Стюарт Мур – Зодиак: наследие. Возвращение Дракона (страница 64)
«И я продолжаю это делать, – подумал Стивен. – Просто иначе».
– Поэтому я и здесь, – сказал он вслух.
Она отстранилась и улыбнулась, смущенная своей откровенностью. Она провела по его плечу рукой, пытаясь стереть разводы от слез.
– Знаешь, остались только два Зодиака, – сказала Жасмин. – Один – это твой друг Крыса.
– Он мне не друг, – возразил Стивен.
– Но с ним работают твои родители. И нам он может пригодиться.
Парень безрадостно кивнул.
– А еще один, – добавил Стивен, – никак не хочет появляться на наших радарах.
Они долго стояли, глядя друг на друга. Жасмин протянула Стивену руку. Он сжал ее пальцы, и у них вышло неловкое рукопожатие – как у старых друзей, которые долго не виделись.
– Пора за работу, – сказала Жасмин.
ЭПИЛОГ ВТОРОЙ: МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ НЕИЗВЕСТНО
– ЭЙ, ПРИВЕТ. Вот решила перезвонить. Во-первых, ничего ты не глупо звучишь. Ты никогда не звучишь глупо. Во-вторых, мой отец идет на поправку... Его сегодня выпишут из больницы. Я, правда, пока остаюсь здесь, потому что ему нужна помощь. Надеюсь, у тебя все нормально... Передавай всем привет. Жду не дождусь, когда вы мне расскажете про все-все приключения. А, это Ким. Ага. Вот такие дела.
Щелк.
Максвелл сидел за длинным столом. Его глаза ярко горели в темноте комнаты. Он не говорил, не двигался. Дракон восстал из его оболочки, темный и сильный, со сложенными, как у летучей мыши, крыльями.
Минс не знала, понял ли он сообщение.
– Может, еще раз включить? – спросила она.
Он повернулся к ней. Огонь в глазах померк, и на секунду показалось, что вернулся Максвелл. Он посмотрел на нее, и губы беззвучно проговорили всего два слова:
– Помоги мне.
И вдруг Дракон засиял ярче. По конференц-залу заплясали отблески от его света. Минс пригнулась.
Когда она посмотрела снова, глаза Максвелла горели огнем Дракона. Он смотрел вперед и не двигался.
Минс пожала плечами. Она взяла телефон, принадлежавший Стивену Ли, и нажала на кнопку повторного прослушивания сообщения.
– Эй, привет. Вот решила перезвонить. Во-первых, ничего ты не глупо звучишь. Ты никогда не звучишь глупо...