня что-то отнять. Особенно жизнь. Больше никто не сможет *контролировать* меня.

В глазах Императрицы Лин Мэй, отражавших резной золотой потолок, появилась новая, незнакомая искра. Искра Анны – циничной, опаленной предательством, но не сломленной женщины, вернувшейся из мертвых, чтобы начать все заново. На этот раз – по своим правилам.

"Воды", – твердо произнесла я, удивляясь силе и чистоте собственного голоса, который звучал непривычно мелодично.

Служанки, обрадованные, что госпожа, похоже, полностью пришла в себя и, возможно, оправилась от временного помутнения рассудка, поспешили выполнить приказ. Одна из них осторожно поднесла к моим губам нефритовую чашку с водой.

Я сделала глоток прохладной, вкусной воды, ощущая ее на непривычно нежных губах. Каждый глоток наполнял слабое тело новой силой.

"И… расскажите мне обо всем", – добавила я, глядя в глаза ближайшей служанки, чей взгляд был полон преданности и облегчения. Я постаралась, чтобы мой голос звучал властно, как подобает Императрице, но при этом не выдавал моего полного неведения. "Начиная с самого начала. Обо мне. Об этом месте. Об Императоре. Обо всем, что мне следует знать".

Мне нужно было узнать все. О теле, в котором я оказалась. О мире, в который попала. О правилах игры, в которую теперь вынуждена играть. С сегодняшнего дня я – Императрица. И я клялась себе – я проживу эту жизнь иначе. Никто больше не станет моей хозяйкой. Я сама стану хозяйкой своей судьбы.

Ее новая жизнь только началась. И она будет великой. Или она умрет, пытаясь. Но на этот раз – сражаясь. Каждое мгновение.

Глава 3: Зеркало и Чужое Лицо

Служанки, двое молодых девушек в нежных шелковых одеждах, с облегчением принялись объяснять. Одна, по имени Сяо Лю, говорила быстро, с едва сдерживаемым волнением, вторая, Сяо Лан, добавляла детали более спокойно, но с той же очевидной преданностью. Я слушала, жадно впитывая каждое слово, несмотря на пульсирующую головную боль.

Я узнала, что я – Императрица Лин Мэй, главная жена правящего Императора. Что я нахожусь в своем личном дворце, Дворце Цветения Персика, который является частью огромного комплекса, известного как Запретный Город. Что Империя называется Небесного Дракона, и управляет ею Император, сын Неба. Мне рассказали о моем "состоянии" – о том, что я была очень слаба в последние дни, почти не приходила в сознание, чем вызвала большое беспокойство или так мне хотели представить.