Стивен Стирлинг – Война будущего (страница 8)

«Радуйтесь пока и наслаждайтесь ими, ребята. У меня плохое предчувствие, что

рестораны скоро уйдут в прошлое».

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ДЕЛЬТА-ДЖАНКШН, АЛЯСКА

Джон просидел на автостоянке «Длинного дома»* около сорока пяти минут, уставившись в никуда — он глядел на мокрые зеленые деревья, мокрую серую грязь, мокрый тротуар и в мокрое серое небо, размытое как в тумане. Фургон Дитера стоял через три машины от него, но ни его, ни Сары, пока нигде не было видно.

- - - - - - - - - - - - - -

* «Длинный дом» - главный вигвам североамериканских индейцев, где проходили

общественные церемонии и собрания. Сегодня это чаще всего стилизация для

размещения ресторана.

- - - - - - - - - - - - - -

«Может, мне стоит всё сказать им внутри», подумал Джон. «Трусливо, конечно, но это

наверняка лучшая гарантия, что мама тут же не убьет меня наповал».

Сжав губы, он пристыженно повесил голову. Она, возможно, никогда больше с ним не заговорит - по крайней мере, не как с собственным сыном - но она наверняка и не убьет его, хотя бы потому, что этого хотелось бы Скайнету. Джон открыл дверь и вылез из машины, не обращая внимания на холод и капли дождя, которые били его по лицу и шее. Затем он пересек самую длинную автостоянку на земле…

«Хотя и не такую уж и длинную» , подумал он, увернувшись на ходу от человека с

огромной бородой в кроваво-красной теплой куртке макино, который выглядел так, будто

пил все лето вместе с еще молодой весной. «Хотелось, чтобы она длиной была где-то со

световой год. Или чтобы я мог просто убежать от всего этого».

Он вошел внутрь через переднюю дверь, затем прошел через прихожую, а затем миновал и внутренние двери - в большинстве заведений здесь имелись подобные тамбуры, специально для зимнего времени. В лицо ему сразу же ударил горячий прокуренный воздух, наполненный запахами еды, кухни, пива и шума от разговоров. Хозяйка у таблички с надписью «Пожалуйста, дождитесь свободных мест» махнула ему рукой, пригласив внутрь, после того как он ей сказал, что должен встретиться с людьми, которые уже сидят где-то здесь. Он остановился у входа в длинный, тускло освещенный зал, посреди стука столовых приборов и табачного дыма, которого было гораздо больше, чем ему того хотелось. Дитер и Сара, с бокалами в руках, смеялись за столом в полутемном уголке ресторана. В небольшой маленькой деревенской лампе, стоявшей посередине стола, горела свеча, и мама его выглядела тридцатилетней и очень красивой. Казалось эгоистичным навязывать им свои новости, сейчас, когда им было так хорошо

вдвоем. «Но с другой стороны, если уж они именно сейчас такие расслабленные, чуть

подвыпившие и кайфующие, может, и Дитер меня тоже тогда не прибьет». Он подошел

к ним, вымучив на лице неопределенно приятное выражение. Когда он подошел к столу, его мать понимающе ему улыбнулась. «Я вот все думала, когда же ты явишься», сказала она. «Но когда увидела выражение твоего лица, мне что-то не захотелось тебя приглашать». Джон закрыл глаза и сделал глубокий вдох. «Можно присяду?», спросил он. Сара и Дитер переглянулись, и великан сделал милостивый жест-приглашение; после чего Джон сел, сложив руки на животе. Становилось как-то мучительно от этого напряжения. «Есть хочешь?», спросила Сара, оглядываясь по сторонам в поисках официантки. Джон отмахнулся. «Нет». Он придвинулся чуть ближе к ним, и это его движение заставило и их тоже немного наклониться. Джон посмотрел им обоим в глаза. «Я должен перед вами извиниться за свое поведение», сказал он. «Перед вами обоими, но в особенности перед тобой, мама. И я должен вам кое-что сказать». Он стиснул зубы. «И клянусь, мне легче вырезать себе язык, чем сказать это». Сара откинулась назад, постукивая пальцем по столу и внимательно глядя на сына. По виду было видно, что ему… стыдно. Глубоко внутри у нее похолодела кровь в жилах, предвещая какую-то близящуюся катастрофу. Если бы Джон был каким-нибудь обычным молодым парнем, она бы подумала, что он сейчас собирается признаться, что от него залетела какая-то девица, и что он готов жить вместе с ней, пусть даже очень скромно и в лишениях. Но Джон не был обычным парнем, и значит, трагедия, из-за которой он выглядел таким поверженным и испытывал такие муки совести, была очень, очень серьезной. «Может, подождешь, пока не вернемся домой?», мягко спросила она. Он покачал головой. «Не думаю, что смогу выдержать такое ожидание». Он снова покачал головой. «Но не знаю, как вам об этом сказать». Дитер закатил глаза. «Расскажи так, будто докладываешь информацию», отрезал он. «Начни с начала, дойди до конца и остановись». Джон бегло ему улыбнулся, а затем снова опустил глаза. «Я прочитал записку мамы, и, несмотря на внутреннее сопротивление, я понял, в чем дело, после того, как спросил себя, почему же я такой мудак». Дитер что-то громко пробурчал в знак протеста, но Джон остановил его взглядом. «Я понимаю, как я себя вел. Поэтому я подумал, а когда же это началось, и это мысленно вернуло меня на базу «Рыжий тюлень». Сара с Дитером инстинктивно оглянулись, не слышит ли их кто-нибудь, и Джона это ненадолго, но грустно позабавило. «Перед тем, как Терминаторша убила Венди, она пыталась мне что-то сказать. Я думал, что это «Enter». Поэтому я подошел к компьютеру и загрузил диск, который обнаружил в ящике стола. После этого Терминаторша ее убила, мы убили ее, и потом мы покинули базу». Джон покопался в ногтях некоторое время, а затем посмотрел маме прямо в глаза. «Но теперь я все обдумал, и думаю, что она сказала… нет, я уверен, что она сказала не “Enter”, а “Erase” (“Стереть”)». Сара еле слышно охнула, будто ее ударили кулаком, не сильно, но прямо в солнечное сплетение. Она уставилась на сына, чуть приоткрыв рот и неловко двигая руками, как будто не зная, куда их деть. «Ты?», спросила она, не веря своим ушам. Она покачала головой, затем ахнула и прикрыла рот рукой. Сара встала, по-прежнему не сводя с Джона глаз. «Мне нужно пройтись», сказала она, словно в состоянии гипноза. Она вылезла из-за стола. Дитер начал подниматься, но она замахала ему рукой, чтобы он этого не делал. Некоторое время Сара просто стояла, глядя сверху вниз на Джона, который вынужден был лишь терпеть это, изредка бросая на нее короткие взгляды. Затем она отошла от них, поспешно и не оглядываясь. За столом воцарилась тишина. «Хорошо, что мы успели поужинать перед твоим приходом», сказал Дитер. Джон посмотрел на него, почувствовав себя дурно. «Не думаю, что теперь мне вообще когда-нибудь захочется опять есть», пробормотал он. «Захочется. И надо бы». Здоровенный австриец прищурился. «Нам нужно будет подчистить за собой, устранить проблему, которую мы после себя оставили». Это вызывало у Джона возмущенный и недоверчивый смешок. «Проблему? Это слишком мягко сказано, тебе не кажется?» «Да, но у меня нет с собой скрипки*».

- - - - - - - - - - - - - - -

* Как и в предыдущем романе Стерлинга, в этом также довольно часто встречается

игра слов. В данном случае она связана со словом «mess» - проблема, бардак, беспорядок, о чем говорит Дитер. Одновременно это слово похоже по звучанию на «mass» - «месса», на музыкальное произведение.

- - - - - - - - - - - - - - -

Искренне потрясенный, молодой человек уставился на него. «Я могу понять то, что ты не готов меня обнять, но я только что действительно понял, что во всем случившемся виноват я. Буду признателен, если ты не станешь надо мной насмехаться, хорошо?» «Ты допустил ошибку», согласился Дитер. «Но не ты один. Я знал, что ты ранен и немного не в себе. А ведь я опытный оперативник и должен был проверить то, что ты сделал». «Благородно с твоей стороны, что хочешь принять на себя часть ответственности, Дитер», начал Джон. Дитер отмахнулся. «В данных обстоятельствах заниматься составлением обвинений бессмысленно. И в нашем случае это особенно бесполезно. Мы бывали в таких ситуациях и раньше, Джон». Он кивнул головой. «И мы уже обсуждали нынешнюю ситуацию.

События неизбежно идут в определенном русле. Вы с мамой уже трижды полностью

меняли ситуацию. Первые два раза вы не были никоим образом связаны с созданием Скайнета, но ты обязан ему самим своим существованием». Он вздохнул. «И думаю, единственное разумное толкование здесь в том, что судьбе угодно было избрать именно тебя, чтобы именно ты и вдохнул в него жизнь». «Иной судьбы, кроме той, что мы творим для себя сами, нам не дано», сказала Сара. Джон вскочил и посмотрел на нее. Она стояла теперь рядом с самым мрачным выражением лица, но не смотрела на него, будто он был ее врагом. «Это было дурное стечение обстоятельств, последствия рока и неудачи, и это было плохо исполнено, что было вызвано, без сомнений, переохлаждением у тебя, и ранением и шоковым состоянием у Джона. Но мы не должны кататься по земле, выть и стенать: «О, это злая судьба, мы ничего не можем с этим поделать». Мы сражались со Скайнетом и раньше и победили его; и мы будем продолжать с ним сражаться, пока эта проклятая херня не будет окончательно уничтожена. А теперь поехали домой и приступим к делу». Она развернулась и ушла. Дитер посмотрел ей вслед с благоговением. «Ах, какая женщина», прошептал он. Затем он улыбнулся Джону и, перегнувшись через стол, похлопал его по спине. «Пойдем посмотрим, что же мы сможем сделать, а?»