Стюарт Макбрайд – Меркнущий свет (страница 5)
— И вы берете на себя всю ответственность за полное… — Напье поискал подходящее слово, — фиаско?
Логан кивнул. Ничего больше он сделать не смог.
— Да к тому же все это получило отрицательную огласку, — сказал Напье. — Случаи, подобные этому, привлекают особое внимание средств массовой информации, приблизительно так же, как разлагающийся труп привлекает мух…
Он взял со стола вчерашний экземпляр «Ивнинг экспресс». В заголовке стояло что-то безобидное о ценах на недвижимость в Олдмелдраме, но инспектор полистал страницы к центральному развороту, и протянул Логану через стол. «ПО МОЕМУ МНЕНИЮ…». То была регулярная колонка, в которой газета раскручивала местных «шишек» — мелких знаменитостей, отставных полицейских инспекторов и политиков — на высказывания по поводу чего-нибудь злободневного. Вчера была очередь члена городского совета Маршалла. Вверху колонки, как обычно, помещалась фотография — будто резиновые черты лица были широко растянуты масляной улыбкой: этакий самодовольный бездельник.
Некомпетентность полиции растет: посмотрите только на провалившуюся вчера операцию, и вы получите лишнее тому подтверждение. Ни одного ареста, и один офицер полиции на пороге смерти. Пока наши бравые ребята в синей униформе патрулируют улицы, безукоризненно выполняя свою работу, становится совершенно ясно, что их старшие товарищи не могут даже организовать вечеринку на пивоварне, как говорится в пословице…
И все в таком духе на целую страницу, при этом неудавшийся логановский рейд упоминался как пример воплощения в жизнь всех ошибок полиции. Логан бросил газету на стол, и его слегка затошнило.
Напье извлек толстую папку с надписью: «ДС Л. МАКРЕЙ» — из лотка с входящими документами и добавил статью адвоката Маршалла к стопке газетных вырезок:
— Вам несказанно повезло, сержант, что пресса не пригвоздила вас к позорному столбу за все это. — Он аккуратно положил папку обратно в лоток. — Очень интересно, будет ли местная пресса так же любить вас, когда констебль Мейтлэнд умрет… — Напье посмотрел Логану прямо в глаза. — Итак, я дам свои рекомендации старшему констеблю. Вы в свое время узнаете о том, какие меры будут приняты в отношении всего этого. Однако я бы хотел, чтобы вы приняли во внимание то, что моя дверь всегда открыта для вас, если вы пожелаете обсудить со мной какие-либо проблемы. — И все это с искренностью адвоката, специализирующегося на разводах.
Логан сказал:
— Да, сэр. Спасибо, сэр.
Вот такие дела: они хотят его уволить.
Глава 4
Настало время ланча, а Логан все еще ждал, когда топор упадет на его шею. Он сидел в столовой, катая вилкой по тарелке засохший кусок лазаньи. Послышался стук тарелок, Логан поднял глаза и увидел констебля Джеки Ватсон по кличке Яйцелом. Миска с шотландской похлебкой из мяса, овощей и перловой крупы, пикша и жареная картошка. Из-за гипса на левой руке разгрузка подноса представляла весьма затейливый процесс, но она справлялась с ним, не прося помощи. Ее кудрявые каштановые волосы были собраны в уставной пучок, косметика на лице почти отсутствовала — просто полицейский до кончиков ногтей. Совсем не та женщина, с которой он спал прошлой ночью и которая заливалась от смеха, когда он губами щекотал ее живот.
Она взглянула на размазню в его тарелке:
— Картошки жареной хочешь?
Логан покачал головой:
— Нет. — Вздохнул: — Диета, ты же помнишь.
Джеки удивленно вздернула бровь:
— Значит, жареную картошку не едим, а лазанью — пожалуйста, так, что ли? — Она погрузила ложку в миску с похлебкой и принялась за еду. — Как все прошло у Черного Властелина?
— О-о… все как обычно: я позорю полицейский мундир, создаю полиции сомнительную репутацию… — Логан попытался улыбнуться, но улыбка почему-то не получилась. — Начинаю думать, что вся эта хрень с Мейтлэндом — это, наверное, уже перебор. А вообще, — сменил он тему разговора, — как у тебя дела? Как рука?
Джеки пожала плечами и подняла руку вверх: гипс был весь исписан шариковой ручкой.
— Чешется, как сволочь. — Потянулась через стол и взяла его за руку — бледные пальцы торчали из гипса, как клешни рака-отшельника. — Возьми у меня немного картошки, если хочешь.
Логан кисло улыбнулся, взял один кусочек — просто душа не лежала.
Джеки принялась за пикшу:
— Не знаю, и зачем я старалась — уговаривала СОМПа разрешить мне исполнять легкую работу: если мне и разрешат что-то делать, так только документы архивировать.
Доктор Маккафферти, старший офицер медслужбы полиции, был постоянно шмыгавший носом грязный старик с навязчивым интересом к женщинам в униформе. Он просто был не в силах отказать Джеки, когда она включала свое обаяние.
— Вот что я тебе скажу: здесь ни один дебил не знает даже алфавита. Я нашла такое количество бумаг под литерой «Т», а они должны были…
Но Логан не слушал. Он смотрел, как в столовую входили детектив-инспектор Инщ и инспектор Напье. Особенно довольным никто из них не выглядел. Инщ скрюченным пальцем поманил Логана. Джеки на прощание сжала ему руку.
— Да черт с ними, — сказала она. — Это просто работа.
Просто работа.
Они зашли в ближайший пустой кабинет. Инщ закрыл дверь, сел на край стола, достал из кармана пакет лакричного ассорти. Взял пастилку себе, протянул пакет Логану. Напье не предложил.
Инспектор из службы собственной безопасности притворился, что не заметил этого.
— Сержант Макрей, — сказал он, — я говорил со старшим констеблем о вашей ситуации, и вам, наверное, приятно будет узнать, что я смог убедить его не отстранять вас от службы, не понижать в звании и не увольнять. — Это казалось чертовски маловероятным, но Логан решил, что на сей раз лучше промолчать. — Тем не менее, — Напье снял невидимую пушинку с рукава своего безукоризненного кителя, — старший констебль полагает, что в последнее время у вас было слишком много свободы, и, возможно, теперь требуется установить за вами более строгий контроль. — При этих словах Инщ ощетинился, и его глаза стали как сердитые черные угольки на фоне широкой розовой физиономии. Напье не обращал на него внимания. — Итак, вы приписаны к команде детектива-инспектора Стил. Дела, которые она ведет, не столь серьезны, как те, которыми занимается инспектор Инщ, и она больше времени сможет посвятить вашему профессиональному росту.
Логан старался не моргать. Перевод в Штрафную Команду — только этого не хватало! Напье холодно улыбнулся ему:
— Надеюсь, что вы воспримете это как возможность искупить свою вину, сержант.
Логан промямлил что-то о приложении максимума усилий, и Напье вытек из комнаты, распространяя победное зловоние.
Инщ покопался пальцем в пакете лакричного ассорти, сунул в рот черно-белый кубик и начал жевать, при этом весьма похоже подражая гнусавому голосу Напье:
— «Я смог убедить его не отстранять вас от службы, не понижать в звании и не увольнять», твою мать. — За кубиком последовало кокосовое колечко. — Этот маленький засранец просто с ножом к горлу пристал. Старший констебль потому не хочет тебя увольнять, что ты настоящий герой полицейский. Раз это в газетах пишут — значит, это правда. Да и вообще, ни хрена Напье не сможет сделать, пока они не закончат внутреннее расследование. Если бы он был уверен, что есть хоть малейшая возможность пришить тебе преступную халатность или превышение полномочий, тебя бы уже давно отстранили от службы. Все будет в порядке. Не волнуйся.
— А детектив-инспектор Стил?
Инщ философски пожал плечами и начал жевать розовый анисовый кругляшок.
— Ну да, что есть, то есть. Ну, сунули тебя в Штрафную Команду, и что из этого? Вынь палец из одного места, не делай глупостей, и все будет о’кей. — Он замолчал и задумался. — Пока констебль Мейтлэнд не помрет, так вот.
Инспектор Инщ правил железной рукой. Поскольку он был приверженцем пунктуальности, подготовленности и профессионализма, его совещания всегда были ясными и лаконичными. У детектива-инспектора Стил царил полный хаос. У нее не было четкой повестки дня, все говорили одновременно, а Стил сидела у открытого окна, выпуская клубы дыма от бесчисленных сигарет, которые курила одну за другой, и скребла у себя под мышкой. Ей было слегка за сорок, но выглядела она куда старше. Морщины покрывали ее вытянутое лицо, а кожа свисала с острого подбородка, как мокрый носок. Что-то ужасное случилось с ее волосами, но все почему-то боялись об этом упоминать.
Ее команда была сравнительно небольшой — человек пять детективов-сержантов, да пара констеблей, — поэтому они не сидели строгими рядами, как этого требовал детектив-инспектор Инщ, а просто толпились вокруг обшарпанных рабочих столов. Они даже говорили не о работе; половина интересовалась: «Ты смотрел вчера
Дверь комнаты для совещаний открылась, и кто-то в новенькой униформе, пятясь, внес поднос с кофе и шоколадным печеньем. Поднос был водружен на столе посреди комнаты, и все, как бешеные, на него набросились. Когда наконец согнутая фигура выпрямилась, Логан узнал его. Констебль Саймон Ренни, теперь уже детектив-констебль. Он заметил Логана, улыбнулся, схватил кофе и горсть шоколадных печений и подсел к нему. Ухмыльнувшись, протянул ему щербатую кружку. Он выглядел ужасно довольным собой.