Стюарт Макбрайд – Колыбельная для жертвы (страница 75)
– И побыстрее.
Она сморщилась, нажала на кнопку и опустило стекло. В салон ворвался шелест дождя, принеся с собой холодную морось.
Элис прижала к груди кулак:
– О господи, простите, не знаю, что на меня нашло, с вами все в порядке?
В ночи взвыл еще один гудок, потом еще один…
Мэнсон уставился на нее:
– ТЫ ЧТО, СУКА, МАТЬ ТВОЮ, ДЕЛАЕШЬ, А? – На губах запузырились слюни, блестя в свете фар других машин.
Элис подняла руки:
– Простите, мне очень, очень жаль. Я не…
– ИДИОТКА! – Ткнул в нее пальцем. – ЧЕРТОВЫ БАБЫ ЗА РУЛЕМ, ВЫ НАТУРАЛЬНАЯ УГРОЗА ЖИЗНИ, ЧЕРТ БЫ ВАС ПОБРАЛ!
Автомобильные гудки за спиной соединились в хор.
– Мне очень жаль, я не хотела, это было…
– НЕ ТОРЧИ ТЫ ЗДЕСЬ, ПОСРЕДИ ЭТОЙ ЧЕРТОВОЙ ДОРОГИ! ОТЪЕЗЖАЙ ДАВАЙ, БЫСТРО!
Я положил руку ей на плечо:
– Делай, что говорит этот добрый человек.
– О господи, о господи… – С третьей попытки «ягуар» завелся, Элис вывернула руль влево. Машина дернулась вперед, процарапав бок «порше» и издав еще один надрывный визг металла о металл.
– ТЫ ТОЛЬКО ХУЖЕ ДЕЛАЕШЬ, ИДИОТКА ЧЕРТОВА!
Треск, глухой удар, и «ягуар» вырвался на свободу. Элис встала у бордюра, напротив закрытого мебельного магазина. Выключила мотор. Склонилась над рулем:
– Для чего ты это сделал?
В темных окнах магазина снова засверкали огни фар, движение возобновилось.
Я расстегнул ремень безопасности:
– Тебе нужно выйти из машины.
– Эш, он… О господи…
Через дорогу маршировал Мэнсон, руки сжаты в кулаки, зубы оскалены. Черный плащ развевается за спиной, как мантия. Остановился у двери машины, слегка изогнулся, потом раздался глухой металлический звук, как будто он врезал в дверь ногой.
Элис взвизгнула.
– Все в порядке, он ничего тебе не сделает. Брехливая собака не кусает. – Я достал пару синих нитриловых перчаток из походного набора, надел. – Выходи давай.
– О господи… – Подергала ручку двери, глубоко вздохнула и вышла под дождь. Развела руки в стороны и стала, моргая, смотреть на него. – Послушайте, я понимаю, что вы сердитесь, но…
– Я? СЕРЖУСЬ? – Мэнсон навис над ней. Мотнул рукой в сторону своего «порше». – ЭТО ДЕВЯТЬ-ОДИННАДЦАТЬ, АБСОЛЮТНО НОВАЯ! ДА ТЫ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, СКОЛЬКО Я ЗА НЕЕ ЗАПЛАТИЛ?
– Все вышло совершенно случайно, я просто не…
– ДА ТЫ БОЛЬНАЯ НА ВСЮ ГОЛОВУ!
Я расстегнул ремень безопасности, вылез наружу. Как будто под холодный душ встал – волосы сразу к черепу приклеились, а куртка насквозь промокла.
Зато на тротуаре никого не было.
Проезжавшие мимо машины притормаживали, пытаясь получше разглядеть раздолбанный спорткар. В центре водительской двери громадная вмятина, краска содрана до металла, по всему боку до самого спойлера.
Смятый капот «ягуара», по всей видимости, никого не интересовал.
– ПОНИМАЕШЬ, КТО ТЫ? ТЫ ИДИОТКА!
– Пожалуйста, я не…
– ИДИОТКА!
Мимо протащился фургон «Транзит», потом маленький «фиат».
Я шагнул с бордюра на дорогу, открыл багажник «Ягуара».
– ТАКИМ, КАК ТЫ, НЕЛЬЗЯ ЗА РУЛЬ САДИТЬСЯ!
Коричневый конверт хрустел, пока я выуживал из него шприцы.
Элис попятилась, встала на тротуар:
– Мне на самом деле кажется, что будет лучше, если мы просто успокоимся…
– ЭТО ТЫ МНЕ ГОВОРИШЬ, ЧТОБЫ Я УСПОКОИЛСЯ? ТЫ, СУКА ТУПАЯ! – Потащился за ней, стал орать ей в лицо, руками размахивать. С подола его плаща капала вода, мокрое лицо блестело. – ТЫ МОЮ МАШИНУ УГРОБИЛА!
Я зажал в зубах оранжевый колпачок с иголки.
– ТЫ, МАТЬ ТВОЮ, ЗА ЭТО ЗАПЛАТИШЬ, СЛЫШИШЬ МЕНЯ?
Слегка нажал, и тоненькая струйка прозрачной жидкости, изогнувшись, исчезла в ночи.
– Пожалуйста, это был несчастный случай, я не…
– СОВЕРШЕННО НОВЫЙ «ПОРШЕ» ДЕВЯТЬ-ОДИННАДЦАТЬ, И ТЫ… акх…
Я обхватил его рукой за горло и всадил иголку в шею, прямо под ухо. Нажал на поршень. Надавил ему правым коленом на поясницу, притянул к себе, а сам прислонился к «ягуару». Подержал его в таком положении, пока он махал руками и пытался схватиться за шприц.
Он стал слабеть.
Обмякать.
А потом его руки бессильно повисли, колени подломились, и голова свесилась вниз.
– Заднюю дверь открой.
Элис обняла себя руками:
– Эш, это не…
– Все, что тебе нужно сделать, – это просто открыть дверь, этого никто не увидит.
К тому же машина загораживает.
Она бросилась к машине, открыла заднюю дверь «ягуара».
Я повернулся и сунул Мэнсона внутрь, так что он плюхнулся на пол перед задними сиденьями. Поднял ему колени, чтобы ноги наружу не торчали. Снял с заднего сиденья клетчатое покрывало, набросил на него. Захлопнул дверь:
– Ну вот, тепло и уютно.
Даже если стоять рядом с машиной и смотреть внутрь, никогда не догадаешься, что он там.
Подождал, когда проедут машины, перешел через дорогу к «порше», достал наклейку, которую стащил из комнаты дорожной полиции, и прилепил ее на лобовое стекло. «ПОЛИЦИЯ ПРЕДУПРЕЖДЕНА». Теперь машина могла стоять здесь неделями, а все только и будут стонать по поводу того, что за банда ленивых ублюдков эта полиция Олдкасла.
Можно было возвращаться к плану А.
36