Стюарт Макбрайд – Дом плоти (страница 44)

Все заржали. Но у Логана явно было плохое настроение.

— Ты ведь знаешь, что в этой аварии погибла маленькая девочка, констебль? Дочка Инша. Та самая, на поминальной службе в честь которой мы сегодня присутствовали!

Хохот смолк.

— Она была связана по рукам и ногам и лежала в багажнике, ее везли, чтобы продать какому-нибудь педофилу. Ты всё еще думаешь, что это очень смешно, мать твою? — Логан выхватил пульт из рук констебля и выключил телевизор.

Все вдруг вспомнили, что у них есть срочные дела в другом месте.

Остался только Ренни, смущенно переминавшийся с ноги на ногу.

— Простите, сэр, я вовсе не хотел… ну, вы понимаете. — Он показал на телевизор. — Алек дал кассету. Но теперь, когда мы поймали Вайзмена, она вроде как без надобности. — Он кашлянул. — Там есть еще смешной кусок, когда Макфарлейн споткнулся и сломал запястье… и там такая забавная фонограмма… — Он вынул диск из магнитофона и передал его Логану. — Простите, сэр.

— Если я ничего не путаю, ты должен был разобраться с этими папками из Интерпола.

— Да, но инспектор Стил сказала, что это пустая трата времени, так что мне поручили идентификацию жертв. Вот я и ползаю по спискам пропавших лиц, выискивая толстых… то есть мужчин и женщин покрупнее… ну, которые больше подходят по типу. Затем передаю данные в лабораторию, где разбираются с ДНК, а они там смотрят, есть ли связь с кусками мяса.

— Да, я в курсе.

Логан перевернул диск. Алек придумал дурацкое название: «Гранитный город 999: смеяться разрешается».

— Беда в том, что половина этих типов уже не пропавшие. В прошлом году зарегистрировано три тысячи пропавших людей, и вы думаете, кто-нибудь из родственников удосужился сообщить нам, что они нашлись живыми и невредимыми? Черт бы их побрал! Мы что, экстрасенсы?

— Бедняга Симон Ренни…

— Ну да. Эй, я слышал, что нас будут контролировать…

— Кто? — без всякого интереса спросил Логан.

— Ребята из Стратклайда.

— Ясненько…

Полиция Стратклайда — как раз там и работала Джекки. Она не давала о себе знать после того, как изгадила квартиру. Ему пришлось сменить замки на тот случай, если ей вздумает заглянуть еще разок.

— … сегодня?

Он поднял голову и увидел вопрошающий взгляд Ренни.

— Что сегодня?

— Знаете, в былые времена вы хотя бы делали вид, что слушаете. Не. Хотели. Бы. Вы. Пойти. Куда-нибудь. Сегодня. Вечером? Например, боулинг и пиво, как вам такой вариант? Если хотите, я могу попросить Лауру, чтобы она захватила подружку. В смысле, теперь, когда вы и Джекки… ну… вы понимаете.

— Спасибо. — Логан бросил диск в урну. — Но мне как-то не хочется…

Ренни не стал настаивать:

— Но вы подумайте об этом, ладно? Нет смысла чувствовать себя несчастным всю жизнь.

— Шшш, шшш… — Прохладная рука на ее лбу. — Ты вся горишь.

Хитер бил озноб.

— Холодно…

Данкан нахмурился:

— Ты скверно выглядишь.

В металлической тюрьме воняло: кислый запах блевотины и мерзкая вонь поноса.

— Пить…

— Прости, ласточка, воды больше не осталось.

— Но я хочу пить… о господи… — Она уползла в угол и принялась возиться с крышкой биотуалета. Потом ухватилась за сиденье, и ее снова вырвало. Такое впечатление, что кто-то саданул ее в живот, но изо рта вылилась только тоненькая струйка горькой желчи.

— О господи…

— Шшш… всё будет хорошо. — Данкан помог ей лечь на матрас. — Как ты себя чувствуешь?

— Я только хочу… Я только хочу умереть…

Все болело. Голова раскалывалась, горло драло, во рту пересохло, губы растрескались, ноги сводила судорога — всё это признаки острого обезвоживания. Она видела программу на эту тему по каналу «Дискавери».

— Тебе плохо. — Данкан отлепил прядь с ее липкого лба. — Тебе надо отдохнуть.

— Я так устала…

— Это оттого, что ты умираешь.

— Я хочу… вернуться… домой.

— Я знаю, знаю. — Он наклонился и поцеловал ее в лоб. — Ты скоро придешь к нам, и всё будет замечательно. Только ты, я и Джастин. Никакой больше ТЬМЫ.

Хитер кивнула. Говорить было больнее.

— Все скоро кончится.

27

Логану вовсе не хотелось, чтобы им помыкали, но он все же попытался взять себя в руки. Ему пришлось просидеть четыре часа в тесной комнате, наблюдая, как Фолдс и его психиатр пытаются вытащить что-то путное из Кена Вайзмена. Инспектор Стил тоже была там. После этого он готов был отправиться на боулинг с кем угодно. Сколько можно слушать, как убийца советует начальнику полиции пойти и трахнуть себя теркой для сыра?

Когда в зале появилась подружка Ренни Лаура, они уже приступили к четвертой пинте. Логан так и не понял, расстроился ли он, что девчонка не привела с собой обещанную подружку.

Еще пиво, потом текила, потом чипсы. На этом Логан поставил точку и пошел домой. Он чувствовал себя пьяным, и ему было очень жалко себя.

Без разбросанных повсюду вещей Джекки, без ее фарфоровых безделушек, без флакончиков и баночек в ванной, без пучков волос на ковре около зеркала в спальне квартира выглядела по-другому. Добавить сюда холодные ноги под одеялом… Черт бы побрал этого мерзавца Ренни с его кокетливой подружкой!

Логан свалился на постель и уставился в темноту. Они поймали Мясника — всё теперь должно быть тип-топ. Но он не чувствовал облегчения.

Яркий свет. Голова кружится, все болит… но в этом ничего нового. Хитер перекатилась на бок и, прищурившись, посмотрела на дверь.

Он вернулся!

Она с трудом встала на колени, упала, поползла к решетке.

— П…

В ее организме воды осталось всего на несколько слезинок.

ОН ВЕРНУЛСЯ!

Мясник втащил в тюрьму кого-то нового и бросил на пол с другой стороны решетки. Затем повернулся и уставился на Хитер.

— П-п… — Горло перехватило. Она попыталась снова: — П-п-пожалуйста…

Он вытащил бутылку с водой из кармана фартука и сунул ее через прутья. Хитер схватила его за ногу, потянула так, что Мясник едва не потерял равновесие.

— Никогда… не оставляй меня… снова… — прохрипела она, торопливо свинтила пробку бутылки и принялась пить.

Она так торопилась, что большая часть воды выливалась.

— Не оставляй меня! Не оставляй меня!

Мясник замер, затем наклонился и погладил ее по грязным спутанным волосам.

Всё теперь будет хорошо.