Стюарт Макбрайд – Меркнущий свет (страница 64)
— Все в порядке, миссис Кеннеди? — спросил Логан, возвращаясь за охапкой коробок из-под пиццы и еще какой-то коробкой, заляпанной маслом и расплавленным сыром.
Она не посмотрела в его сторону, а Детектив Большие Руки ухмыльнулся:
— Нет, сегодня не все в порядке. Очаровательные старенькие леди не должны руководить наркосиндикатами из своих квартир. И не должны использовать детишек в качестве курьеров. Ведь не должны же, миссис Кеннеди? — Ответа не последовало. — У нее была пара мальчишек, которые гуляли со своими маленькими сестренками в колясках, а коляски доверху набиты наркотиками. Все так мило и невинно. Весь чердак забит гидропонным и дорогостоящим химическим оборудованием. Выращивала марихуану и делала «ангельскую пыль»[25]. Этакий наркокартель из одной бабушки. Да? — Старушка упорно молчала и пялилась на носки ботинок. — Без комментариев, а? Ну, мы посмотрим, как вы заговорите после подробного осмотра полостей тела.
И он повел ее через заднюю дверь внутрь здания, за ним ушла женщина-констебль с большим пластиковым мешком для улик, в котором лежал плюшевый медведь с обсосанным лысым ухом. А Логан остался на подземной парковке со стопкой промасленных картонных коробок в руках.
— Твою мать!
Ведь он, идиот, должен был сразу догадаться. Ведь эта хрень ему в глаза все время бросалась! Ведь он же целый пакет этой травы нашел у нее в холодильнике, господи ты боже мой! Твою мать! Он сунул коробки от пиццы в мусорную корзину и пошел к машине. Эти детишки там все время мотались, наблюдали за ее домом и ждали, когда полиция свалит, чтобы заняться своим телепузиковым бизнесом по разносу наркоты. Твою мать! Вот ведь тварь, училка, химичка чертова. Чердак на замке. Внучок — торговец наркотиками. Все было на виду, а он два и два не смог сложить. ТВОЮ МАТЬ!!!
Ругаясь и проклиная все на свете, Логан сунул последние коробки в мусорную корзину, отступил на шаг и врезал по ней ногой, да так сильно, что сетчатая проволочная поверхность прогнулась. Похромал к машине, достал мобильный телефон и сказал Ренни, чтобы немедленно спускался вниз: они уезжают.
Когда они оказались на автомобильной стоянке в Крейгинчиз, солнце светило вовсю, на небе не было ни облачка, только едва видимый туман на горизонте. Но за тюремные стены лето не проникло. Рядом со стойкой дежурного какой-то человек в грязном комбинезоне, сидевший на корточках возле радиатора, лупил по нему гаечным ключом, помогая себе ругательствами.
— Значит, так, — сказал Логан, когда усталая женщина, сидевшая за стойкой, ушла за списком заключенных, которые должны были находиться на спортивном дворе, когда Джейми Маккиннон вмазал лишнего. — Смотри, как мы будем работать: ты ведешь допрос, я наблюдаю. Если я хочу что-нибудь спросить, то вступаю в разговор. Но во всем остальном ты — главный. О’кей? — Для разнообразия Логан хотел играть роль шарманщика, а не мартышки.
Ренни расправил плечи и кивнул. Наступил его черед блеснуть…
После четырех допросов они так и не приблизились к разгадке смерти Джейми Маккиннона. Никто ничего не видел. Ну надо же! После того как из допросной вывели четвертого заключенного, Логан зевнул. К его глубокому удивлению, Ренни оказался компетентным дознавателем. Ему самому пришлось вмешаться всего лишь два раза, чтобы кое-что прояснить, и то это было во время самого первого допроса, после чего констебль сразу же добавил дополнительные вопросы Логана к своим.
И все равно они никуда не продвинулись.
Расстроенный, Логан еще раз проверил список, который они получили от дежурного. На спортивном дворе находилось двадцать семь человек; и вот кто-то держал Джейми Маккиннона, еще кто-то зажимал ему рот, чтобы он не кричал, а кто-то третий всаживал ему в руку шприц. И как так получилось, что никто ничего не видел?
— Э-э, сэр? — Ренни неуютно ерзал на своем стуле. — Есть какая-нибудь возможность сделать перерыв? Я сейчас лопну.
— Хорошая мысль. Давай, иди писать. А потом перерыв на чай.
Ренни смиренно кивнул:
— Да, сэр. Два чая, с молоком, без сахара.
И тут Логан вспомнил про свое озарение:
— Нет, знаешь что? На этот раз чай буду делать я.
Комната отдыха персонала была совсем небольшая, пожелтевшая от десятилетий сигаретного дыма. Кто-то черным маркером внес исправления в табличку с надписью: «БОЛЬШОЕ СПАСИБО ЗА ТО, ЧТО ВЫ НЕ КУРИТЕ», так что теперь сигарета в красном кружке выглядела как пенис, с конца которого капала сперма. Слово «КУРИТЕ» было перечеркнуто, и над ним написано: «ДРОЧИТЕ». Просто класс.
Логан наполнил чайник холодной водой и включил его. В шкафу чистых чашек не оказалось, зато кто-то спрятал там пачку печенья и пакет пожелтевших кофейных фильтров. Логан взял парочку печений. В коридоре кто-то громко чихнул, он быстро сунул печенье в карман, и дверь в комнату персонала отворилась. Это была женщина — социальный работник, с которой он встречался в прошлый раз, и выглядела она опять так же, как будто вот-вот умрет от простуды. Логан нацепил на лицо улыбку.
— Привет, вот, ищу чистые чашки, — сказал он, притворяясь, что копался в шкафу совсем не для того, чтобы украсть несколько нешоколадных печений.
— В этом месте? И не ищите. — Она высморкалась в грязный серый носовой платок и потрогала чайник. — Вымыть надо.
Логан так и сделал, выбрав пару чашек, которые не выглядели так, будто их использовали вместо параши, и вымыл их горячей водой из-под крана.
— Все еще одна работаете? — спросил, чтобы завязать разговор, пока закипал чайник.
— Как обычно, черт бы все это побрал. — Она вытрясла в громадную кружку целую гору растворимого кофе. —
— А вы здесь что, — сказала она, когда они шли вместе по коридору, — по какому-то делу?
— Джейми Маккиннона помните?
— Господи, как я могу его забыть! Это ведь как раз из-за него здесь закрутилось расследование несчастного случая со смертельным исходом. — Она состроила сердитую гримасу и шмыгнула носом. — Почему за ним не установили более плотного наблюдения? Почему ему позволили совершить в тюрьме самоубийство? Почему так получилось, что у него оказались наркотики? — Как будто он, черт возьми, у кого-то на это разрешения спрашивал!
— Если вас это как-нибудь утешит, нам кажется, что его убили. Мы сейчас допрашиваем всех, кто был в это время на спортивном дворе.
Она грустно засмеялась:
— Желаю удачи, она вам точно понадобится!
Они дошли до допросной комнаты.
— Ну, как бы то ни было, — сказала она, — а у меня лежит целая куча отчетов, которыми надо заниматься. Теперь, после этого Джейми Маккиннона, здесь каждого ублюдка надо еще раз проверить на суицидальные наклонности. — Она горько засмеялась. — И разве кто-нибудь меня похвалит за то, что я одна выполняю работу целого отдела? Да черта с два!
Логан хмыкнул, и выражение его лица стало таким же хмурым, как у нее.
— Вы мне будете об этом говорить! — отозвался он. — Черт бы побрал эту Стил и ее… — Тут кое-что пришло ему в голову. — А как насчет Нила Ричи? Он тоже под наблюдением?
Она озадаченно уставилась на него:
— Ричи? A-а… Охотник из Шор-лейн. Еще как под наблюдением, черт бы его побрал. Этот парень — полная развалина. Одной смерти в заключении более чем достаточно.
На лице Логана появилась мрачная улыбка. Детектив-инспектор Стил не смогла добиться признания от Ричи, ну так пусть и дальше копается у себя в носу.
— А могу я с ним поговорить?
Она пожала плечами:
— Не вижу причины, почему нет. В конце концов, это не повредит.
Нет, подумал Логан, это точно не повредит.
Глава 36
Нил Ричи выглядел дерьмово: сгорбленный, под налитыми кровью глазами темные мешки, немытые волосы торчат дыбом. Он качался взад-вперед на скрипучем пластиковом стуле. Шум переполненной тюрьмы, занятой своими ежедневными делами, просачивался сквозь стены допросной комнаты, в углу слабо гудел и тарахтел старый чугунный радиатор. Все записывалось на жужжащую в видеомагнитофоне пленку. Для потомства. Перед Ричи стояла чашка с чаем, которую Логан приготовил для Ренни, и лежало украденное печенье. Ни к тому, ни к другому он не прикоснулся.
— Ну что, — сказал Логан, наклоняясь вперед и специально копируя позу сидевшего напротив Ричи, — как вы себя чувствуете, Нил?
Мужчина пристально смотрел на чай, наблюдая за тем, как на его поверхности образуется пленка. Ответил едва слышным шепотом:
— Они… они посадили меня в камеру с уголовником. Он ударил кого-то ножом! Он сам мне сказал, что кого-то ударил ножом… — Нил Ричи сморщился, сдерживая слезы. —
Тот же самый трюк он проделал со Стил. Заявить о полной своей невиновности и повторять это до тех пор, пока всех не затошнит. Логан постарался сохранить сочувствующее выражение лица:
— А как насчет Холли Макьюэн, Нил? В вашей машине на пассажирском сиденье нашли ее волос. Как он туда попал? Помогите мне понять, как он туда попал, и, может быть, я помогу вам. Вы подвозили ее?
— Нет! — Слово прозвучало, как стон. — Я никогда ничего не делал с этими женщинами, я обещал Сьюзан. Что никогда больше не буду. Никогда.